"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

Вскоре облако глубокого мрака стало видно невооружённым глазом, и я остановился, не дойдя до него нескольких шагов. Шегрила пока нигде не было видно, и я решил, что не буду рассчитывать на него, положусь исключительно на собственные силы.

– Благодарю вас за то, что откликнулись на зов, – негромко проговорил я, постаравшись, чтобы мой голос звучал уверенно и спокойно. Таким сущностям, как те, что сейчас собрались здесь, ни в коем случае нельзя показывать не то что страх, а даже лёгкое опасение. Для них это как склянка с вареньем для мух.

Некоторое время царила тишина, а потом облако концентрированной тьмы колыхнулось и от него отделилась часть, приблизившаяся ко мне и постепенно начавшая приобретать очертания человеческого тела.

Я подумал о том, что очень правильно поступил, перекинувшись в драконью форму, так как в человеческой я выглядел бы по сравнению с мертвецом достаточно скромно.

– Нас позвал наш Повелитель, – голос мёртвого был одновременно глухим и резким, проникающим прямо куда-то в глубину мозга. Наверняка у любого, кто был бы защищён слабее, чем я, моментально полопались бы все сосуды или что там есть в голове, так как выдержать подобное – задача для смертного невыполнимая. Даже мне стало не очень комфортно, что уж говорить о других.

– Он сделал это по моей просьбе, – равнодушно ответил я, так как прекрасно понимал: никакие эмоции, будь то гнев, волнение или надежда, не окажут на говорящего со мной никакого воздействия. Он просто их или не услышит, или не обратит внимания. Те, кого призвал Шегрил, слишком давно находятся по ту сторону жизни, чтобы сохранить способность испытывать какие-либо чувства кроме гнева и ненависти ко всему живому. И вот их мне предстоит убедить в том, что нам необходима помощь именно таких полезных парней, как они. И если у меня это получится, то я вполне могу отправляться в императорскую академию или в университет, чтобы преподавать курс «Как совершить невозможное в переговорах». Стоп, что-то я слишком развеселился, главное, как-то на удивление не вовремя.

– Повелитель хотел, чтобы мы выслушали тебя, – слова прозвучали, но я воспринимал их не как набор звуков, а как некую необычную смесь мыслеобразов и обычных слов. Было неприятно, словно я стоял на краю огромной могилы, и оттуда на меня смотрела слепая, глухая и голодная бесконечность. Одно неосторожное движение – и я окажусь там, внизу, и уже никогда не выберусь на свободу.

– Я благодарен ему за это, – кивнул я, постаравшись загнать депрессивные мысли поглубже, – нам нужна ваша помощь.

– Говори, нам тяжело не трогать живых, – колыхнулась расплывчатая фигура, и излишне любопытный корнегрыз, подобравшийся непозволительно близко, вздрогнул, потом вытянулся в струнку и бессильно рухнул на траву, несколько раз дёрнув лапами.

После такого более чем однозначного намёка стало понятно, что если я вот прямо сейчас не пойму, как с ними разговаривать, рядом с Невидимой Горой возникнет немаленькая такая мёртвая зона, а мой авторитет среди обитателей Франгая, который я с таким трудом заработал, значительно пошатнётся.

– Франгаю, который является и вашим домом тоже, грозит смертельная опасность. И дело не в том, что кто-то хочет захватить территорию, с этим мы и сами справились бы, поверьте. Дело в том, что захватчик оставляет после себя не просто мёртвую землю. Там исчезает всё: жизнь в любых её формах, даже в такой, как у вас, магия, деревья, тепло. Земля не просто промерзает на большую глубину, она превращается в абсолютно безжизненный кусок льда. И магией мы пока не понимаем, как бороться, так как наш враг не из этого мира.

Я говорил и понимал, что мои слова словно падают в пустоту, что они совершенно не трогают тех, кто пришёл сюда, подчиняясь слову Шегрила. Им, этим тысячелетним мертвецам, глубоко наплевать на наши беды, им просто-напросто нечего бояться.

– У меня нет ничего, что я мог бы предложить вам, – устало проговорил я, – ничего, чем я мог бы вас заинтересовать.

– У меня есть…

Голос Шегрила раздался неожиданно, и облако мрака колыхнулось, чтобы тут же стать более чётким и более компактным, что ли… Повелитель мёртвых Франгая подошёл ко мне и встал рядом, тем самым показывая, что поддерживает и одобряет. И тут я заметил, что его лицо, всегда поражавшее меня своей удивительной соразмерностью и гармоничностью, осунулось. И без того худое, оно словно ещё больше высохло, скулы заострились, а в глазах появились бесконечная усталость и какая-то мрачная решимость. Если бы речь шла об обычном человеке, я сказал бы, что он принял очень непростое, может быть, даже мучительное для себя решение, от которого теперь ни за что не откажется.

– Тех, кто проявит себя должным образом, – неспешно начал Шегрил, и тьма замерла, прислушиваясь, – я заберу с собой в другой мир. Франгай – огромный лес, но двух Повелителей много даже для него. Келена, – тут он положил мне на плечо руку, показавшуюся мне невероятно тяжёлой и холодной, – признало Око Тьмы, его приняли мои подданные и Невидимая Гора, его слушаются хищники и простые звери. Я оставляю Франгай в надёжных руках. Мне же давно хотелось посмотреть другие миры и, может быть, обосноваться в каком-нибудь из них. Я нашёл способ это сделать, и, как только мы защитим наш дом, хочу уйти туда. При этом я в состоянии взять с собой тех, кого захочу и кто решится разделить со мной неведомое, получив шанс начать всё сначала. Я не могу обещать, что каждый, ушедший со мной, получит возможность отыскать новое тело. Более того, даже тем, кто его обретёт, я не могу обещать, что это будет тело человека.

О как… От столь глобальной новости я ненадолго даже забыл, с какой мы тут, собственно, целью собрались. Значит, ситуацию с Лиз мой беловолосый приятель надумал решить радикально: переместившись на иную ветку Мирового Дерева. Ну что же, может быть, это станет наилучшим вариантом. Лиз поплачет и успокоится, а потом, глядишь, и выберет себе достойного мужа среди смертных. Да хоть среди тех же демонов… Всё-таки родная кровь, как ни крути. Да и Древний успокоится, потому как одно дело просто смириться с отказом и совершенно другое – постоянно видеть рядом соперника, причём соперника счастливого. Тут никакого божественного терпения не хватит, а я уже имел возможность убедиться, каков Домиан в гневе.

Но при всей важности планов по обустройству личной жизни Элизабет, сейчас у нас другие заботы. Потому как если мы не справимся с врагом, то остальное просто