Демон отчаяния для разведенки - Нина Матвеева

Черти. По аду бегали черти с конвертами.

Эта мысль должна была вызвать ужас или хотя бы удивление, но на удивление уже просто не оставалось сил.

Впереди выросла дубовая дверь, Дзарион толкнул её плечом и затащил Леру внутрь.

То, что она увидела, было похоже на огромный зал ожидания. Просторное помещение с высоким потолком и рядами деревянных скамеек, большая часть которых была занята явно не людьми, выглядело на удивление оживлённым. Вдоль стены тянулась длинная приёмная стойка. Точь-в-точь регистратура в районной поликлинике, только за стеклом сидели черти.

Лера непроизвольно замедлила шаг, пытаясь осмыслить увиденное. Разноцветные мохнатые морды, торчащие в импровизированных приёмных окошках, стали последней каплей в чаше её здравомыслия. Лера издала истерический смешок и попыталась развернуться обратно к двери, но Дзарион потащил её дальше. Прямо к окошку, в котором рыжеватое существо сортировало бумаги, пока его сосед благородной чёрной раскраски шлёпал печати на бланки.

Печати! В аду были свои печати! Ещё один нервный смешок сорвался с губ Леры, но быстро утонул в гуле голосов.

У стекла Дзарион остановился и на непонятном языке обратился к рыжеватому чёрту. Наверно, это был какой-нибудь особый демонический диалект. Чёрт оторвался от бумаг и ответил нелепым и немного мультяшным голосом. Если бы Лера наблюдала всё это на экране телевизора, то наверняка восхитилась бы работой актёра озвучания. Но она смотрела не в телевизор, а потому вместо восхищения испытывала лишь непрекращающийся шок. В немом изумлении она уставилась на чёрта, пытаясь совместить скрипучие звуки, что он исторгал, с движениями маленькой пасти, в которой мелькал синий язык.

Дзарион в очередной раз что-то с нажимом проговорил, и чёрт скрипнул в ответ — коротко, равнодушно, даже не сменив выражения мордочки, если оно вообще у него было. Потом посмотрел на Леру и молча подтолкнул в прорезь под стеклом квадратный кусочек бумаги с номером.

Быть не может. Им только что дали талончик в очередь?

Дзарион, который повёл Леру к ближайшей свободной скамье, только подтвердил эту безумную догадку.

Это настолько ошеломило её, что Лера даже автоматически поблагодарила демона, когда тот указал на скамью. Затем он опустился рядом, вытянул длинные ноги и уставился в табло с таким видом, будто хотел прожечь в нём дыру взглядом. Лера тоже посмотрела на табло. Там светящимися красными кристаллами была выложена цифра.

578.

Лера опустила глаза на талон в руках Дзариона. На нём значился номер 667.

Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что нужно что-то сделать. Что-то предпринять. Придумать план, попытаться сбежать. Но тело уже налилось свинцом, а в ушах стоял нескончаемый звон. Табло моргнуло, и кристаллы собрались в новую цифру.

579.

Спасение

— Смотри, что я нашёл.

Асмодей стоял у лестничного выхода, небрежно подбрасывая на ладони что-то маленькое и блестящее. В багровом свете неба блеснул серебристый металл.

Кольцо.

Берт узнал его мгновенно — так уж сложилось, что он провёл немало времени наблюдая за тем, как Валерия Горшина барабанит пальцами по клавиатуре. Тонкий ободок с маленьким синим камнем. Берт в два шага приблизился к Асмодею и выхватил кольцо из его руки.

— Эй-эй, полегче. Я, между прочим, нашёл важную улику…

Его возмущённый бубнёж Берт пропустил мимо ушей, вместо этого принялся внимательно рассматривать находку.

Целое, не погнутое. И крови нет. Значит, Валерия Горшина сама сняла его.

— Кольцо лежало прямо у двери, — сообщил Асмодей выразительно. — Похоже, твоя подопечная оставила тебе послание. Как романтично!

Берт чуть не заскрипел зубами. И без того раздражающий голос Асмодея начал казаться ему совсем невыносимым. Однако на выяснение отношений времени не было, поэтому Берт молча толкнул дверь на лестницу и шагнул в темноту.

— Берт, дружище, — раздалось позади, — не нужно так остро реагировать. Я ведь правда хочу помочь.

Асмодей, судя по шагам, даже не думал оставлять его одного. Обернувшись, Берт метнул демону злой взгляд.

— Правда? С чего вдруг?

Хотелось добавить ещё что-нибудь едкое о том, что таких помощников, как Асмодей, не пожелаешь и врагу, но Берт сдержался. Он быстро спустился на площадку и осмотрел длинный коридор в надежде увидеть хоть что-то полезное — любое движение, силуэт, тень, след. Как назло на верхних уровнях адской канцелярии всегда было темно.

— Ну, во-первых, мы вместе заварили эту кашу, значит и расхлёбывать должны вдвоём, — заговорил Асмодей, останавливаясь рядом. — И это ведь я припёрся к тебе с Гдоланом… пусть и сделал это исключительно из добрых побуждений…

— А во-вторых?

— А во-вторых… Я не хочу, чтобы эту женщину ликвидировали до того, как я узнаю, что с ней не так.

До чего самовлюблённый тип!

— А ты уверен, что её уже не ликвидировали? — отрывисто бросил Берт. — Если её доставили к кому-нибудь из начальства…

Эта оборванная мысль назойливым мотивом крутилась в голове с того момента, как он понял, что Валерия Горшина пропала. Озвучив её, Берт почувствовал себя совсем разбитым.

— Мы в моём родном отделе низменных страстей, дружище, — снисходительно улыбнулся Асмодей. — Чтобы добраться до начальства, здесь нужно выстоять не одну очередь. Так что считай, нам повезло…

В этот самый миг из бокового прохода вынырнул чёрт — мелкий, пятнистый, с охапкой конвертов под мышкой. Асмодей поймал его за шкирку одним небрежным движением, и конверты веером разлетелись по полу. Бежавший следом напарник тоже затормозил и замер, прижав ушки к голове.

— Господин Асмодей! — воскликнул чёрт, суетливо перебирая лапками в воздухе. — Какая честь!

— Чем могу служить? — тоненьким голосом подхватил второй, вытянувшись по стойке смирно.

— Вы тут женщину не видели? — прямо в лоб спросил Асмодей.

Берт даже удивился такой внезапности. Самому ему вряд ли пришло бы в голову допрашивать чертей, а вот Асмодей, похоже, чувствовал себя в этих коридорах как рыба в воде.

Тем временем оба мохнатых курьера закивали — синхронно, будто две болванки на пружинках.

— Женщину! Да-да! Мы видел!

— Сегодня мы видел сто сорок семь женщин, господин Асмодей! Именно тут!

— А в этом коридоре шесть штук!

— Утром две и четыре после полудня…

Берт раздражённо цокнул языком. Рано он обрадовался новой информации.

— Нас интересует конкретная, — встрял он. — Светлые волосы по плечи, глаза синие. Родинка на щеке вот здесь. — Он поднял руку и указал точно на левую скулу, чуть ниже уголка глаза. — Одета в светлую