Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

присягнул защищать Хартию Прав Гладиуса, Дина, кодекс, написанный нашими предками. Неужели, видя, что легально избранная власть сразу же после выборов начинает нарушать законы, которые ее же самое вынесли наверх, я должен этой клике служить? Если да, то сожжение на кострах чародеек, умерщвление евреев в газовых камерах, расстрелы «кулаков» и уничтожение противников виртуальности тоже следует считать благом. А ведь большинство граждан и легально избранные правители государства этого хотели. А ты прилетела бы сюда, если б не считала, что покорные осуществляют власть, не придерживаясь принципов? Прилетела бы, подвергая опасности карьеру и жизнь брата? Безопасность планеты. И все только ради того, чтобы помочь мятежнику? Нет! Ты прекрасно знаешь, что покорные насилуют прежние законы и не придерживаются правил, которые сами же установили. Ты хорошо знаешь об этом!

– Это совсем другое дело! Ответственность за их грехи и за грехи твои.

– Дина, они – убийцы, предатели и психопаты. Возможно, не все, возможно, некоторые все еще мечтают о прелестных идеалах, которые им не довелось воплотить в жизнь. Начихал я на это. Осуществленная идея, не оправдывающаяся на практике, не может быть прелестной. Это скверная идея. Впрочем, ты отлично знаешь и сама. И не только ты. Покорные начинают грызню. И я тебе скажу, кто выиграет. Те, кто, отвергнув принципы, первыми попросят у Доминии протянуть им руку братской помощи. Покушение на Дираке, события в правительственном центре…

– Покушение на Дираке?

– Нас еще не всех перебили.

– Какая чепуха! Это не могли сделать мятежники. В нашей системе не осталось никаких мятежников…

– Бунтарей… – непроизвольно поправил он. Они помолчали, мысленно возвращаясь в далекие места, к давно встречавшимся людям и канувшим в Лету событиям. Потом Дина наклонилась над Даниелем, охватила его бедра и поцеловала.

– Я хочу… на орбиту! Хочу… летать! И немедленно, Даниель Бондари!

7

Первый раз они легли вместе не сразу, через три дня после встречи. В пятницу Даниель отсоединил свою ракету, предварительно стерев из ее памяти все, что, касалось его полета. Конечно, абсолютной уверенности в том, что какие-то данные все же сохранились, не, было. Поэтому через несколько дней космолет будет взорван. За это время они уже давно улетят из этой точки пространства. Они решили пойти в сферу Фасганона, там отыскать какой-нибудь крупный астероид, высадиться на нем и ждать. Ракета Дины была самодостаточной, так что за снабжение энергией, пищей и кислородом опасаться не приходилось, к тому же настолько большой, чтобы не дать им впасть в клаустрофобию, а компьютер располагал достаточно емким банком увеселений.

«Медовый месяц», – так назвал это Даниель. Дине понравилось.

В понедельник они добрались до сферы Фасганона. Вырванные из нее астероиды кружили по всей системе Мультона, в которую входила и планета Клеванг со своими спутниками. По, мере удаления от Мультона астероидное кольцо раздувалось, образуя сферическое облако Фасганона, окутывающее всю систему. Облако состояло не только из миллионов каменных и ледяных осколков размерами в доли миллиметра, но и астероидов диаметром в сотни километров. Ее изучали давно, но каталогизировали лишь часть объектов. Проводилась здесь также ограниченная горняцкая разведка, но пока что больше пользы приносила эксплуатация внутрисистемного Пояса Фамберга. Наиболее удаленные объекты, входящие в сферу Фасганона, располагались вокруг Мультона на орбитах диаметром почти в полтора световых года. Станция Дирак лежала внутри этой сферы.

Даниель и Дина решили поискать объект достаточно крупный, чтобы на него можно было опуститься, но в то же время настолько малый, чтобы не возбуждать интереса солярных картографов.

Во вторник компьютер ракеты отыскал соответствующее место – каменную глыбу диаметром в шестьдесят километров, достаточно изрезанную, чтобы укрыть ракету в одной из расщелин, и настолько богатую залежами металлов, чтобы ее трудно было засечь с большого расстояния.

В среду вечером ракета вышла на орбиту астероида и принялась кружить вокруг него, делая тысячи снимков поверхности, сканов тектоники, просвечивая каждый ее уголок.

В четверг утром компьютер сообщил Даниелю, что на радарах появился новый объект. Его характеристики соответствовали стандартам военных машин. Боевой космолет только что сбросил маскировочную оболочку и стал видимым.

Даниель и Дина стояли в рубке, не отрывая глаз от экрана. Еще секунду назад они держались за руки. Теперь Даниель отпустил руку Дины и отступил на шаг. Она молча взглянула на него. Она поняла. Сжала кулаки.

– Как ты можешь подозревать меня? – сказала она тихо, опустилась в кресло, спрятала лицо в ладонях. – Как можешь…

– Ты, вероятно, совершила какую-то ошибку, – сказал Даниель, не подходя к Дине. На экране то и дело высвечивались новые сообщения. – Оставила след. Возможно, кто-то прочитал мое сообщение. Я не подозреваю тебя, Дина. Но они опять меня поймали. Я уже устал. У меня все болит – и тело и душа. Я думал, что отдохну. Но они появились снова.

– Что будем делать?

– Ты забыла, малышка, кто я?

Он смотрел на нее, одновременно принявшись активировать узлы связей системы. Одну за другой снимал пломбы безопасности. Включил сканеры на максимальную мощность.

– А может – простая случайность? – тихо спросила Дина.

– Твой брат. Ты ему доверяешь? Только он знал, что с тобой происходит. Кроме тебя, только он знал содержание моего письма. Он – покорный, он электор. Твой брат, Дина.

– Не знаю, не знаю, – не сразу ответила она. – Я ни в чем не уверена, но, поверь, это не я. Ведь ты сам меня вызвал…

Он наклонился к ней, дотронулся до ее руки.

– У тебя холодные пальцы. Я знаю. Я не вполне владею собой. Прости…

– Рамзес меня предал. – Она начла всхлипывать. – О боже, он второй раз предал меня! Как он мог!

* * *

– Как ты мог это сделать, парень? Печально. Неприятно и грустно. Ты подвел меня. Ты уволен, – сказал Альберт Делль и вышел.

Танкред Салерно попрощался с первым электором кивком головы, но не тронулся с места. Подождал, пока дверь закроется.

– Как можно нянькать животное в собственной бороде? – риторически спросил он. – Ты подвел его. И меня тоже, глупец. Тест не засчитан.

Рамзес не ответил, у него хватало сил раскрыть рот. Раздетый догола, с вытянутыми вверх руками и расставленными в стороны ногами, растянутый в черной раме, он походил на человека из анатомического альбома, сотни лет назад нарисованного Леонардо да Винчи.

– А ведь он умеет командовать персоналом, а? «Ты уволен»! – Салерно подошел к Рамзесу. Брат Дины, видимо, почувствовал шаги сетевика, потому что весь напрягся, руки начали нервно дрожать. – Ну, что ж, такова жизнь, парень, глупый парень! Ты хотел меня обмануть, думал, что сумеешь