Тринадцать - Андрей Готлибович Шопперт

волчью яму и два трупа, но определить, что Киря убит арбалетным болтом, скорее всего, не смогут, нет у них там патологоанатома. И если стрелу удалить, то дыр в Кире хватает. Как и первый разбойник погиб, нанизавшись на колья. Зачем сообщать разбойникам, что у него есть арбалет⁈

Стрелу из шеи пришлось вырезать. Выстрел почти в упор вогнал стрелу сантиметров на десять, по самое оперение. Всю шею сзади располосовал юный Робин Гуд, чтобы извлечь стрелу. При этом мурмолку красивую парень решил снять и прибавить к трофеям. Вещь не дешёвая, можно будет продать, если в город когда-нибудь попадёт. После операции на шее принять эту рану за рану от кольев ни у кого не получится. Видно, что ножом орудовали.

— Ну, и пусть гадают. Ребусы разгадывают, главное, нет стрелы.

Обтерев нож и стрелу от крови пучком травы, парень ещё раз критически осмотрел поле боя и махнул рукой. Теперь пусть бандиты дальше сами. Он свою часть работы закончил и следов, указывающих на тринадцатилетнего пацана, не оставил.

Переплыв на свою сторону реки, парень бегом бросился к колдунье. Питье нужно выпить, и пропускать, чтобы вопросов не возникло ни у кого, не следует. Вообще, нужно вести себя как обычно и завтра обязательно пойти на рыбалку и продать или точнее поменять на яйца часть рыбы.

Спал Коська урывками. Нет, кошмары не снились, не приходили к нему убитые им бандиты с вытянутыми вперёд руками и дырками от кольев, из которых кровь сочилась. Скорее любопытство будоражило. Нужно было у бабки Ульяны попросить успокоительного отвара. Валерианы там с пустырником. Тянуло на тот берег, хотелось посмотреть, как люди Федьки-Зверя, или он сам, найдут убитых им разбойников, и что делать станут. Приходилось пересиливать себя и пытаться заснуть, но вышло только под утро, и тут разорались петухи и опять пришла та самая беспардонная мышь и стала его за ноги цапать. Два будильника заставили Коську подняться, сам же хотел с самого утра идти на рыбалку, чтобы подозрений не вызывать.

Тащить с собой, кроме наживки не нужно ничего. Удочки там, морда там, в специальной загородке, куда Коська накидал травы и свиного навоза, он покопался палочкой и быстро набрал десяток жирных червяков, потом по дороге сбегал к свинарнику дядьки Александра и добыл там опарышей, а заодно целую большую кринку молока, сунутую тёткой, выпростал с куском хлеба.

Глава 11

Событие тридцатое

Целый день Касьян всё делал, как если бы ничего и не произошло на той поляне. Удил рыбу, менял улов у постоянных клиентов на яйца, жарил потом рыбу и яйца, поглощал белки, отжимался, подтягивался. Потом огород свой луково-морковный поливал. Обычная такая жизнь обычного сельского мальчугана, а совсем не диверсанта, решившего, что он круче Рембо и Командо и может один два десятка разбойников умножить на ноль даже не вспотев.

Правда, две вещи ему покоя не давали. С первой всё понятно, любого убивца тянет на место преступления. Хотелось Коське переплыть реку, пусть далеко от деревни, западнее, а потом лесом, крадучись, и внимательно всё впереди осматривая, подобраться к этой полянке и посмотреть, нашли ли бандиты Федьки-Зверя братскую могилу для вурдалаков с кольями осиновыми, хотя может и липа или дуб, не знал парень из чего у них ставни сделаны, просто в памяти реципиента осталось, что когда их навешивали, то очень белые были. Почему бы и не из осины? Точно не берёза, никто из мгновенно сгнивающей берёзы ставни делать не будет. Получалось, что осина больше остальных пород подходит.

Была и вторая заноза в голове. Непонятная такая заноса, а всё непонятное в таком взвинченном состоянии сразу в голове застревает и хрен его — это непонятное, потом из мозгов выкарябаешь. Передает он рыбу батюшке, попу, отцу Луке, а тот тянет ему корзинку с яйцами и неправильным таким тоном во второй уже раз спрашивает, а что Касьян не нашёл ли ты книги, что от деда осталась?

Отрицательно тогда головой мотнул яйцеглот и домой пошёл. Чего-то делать? А, огород поливать. Ну, и потом по приведённому списку. А мысль про книгу покоя не даёт. Что за книга может быть у сельского нищего попа? Первое издание Гиппократа? Евангелие самим Лукой написанное? Почему она ценная, зачем новому попу? Зачем бандиту Федьке-Зверю книга? Он же бандит? В лесу живёт?

В лес завтра Коська собирался, более того, он беспроигрышный план придумал. Что может тринадцатилетний парень делать в лесу? Ну, если вдруг наткнётся на бандитов и те его поймают? А он землянику собирает. По дороге к озеру видел на кустике пару розовых ягодок. Но у них в этом перелеске земляники и нет почти, а там целый лес. Почему бы юннату не ходить по лесу с корзинкой и не собирать землянику? Зачем? А чтобы продать… м… чтобы тётка варенья наварила… м… про сахар и не слыхивали? Посушить? А ещё вроде первый слой маслят пошёл. Не, не проверишь, не узнаешь.

Так-то страшно было, но и очень хотелось посмотреть.

Книга? Где может быть книга? Как ни напрягался Коська, но вспомнить про какую-то книгу ничего не мог. Где может быть? Хранилась в той части постоялого двора, что был их домом. Вот дверь за этими сенями… Туда, где нашли зарубленных и сожжённых потом его родичей. Коська даже попытки ни разу не сделал открыть эту толстенную, оббитую кожей воловьей, дверь. Это как в морг зайти. Нет, наоборот, он даже заставил её носилками и корзинами, чтобы дверь была не видна. Не видно двери, значит, её нет.

А если не там? Если просто бы лежала в сундуке, или под лавкой где, то рано или поздно на глаза пацану бы попалась, а книга в этом времени — это вещь неординарная и парень бы запомнил.

Так если не в доме сгоревшем, то где? У них в таверне в тамбуре у кухни был погреб, где зимой всякие овощи хранились, а ещё запасы хлебного вина. Мог отец там книгу спрятать? Навряд ли. Там влажно. А влажность и книги вещь несовместимая. На чердаке? Чердак был. Там хранили травы для сбитня и прочих разных чаёв, а ещё всякие укропы и петрушки высушенные. И на этом чердаке Коська с Фёклой играли в прятки. Нет. Там он знал каждый закуток и пропустить тайник с книгой не мог.

Ещё один погреб был в тех сенях, где он сейчас живёт. И вот там Коська был