Обратный отсчет - Токацин

— Приоткрой, но подогрев не убирай, — ответил Айзек, заглядывая в монитор. — Снаружи минус сорок.

В «отопляемом» отсеке управления было плюс тридцать — горячий воздух, выпущенный из реактора, пока Гедимин проверял температуру, так и стоял там, и Айзек, проходя сквозь шлюзы, не успел его стравить. Гедимин, выбираясь наружу, видел, как командир смотрит на термометр. «Пусть сидит в тепле. К вечеру потеплеет — уберём выгородки, нет — пускай остаются.»

Туннель — там, где тёплый воздух не касался его стен — плотно оброс ледяными кристаллами. Айзек нарушил их слой, спустившись в отсек; Гедимин поймал себя на том, что идёт по его следам, стараясь не повреждать ледяной орнамент. Кристаллы были повсюду — и под куполом реактора, и снаружи. Там по-прежнему стояла темнота, и воздух казался вязким, но уже начинал шевелиться, а тишину нарушал визг инея под чьими-то ногами и приглушённые голоса. Гедимин обогнул бронеход и увидел жёлтый свет на окраине лагеря — два фонаря горели рядом, подсвечивая формирующуюся плёнку защитного поля.

— Сюда! — крикнул Вепуат, помахав сармату выключенным генератором. Второй чёрный силуэт повернулся и еле слышно хмыкнул.

— Вот и источник питания. Кет, ты берёшь весь купол на себя. Твой реактор его удержит. Подключить его к «Элидгену» возможность есть?

Гедимин оглянулся на купол реактора и покачал головой.

— Не состыкуется. Купол на весь холм? Зачем?

— Или купол, или посты с излучателями, — отозвался Гварза, угрюмо щурясь. — Для постов погода не та. Филки помёрзнут, излучатели заклинит.

Вепуат оглянулся на Гедимина. В его глазах читалось удивление.

— Светящийся туман настолько опасен? На пустом холме, без строений, без жителей? Чему тут может повредить газ, даже самый токсичный?

Гедимин недовольно сощурился — Вепуат, похоже, был не в ладах с химией. Он открыл было рот, чтобы рассказать об осаждении, реакции с водой (пусть даже в виде инея) и накоплении в воздушных карманах, но Гварза уже скривился и смерил разведчика недобрым взглядом.

— Настолько, — буркнул он, поворачиваясь к растянутому куполу. — Никаких экспериментов, с холма не сходить! Кет, ты работать собираешься?

…Серо-зеленоватое небо исчезло за белесой плёнкой. Купол, установленный над плато, состоял из нескольких «карманов» и забирал у миниреактора немало энергии. Гедимин, прикинув, что остаётся на формирование плазмы, перенастроил оружие в излучающий режим — если верить Гварзе, в данном случае излучение было и полезнее. На плазму тоже хватило бы, но сармат решил не рисковать. «Тут некоторых тварей плазма не берёт…» — он вспомнил позавчерашнее «общение» с невидимым существом и недовольно сощурился.

Пока сарматы возились с куполом, снаружи потеплело на два градуса. Повеселевший Вепуат вслух прикидывал, можно ли будет часов через двадцать открыть горячий цех и что-нибудь расплавить. Гварза морщился, но в конце концов разрешил — но не раньше вечера.

— Если так и дальше пойдёт, к вечеру доберётся до нуля, — сказал Вепуат, в очередной раз посмотрев на термометр. — Соберу с башни осколки и переплавлю. Пообещал Скогнам, что будут им новые сосуды. Сырьё-то никуда не делось.

— Расстроились? — спросил Гедимин. В лаборатории его дожидался охладитель со стеклянными бусинами и пробиркой внутри — образцов скогнийских сосудов на базе не осталось, эксперимент был не совсем «чистым», но сармат всё же хотел выяснить, насколько равнинное стекло холодостойко.

— Меньше, чем я думал, — ответил Вепуат. — Даже странно. Стали утешать меня. Мол, это они дураки — оставили огненное во власти льда. Пообещал им, что пущу всё переделать. И что осколки тоже пойдут в работу. Они же не испортились от холода, верно?

Гедимин кивнул.

— Они не дураки. Они же не знали пределов термостойкости. Это я их забыл проверить. Теперь будем знать.

Он протиснулся в барак вслед за Вепуатом. Один из внутренних «шлюзов» был открыт, остальные ещё не убирали, но, может, и пора было — в перегретом здании, на взгляд Гедимина, было даже жарко. Судя по Скогнам, сидящим на полу в нижней одежде, и филкам, поснимавшим комбинезоны, система отопления стала явно избыточной.

— Половину кейека можно забирать, — сказал Гедимин, сверившись с термометром. — Ещё потеплеет — тут будет парилка.

— Мистер Норд сказал — до его возвращения кейек не трогать, — отозвался помрачневший комендант. Он высунулся из своего отсека и настороженно сощурился на Гедимина. Тот сузил глаза в ответ.

— Следи, чтобы от жары не вскипели мозги. Вам, филкам, не страшно, но тут ещё местные…

Дасьен сердито фыркнул. Из коридора донёсся протяжный вздох — теперь из отсека выглянул Кенен Гварза, вроде бы устроившийся на отдых.

— Кет, тебе сказали, что всё под контролем. Жарко в бараке — поищи себе работу снаружи. Желательно — полезную.

— Я и пришёл за работой, — буркнул Гедимин, пробираясь по высокому, но всё же слишком тесному коридору к пустым отсекам, отведённым под склад. В одном из них, если там не порылись филки и не поменяли всё местами, лежала разобранная стиральная машина, а рядом — её «мотор».

— С-старшие, мать их колба… — прошипел ему в спину сердитый комендант. Гедимину было не до него — он обвешался деталями трёх механизмов и теперь только следил, чтобы не потерять шланг или часть привода. Что-то из костяных деталей он по дороге обронил — Скогны догнали его у комендантской и отдали потерянный рычаг. Вепуат придержал хвосты шлангов и закрыл за сарматом шлюз. Когда створка глубоко ушла в паз, он громко хрюкнул в респиратор.

— Зря ты так с Дасьеном. Он так разозлился, что и про машину не спросил. А ведь весь вечер донимал меня перетёршимися оплётками…

— Заменим, — сказал Гедимин, покосившись на оплетённые кожаными ремешками шесты-била. Кожа, и правда, заметно истёрлась от долгой работы в агрессивной среде. «Заменить бы на гзеш, но так гзеша не напасёшься,» — думал сармат, старательно отгоняя мысли о веществе, заставляющем предметы регенерировать. «Или попробовать? Это ведь хорошая проверка, и сразу на несколько факторов…»

— Оплётки заменим, — пообещал он. — И поршни надо бы… Чего ты хрюкаешь?

Вепуат фыркнул.

— Кто сказал Дасьену, что у филков нет мозгов? — он ткнул Гедимина кулаком в плечо. Тот изумлённо мигнул.

— Чего⁈ Я с ним вообще не… А, вот что… Да ну тебя! Филки легче переносят жару. Я это сказал. Больше ничего.

— Ну-ну, — Вепуат ухмыльнулся. — Гварзе твоё «ничего» уже пересказали, Айзеку тоже