Древо Миров братьев Камковых. Том 2. Осколки - Денис Игоревич Камков

Этот день мы закончили уже в лесистых предгорьях Опорного кряжа. Завтра предстояло начать подъём и если удача будет на моей стороне, то через два – три дня, я достигну цели своего путешествия. Завернувшись в тёплый плащ, под уютное урчание мерка, я погрузился в сон.

Дивной красоты ущелье, в котором мы оказались, продолжив свой путь утром, поражало воображение. Ступенчатые склоны, широкие нагорные террасы, сохранившиеся кое-где останцы, составляли гребни некоторых вершин. Тысячи лет назад, когда эти горы были молоды, своими пиками они кололи подбрюшье небесных высей. Теперь же, после пройденных веков, их по-прежнему могучие корни, расползались в стороны и под собственным весом ещё глубже вросли в эти земли.

Эти возвышенности очень давно не видели снега на своих округлых, от времени вершинах, что, правда не делало их от этого менее красивыми и живописными. Более чем на две трети в высоту, Опорный кряж был покрыт хвойным лесом. Верхняя же часть кряжа в большей степени была скальной и каменистой, предавая этим старым горам строгие и суровые черты.

Множество родников питало своими хрустальной чистоты водами, весело бегущие по камням ручьи и мелкие речушки этих мест. Нетронутая ни кем природа, пела здесь вечную мелодию жизни. Цветы, травы, толстые шмели, с прозрачными крыльями стрекозы и птицы находились в беспрестанном, но таком гармоничном движении. Сладкие, новые запахи заставили Мерка, проспавшего всю ночь в перевязи, выбраться на прогулку, и сейчас он то появлялся, то исчезал за камнями, двигаясь в попутном со мной направлении. Я немного опасался, чтобы мой конь не подвернул ногу и поэтому вёл его под уздцы. Вот так вот в десять ног, а точнее ног, копыт и лап, мы шли на юго-восток.

Встретившее нас ущелье к обеду трансформировалось в зелёную долину, возвышенности по обеим сторонам от нас расступились, а слой плодородной почвы скрыл от нас камни, и идти стало легче. Приятная прогулка без неприятностей продолжилась до вечера. Солнце уже скрылось за вершинами гор, и чаша долины погрузилась в полумрак отражённого света. Из глубоких раздумий о смысле бытия, и обо всём том, что происходит на Карне, а также моём месте в этом «спектакле», меня вырвал блик огня в районе того перевала, к которому мы уже вот-вот должны были подойти.

Обмотав заранее приготовленными для этого тряпками копыта Вороного, я оставил его чуть ниже перевала и крадучись приблизился к костру.

«Что это? – Думал я, глядя на сидевшее у костра существо. – «Беспечность или ловушка»?

То, что это Гоблинс я понял сразу, я видел изображения подобных существ в книгах Стефана. Гоблинсы были невысоки ростом, имели сухощавое, но жилистое строение тела и в целом были похожи на подростков. Вот только бледно-зелёная кожа, острые уши и тяжёлые, звероподобные черты лица, сразу ставило всё на свои места.

Экипирован этот гоблинс был, кстати, довольно-таки неплохо, что ясно говорило мне, о том, что уровень их развития значительно выше, чем у Оркусов, с их примитивными одеждами и оружием. Добротные тканевые штаны и куртка, кожаные сапоги и плащ с капюшоном, кожаный же жилет с множеством карманов. Всё это было довольно старое, но бережно отремонтированное и чистое. Меч, который дозорный держал оголенным на коленях, оставлял желать лучшего, но всё же это был меч, пусть корявый, но зато стальной, а не железный или медный. Моментально составив своё мнение, я решил пока не убивать это существо.

Не таясь более, я вышел из-за камня и, показав пустые ладони в вечном жесте мира, приблизился к костру, дав рассмотреть себя. И мне снова понравилась реакция этого гоблинса! Едва заметно он вздрогнул при моём появлении, возможно, кто-то другой и вовсе бы не заметил этого. Указав мне рукой на место напротив, он стал выжидательно, но нетребовательно смотреть на меня. Отвечая ему тем же, я свистом подозвал Вороного и достав из седельных сумок кое-какие припасы, разложил их рядом с костром на тряпице и в свою очередь сделал приглашающий к трапезе знак рукой.

Соблюдая приличия, мы, не отрывая своих взглядов друг от друга, взяли что-то с нашего импровизированного стола и синхронно зажевав, немного расслабились. «Преломив хлеб» даже с врагом, уже не станешь нападать на него как тать. Мы оба это понимали.

– Откуда ты? – Спросил он на вполне понятном, хоть и с сильным акцентом языке людей.

– С северо – запада. – Махнув рукой себе за спину, ответил я.

Не став ничего уточнять, он кивнул, и между нами снова повисло молчание.

Заметив то, что я не увидел сразу, я проникся ещё большим уважением к этому зелёному.

Метрах в пятнадцати над нами, на одном из каменистых склонов, образовалась небольшая и явно не глубокая пещерка, естественного происхождения. Под её козырьком, я увидел молодую гоблиншу, и четырёх маленьких гоблинят, которые жались сейчас к юбке матери, и смотрели на меня во все свои выпуклые, испуганные глаза. Их мать прижимала их к себе, и по ее умоляющим глазам всё было ясно.

Мой визави увидел, что я увидел и напрягся. Он показал себя в надежде, что я не увижу его семью и рискнул своей жизнью. Достойный поступок.

– Не трону! – Сказал я.

Едва слышных вздох облегчения раздался сразу в двух сторон от меня.

– Куда вы идёте? – Спросил я.

– Вы называете те места Мёртвыми болотами, так вот южнее их, сейчас растёт большой лагерь. Там собираются все кого зовут за собой кровь и огонь. – Отвечал он.

Я понимал, что спрашивать о большем бесполезно, что может знать простой гоблинский крестьянин или ремесленник, вдруг почувствовавший желание пролить чью-то кровь. Без спешки поднявшись с земли, я собрал свои вещи и, хлопнув Вороного по крупу, повернулся к гоблинсу спиной. До полной темноты был ещё примерно один час, и я постарался не потратить это время зря.

Утро следующего дня выдалось туманным. Перевал поднимал нас всё выше и выше и вскоре мы поднялись так высоко, что небо прояснилось и перед нами предстало необычное зрелище. Почти круглое горное озеро размерами примерно сто на сто метров, без всякого искажения отражало небо и солнце. Сразу два ярко-жёлтых шара сверху и снизу предстали нашему взору. Зеркальная гладь воды была идеальна. Налюбовавшись этим зрелищем, я стал обходить озеро кругом. Едва заметная тропа вела меня на другую сторону и совпадала с нужным мне направлением. Я чувствовал, что мы уже