Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

голос, более решительный и категоричный, нежели предыдущий. Вероятно, он был призван создавать у пассажиров уверенность и доверие, – что вступительный этап подготовки к гиперпространственному прыжку окончен.

Перед глазами Даниеля разгорелась цветная панорама. Это было изображение освещенного пустого пространства, в котором то и дело помигивали яркие точечки, возникали цветные всплески, часто разлетающиеся в небольших вспышках. В центре изображения медленно сгущалось немного более темное, чем фон, пятно.

– Через минуту транспортная капсула будет введена в пределы черного провала. В течение тридцати двух секунд мы станем ее разгонять в энергетически отрицательном поле. Еще через сорок секунд произойдет прыжок.

Даниель догадался, что опалесцирующий туман у него перед глазами должен, по идее, изображать область черного гравитационного провала «дыры». Разумеется, он предполагал, что это всего лишь фальшивка для туристов. Возможно, он не очень многое понял из лекций по физике, однако знал, что у места, в котором он вот-вот окажется, нет ни цвета, ни формы, ни иных характеристик, улавливаемых человеческими органами чувств. Да и, собственно, эту область вообще трудно было назвать «местом», поскольку, по правде-то говоря, оно во вселенной не существовало. Ну, что ж, разговорный язык не поспевал за физикой.

– Прыжок перенесет капсулу в гравипровал, расположенный на другом конце гиперпространственного туннеля, – продолжал голос. – Ты попадешь на станцию Ллях, лежащую в ста двух световых днях от системы Каталония. Результаты последних астрономических наблюдений показывают, что Каталония находится в галактике, удаленной от Гладиуса на три миллиарда световых лет и входящей в звездное суперскопление Аримин. Скорее всего это единственный заселенный людьми мир в том суперскоплении. Кроме гладианского, у станции Ллях есть еще два ответвления. Противосолярное ведет к межгалактическому пункту переброски, солярное – к станции Иччуна, расположенной в семидесяти шести световых днях от коричневого карлика Ваббль. Станции Ллях присвоен индекс 234, означающий, что от Нулевого Провала Вольфа ее отделяет двести тридцать четыре гиперпространственных узла.

Картина перед глазами Даниеля изменялась одновременно со словами пояснений. Демонстрировались виды далеких галактик, звезд и космических баз, подобных Дираку. Сообщение параметров соседних гиперузлов входило в обычную информацию во время путешествия, так же как и сообщение о расстоянии до первого гравипровала, обнаруженного людьми в начале XXII века и расположенного вблизи звезды Вольф-359 в семи с половиной световых годах от Земли.

– Начинаем стартовую процедуру, – известил голос, снова демонстрируя изображение мерцающего пространства, в центре которого пульсировало шаровое образование и извивались щупальца гравитационных турбуленций.

Несмотря на все предохранения, Даниель почувствовал движение. Гель вокруг его тела начал сгущаться, стал пружинистым и теплым.

– Капсула погружается в провал, до прыжка двадцать одна секунда. Мне приятно сообщить вам, что вы вот-вот покинете нашу вселенную…

5

Дина стояла, опершись бедром о кресло, и молча смотрела на работающих в диспетчерской людей. У противоположной стены размещались два сетевых узла. В одном находился мужчина. Интересный, голубокожий, с набором модных золотых зубов. Его глаза заслоняли очки, в несколько чипов, помещенных на поверхности его тела, входили кабели, а руки были затянуты опалесцирующими перчатками. Мужчина медленно шевелился вместе со всем пультом, тихо бормоча себе под нос. Его страховала невысокая девушка, маленькая, тощенькая. Единственным «ядреным» элементом ее организма были груди, искусственно увеличенные до гигантских размеров. Она лежала на животе с высоко поднятой этими двумя шарами головой, а чипы сопряжений были встроены ей в позвоночник. Дина не видела ее лица, потому что операторша все время смотрела в сторону. В отличие от мужчины она почти не двигалась, лишь временами слегка подрагивали ее жилистые ноги, а костлявые руки раскидывались в стороны. Всякий раз после этого она несколько секунд покачивалась на грудях, словно на лежащем на воде надувном матрасе. Оба голубокожий и грудастая – играли важную роль в процессе обслуживания гравипровала. Они координировали работу компьютеров, управляющих разгоном акселераторов. Их мозги были соответствующим образом препарированы, и вообще их «натаскали» на анализ явлений квантовой физики, столь далекой от повседневного человеческого опыта. Они были специалистами высокого класса, о чем свидетельствовали черные бляшки, вживленные в кожу их рук, символически изображающие кошку. Стало быть, они были членами цеха Шредингера, корпорации, объединяющей ученых и техников, подготовленных к интеллектуальному изучению микрокосмоса.

Кроме них, здесь были еще два техника, управляющих стартовой процедурой транспортной капсулы, и врач, контролирующий состояние перебрасываемых людей. В данном случае – одного человека. Эта троица была весьма подвижной. У каждого к одному глазу был прикреплен информационный монокль, постоянно проецирующий на сетчатку поступающие сообщения и изображения. Как и у информатиков, у них были чиповые узлы сопряжений, помещенные в черепе. Кроме того, они следили за множеством экранов, переключателей и сенсоров, расположенных на приборном щите. У одного из техников на выбритой голове лежал плотно свернувшийся полтарианский змей, довольно популярное в последнее время на Гладиусе украшение. Существо впилось в череп человека обеими челюстями и медленно извивалось на нем, изгибая длинное цветное тело во всех направлениях. Говорили, что полтарианский змей помогает увеличивать ауру, некоторые также утверждали, что он очень красив. Дина не разделяла таких мнений.

Второй техник командовал всем коллективом. Это был пожилой мужчина с чуть поседевшими волосами и татуировкой нескольких элитарных профессиональных корпораций на щеках. Одно ухо было красным, другое зеленым, знак того, что он поклоняется богу Аугусту и совершал паломничество на Новый Рим.

Врач, видимо, раньше служил в боевых подразделениях Красного Креста, потому что лицо у него пестрело маленькими красными точечками – колониями микроскопических трубочников, подстриженными в виде малюсеньких крестиков. Он скорее всего прибыл в систему Гладиуса из какого-то очень удаленного мира, потому что здесь бойцы Красного Креста встречались чрезвычайно редко. Вероятно, он прилетел несколько лет назад после поражения краснокрестовцев на планете Аранеида, где боевые отряды самой старшей гуманитарной организации человеческой вселенной были разбиты силами одного из местных владык. Краснокрестовцы должны были охранять гигантскую благотворительную миссию, поддерживавшую жителей Аранеиды, разоренной в результате войны с Солярной Доминией. Доминия официально дала согласие на гуманитарную акцию, а втихую снабжала оружием и информацией одного из местных тиранов. Тот напал на экспедиционный корпус краснокрестовцев, а всю гуманитарную помощь пустил на нужды своих прихлебателей. Именно тогда Доминия воспользовалась ослаблением Красного Креста и лишила его многих привилегий, в том числе и разрешения иметь собственные вооруженные силы. Краснокрестовские солдаты рассеялись по мирам через близлежащие проходы. Этот добрался аж сюда. Дина нисколько не удивилась тому, что человек с таким прошлым работает так близко от гиперпрохода, причем на важном посту.

Кроме этих пятерых, в диспетчерской находился Танкред Салерно. Он сидел в удобном кресле, положив