Обратный отсчет - Токацин

— Дальше слушай, — отозвался старший Текк’т. — Всегда нет-понять говорят. Будет другой говорить, лучше понятно.

— Я опять скажу, — повернулся к ним Вепуат. — Куэнн-нужно этот камень мешать и мять. Такое-ровное мягкое, без различий. Лучше понятно?

Гедимин мигнул. «Порядок слов. И… похоже, терминология. Если бы уловить логику…»

— Будет ровное-мягкое — тонкое-твёрдое делайте, — Вепуат дотронулся до образца. — Десятикратно-точно такие, до последнего куска. Ещё будет камень — наверняка-потом-будет.

Он шагнул назад — видимо, инструктаж был закончен.

— Трогать, важно-трогать! — двое мелких Текк’тов сунулись вперёд, но крупный накрыл миниатюрный макет языком.

— Для вас невозможно, — прогудел он, не подключая ротовую полость — ни язык, ни челюсти не шевельнулись. — Куэнн-сложная работа. Вниз двигайтесь, толстое-круглое лепить. Для вас возможно. Это трудное — мне.

— Нет-невозможно камень мять, — мелкий Текк’т сунулся к мешку. — Всем легко!

— Вниз, вниз, вниз, — крупный навис над ним и загрохотал подвижным панцирем. Гедимин встряхнул головой — в ушах зазвенело. Видимо, не выдержали и Текк’ты — две головы нырнули под обрыв и больше из-под него не показывались.

— Всем легко, им тяжело, — пробормотал гигант, поддевая огромным зубом край мешка. Сшитые вместе шкуры оказались прочными — содержимое выпало через горловину, новых дырок не появилось.

— Цистерну делать проще, чем размять минерал? — Гедимин с сомнением качнул головой. Текк’т остановился. Пасть снова приоткрылась, и язык потянулся к сармату.

— Что-о-чём спрашиваешь? — прогудело внутри черепа. — Важно Куэнн-ответить. Невозможно.

Вепуат толкнул Гедимина в плечо и жестом показал, как опускаются пластины. Его глаза недобро сузились. Едва шлем закрылся, а Гедимин попытался сглотнуть, как заныла гортань, и затрещало в ушах. Текк’т снова наклонился над горкой камня и тронул её носом. Камешки взвились кверху и слиплись под его мордой в плотный комок.

— Да чтоб вас всех с вашей анатомией, — пробормотал Гедимин, отходя в сторону. Его качало. Вепуат, испуганно охнув, подставил плечо — и едва не рухнул вместе с сарматом.

— Садись! Вот здесь, спиной к ангару… Вот так, — он опустился рядом, заглядывая Гедимину в лицо. — Трудно, да? Я долго осваивался. Они очень хотят понять, но у них… у них в мозгу по-другому всё уложено.

— Уже заметил, — Гедимин прижал ладонь к ноющему виску. — Цистерна — крупный важный объект. А мять камень — это ведь каждый из них умеет? Почему он их прогнал от «тяжёлой» работы? С цистерной разве легче?

Вепуат пожал плечами.

— Тут уж им виднее. Разные минералы, разная… точность воздействия, что ли. Этот жёлтый песчаник, который тут лежит слоями, — он для Текк’тов… ну, совсем простой. А твой теплоизолятор — очень сложный. Размять его любой сможет. Но свойства он тут же потеряет. А тебе ведь от него не цвет нужен?

Гедимин безнадёжно покачал головой.

— Если они мне цистерну запорют…

…Три летучих «трилобита» сидели на стойке, хрюкали и толкались. Четвёртый намертво прилип к руке Вепуата. Сармат пощёлкал когтем и показал камешек — существо ткнулось ему в ладонь хоботком и недовольно громыхнуло спинными пластинами. Вепуат бросил камешек на склон, снова щёлкнул когтем — «трилобит» высунул крылья и тяжело заворочался на руке. Сармат с громким щелчком стряхнул его, и существо поплыло вниз по склону, недовольно хрюкая.

— Гедимин, погоняй Чужака, — попросил Вепуат, сжимая в кулаке клочок мяса. При виде приманки существа перестали толкаться и высунули хоботки. Сармат шагнул назад, щёлкая когтями. Хоботки опустились, но так и не втянулись.

Гедимин протянул руку к Чужаку и растерянно мигнул — все три хоботка ткнулись ему в ладонь. Недовольное хрюканье стало громче.

— Погоняешь его, — пробормотал сармат, пытаясь собрать в ладонь шлейки. «Трилобиты» толкали его руку с неожиданной силой, один даже на секунду всосал бронированный палец — а выплюнув, совсем расхрюкался и вздыбил все пластины.

— Не трогай, — остановил Гедимина Вепуат. — Что-то с ними второй день не то…

Он поднял «трилобита», заглядывая ему под брюхо, и в недоумении пожал плечами.

— Я думал, им в душевой тесно. А им, похоже, вообще нигде не летается. Только требуют еду и ёжатся.

— Холодно? — Гедимин взглянул на термометр. Сфен Огня, как и Сфен Земли, постепенно остывал, но температура ещё держалась выше десяти градусов.

— Не настолько, — отозвался Вепуат, собирая «трилобитов» в мешок. — Не знаю, что с ними. На вид здоровы. Но я по ним не спец. Кого бы спросить…

— В Аса’ане есть Джагулы, — вспомнил Гедимин, глядя на зверьков с тревогой, неожиданной для него самого. — И дрессировщики, наверное, тоже. Напиши им, пусть аса’анцы передадут.

— Придётся, — пробормотал Вепуат; перья на его плечах встопорщились. — Лечение по переписке, даже без видеосвязи… представляю, что это будет.

— У них вообще медицина не очень, — сказал Гедимин и хотел добавить, что заболевших эшку-тэй принято не лечить, а утилизировать, но посмотрел на Вепуата — и промолчал. — Может, кровяной камень…

Вепуат невесело усмехнулся.

— За порчу кровяного камня Гварза мне голову откусит. У нас их и так всего три. И — не знаю, есть у нас восемь дней в запасе? Может, уже нет.

Гедимин перевёл взгляд на хрюкающий мешок. Шевелились «трилобиты» меньше обычного, но недовольство высказывали очень громко.

— Вырастить камень не пробовал? От вчерашних сканов был какой-нибудь толк?

Вепуат развёл руками. Вид у него был виноватый.

— Отличные сканы. Хоть диссертацию пиши. Они там делятся, представляешь? Прямо под сканером — три новые клетки! Я тут одной добиться не могу… — он тяжело вздохнул.

— Что, без дерева-симбионта расти не будут? — хмуро спросил Гедимин, вспоминая сияющие заросли и фонящий пар под ногами. «Если эту штуку сюда вывезти, поливать её придётся растворами ирренция. Интересно, как они размножаются?»

— Там вообще условия… — Вепуат замялся. — В общем, мы не потянем. Эксперимент был бы интересный, но…

— А если дерево вывезти? — перебил его Гедимин. — Они интересные. Непонятно, как такое может существовать. Какая-то… предельная пирофорность. Ирренций я бы нашёл, термоизоляцию, подогрев…

Вепуат криво ухмыльнулся.

— Лучше не пробуй. Эти растения… у них, похоже, тяжело с размножением. Очень-очень тяжело. Они вообще не отсюда. Я так подозреваю, там без Куэннов не обошлось. Что-то из их мира. Там, в Аса’ане, остатки