Попаданка. Комедия с бытовым огоньком - Елена Саринова

Через несколько мгновений мы услышали ор. Да, сначала был приглушенный, однако нечеловеческий ор. А затем, с громким лязгом откинув в палубе крышку, из баржи на свет Божий по досочке выскочили друг за другом трое перепуганных насмерть мужчин. Что они там орали? «Крыса»? «Громадная серая крыса»? Первого, самого шустрого и самого упитанного, в прыжке у доски сшиб нещадным толчком пораженный происходящим, но стремительно сообразивший Мирон. Остальные двое пошли вслед «соседними кеглями». Один, с замызганной морской бородой, запнувшись о старосту на траве. Другой, с виду сущая «скумбрия подкопченная», подняв при падении огромные фонтанные брызги. Он, лузер, даже не доскакал до края доски. Мы с Ганной в стороне только лишь изумленно следили за действом.

Надо отдать ребенку должное, сплошная выдержка и тишина. Никаких вам ненужных вопросов, хныканий и требования внимания. Видимо, опыт уличной жизни даже хрупких маленьких девочек закаляет словно дамасскую сталь. А возможно… всё дело в ее родовой крови? Или в воспитании, упрятанном в подсознании?

А в моем барском списке дел, после непредвиденной «сдачи бывшего старосты волостным жандармским властям» и «найти автомастера» появился еще один, не терпящий отлагательства пункт: «Познакомиться с Отцом Василием»…

* * *

Глава 25

По всем пунктам…

Вторая поездка в Карачаров вышла радостной и слегка шебутной. И по результатам вдохновила меня и мою команду на долгие… можно сказать, что долгие годы… Слишком пафосно, да? Ну, а если по пунктам, думаю, интересней.

Электропоказаниями я, как руководитель ДК, никогда раньше не занималась сама. Цифры копились автоматически и всегда входили в общие, отработанные счета. Однако как простой потребитель судить все ж возьмусь — в прежней своей жизни один киловатт-час стоил примерно в девять раз меньше. Ядреный же дым!.. Если произносить это выражение быстро и вслух, выходит какой-то кондыбайно-французский… «Жедым»… Тьфу!

Электричество в нашей усадебной жизни необходимо! А экономить мы, у-ух, умеем, любим и практикуем, иначе Мавра Зотовна не была бы такой! Именно по этой причине, со справкой суммы долга в тощей планшетке, я и отправила управляющего данный долг немедленно погасить. Первым делом — в филиал можайской электрокомпании «Щедрый свет». Что интересно, проезжая мимо в пролетке, я заметила, что электрофонарных столбов рядом с желтым двухэтажным зданием нет… Видимо, цвет его веселый в купе с названием и заменяет обывателям само уличное освещение.

Что касается следующего карачаровского пункта, то… накануне вышли дебаты. Я бы сказала, с элементами местного саботирования — Мавра Зотовна, тряся своей парадной юбкой-колоколом, срочно выдернутой из сундука, намеревалась поехать в Карачаров сама и «всё сама порешить!». Чертов аристократический этикет! И я прекрасно понимаю, что как дворянка замужняя, но без мужа, и особенно в преддверии развода, должна выглядеть и действовать как образец! Чего? Чертова аристократического этикета!

— Галопом не носиться по конторам одной.

— Не оставаться наедине с незнакомым мужчиной.

— Быть сдержанной в проявлении эмоций и чувств.

— Не позволять себе и малейшего намека на флирт (будто рядом с мужем обычно можно и с подскоками от всей души!).

— И вообще… сидела б я дома.

Но, как же тогда моя борьба за материальную независимость⁈ И как тут «эмоции не проявлять», если так орут и своей парадной юбкой прямо перед носом трясут⁈

Короче, сошлись мы на том, что вместо Мавры Зотовны в Карачаров вместе со мной, Степаном Борисовичем и Мироном едет моя горничная. Во второй раз и от новых предвкушений смысла слова «Гуляем!» Евлампия, на удачу, уже не бледнела. А в «Волостную межевую контору» мы пойдем с ней вдвоем. Это пока Степан Борисович на своей вороной и по своим местным каналам после оплаты электро-счета ищет авторемонтника. Должны же здесь такие водиться! Ведь парочку громоздких автомобилей я на здешних улицах запечатлела. А судя по предполагаемому уровню мирового (не только нашего) автопрома… Ну, не доедут они с проблемой даже до соседнего городка. Да и плановое обслуживание! Думаю, это сейчас не привычные мне в прошлой жизни «два раза в год смена резины, масла и фильтров».

А «Волостная межевая контора»… ох, как важна! Чует девичье сердце, с соседом-мужланом вопрос о спорной земле решать придется уже в скором будущем и не через управляющих или адвокатов, а лично. И, забегая вперед: «уже на следующий день я оказалась, ох, как права!». Так что и межевой вопрос (в полученных результатах) мы тоже благоразумно оставим на завтра.

Сегодня же наша пролетка лихо, под цоканье копыт, катилась дальше по городской мостовой. Мирон на ее высоких козлах, не страшась задорить местных собак и пугать частых прохожих, громко вещал нам с Евлампией, как с утра из нашего пустого и холодного жеребятника повязали Филиппа Макарыча:

— А он до конца глазами в небо лупил! Не верил, что молодая барыня его прямо оттуда в жандармерию сдаст. При Трифоне Аристарховиче Филька, не чурась, воровал. По-малому! Хитро́, но по-малому. Сколько ему Степан Борисыч раз толковал! Одинажды даже морду набил за отработку рабочими днями! За ренту! Ага! Привез он тогда по осени старую гнилую картошку в усадьбу сдавать, а она с его личного огорода, а не с барского поля, где только одна породистая голландская! Та голландская на продажу всегда аж по можайским ресторациям шла! Энто значит, что Филька ее выкопал и на сдаче своею прошлогодней квашнёй из погреба заменил!.. Да много было всего! И сельских скольких он заобижал! Про всё про это Степан Борисыч вчера по вечерку в отчете для жандармерии расписал. Четыре листа цельных вышло! Их главный читал и крякал: ля, мол, какие у нас в Верховцах «уголовные таланты» живут! Цельных четыре листа, барыня, расписал!

— Да не за вечер он их, — вдруг подала со своей стороны пролетки голос моя горничная. — До самой зореньки он их писал, — и зевнула во весь рот, сморщив курносый нос. — Всё свет в окошке евонного дома горел.

Святая же простота!

— А ты откуда это знаешь? — ну как момент упустить⁈ Никак.

Девушка неожиданно застыла, словно бледная мраморная статуя с формами. И что интересно, широкая спина замолкшего через миг на козлах Мирона тоже вытянулась как балалаечная струна… Мавре Зотовне что ли рассказать? Старушка ведь ответственной себя мнит за вос-спитание некоторых.

Но, вдаль от коварных мыслей меня уже развернуло ближайшим стремительным виражом. Когда с левой стороны улицы чистой стеклянной витриной среди прочих блеснул «Брюзов. Магазин красивой детской одежды».

Выражаясь экспертно, в российской детской моде одна тысяча девятьсот девятнадцатого года бравурно