Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

вероятность такого извержения в ближайшие годы или десятилетия крайне мала, но ведь и про проклятый Лонг-Вэлли никто и подумать не мог! Так что пусть лучше, если не удастся ничего иного, они хотя бы будут заранее знать о предстоящем извержении! Заранее заготовят побольше еды, подготовят коммунальное хозяйство и переживут новую Долгую зиму максимально спокойно и легко!

***

9 августа 1976 года – где-то в другом мире это был обычный понедельник, обычный рабочий день… Но это было где-то там, в другой жизни. Ибо здесь это был день Катастрофы – извержения Лонг-Вэлли, что фактически уничтожило старый мир… Так что даже начинался день с воспоминания об этом:

- Сегодня прошло десять лет со дня извержения сверхвулкана Лонг-Вэлли, - прозвучало с самого утра по радио. – Помимо прокатившихся по планете землетрясений и цунами в прибрежных областях, это извержение привело к выбросу в атмосферу свыше шестисот кубических километров пыли и вулканического пепла, смещению полюса и началу Долгой зимы… В результате прямых и косвенных последствие извержения погибло более пяти миллионов советских граждан и сотни миллионов людей по всему миру.

Дальше диктор начал рассуждать на счет того, что произошедшее событие – наглядный результат человеческой глупости и безответственного отношения к природе, что показала американская военщина. Не задумываясь над последствиями своих действий, они проводили ядерные испытания в зоне геологического разлома – и все такое… И хоть в первую очередь из-за этого пострадали они сами, но последствия «бездумных действий американской военщины» поставили на грань гибели всю человеческую цивилизацию. И лишь благодаря трудовому героизму советского народа удалось… В общем, ничего нового. Про это Михаил прекрасно знал и слышал. Потом было выступление товарища Пономаренко, вспомнившего про тех, «кто смело поднялся на борьбу с Долгой зимой и кто отдал свои жизни за жизнь советской страны и советского народа». Говорил на счет достигнутых успехов народного хозяйства – и про то, что многое из созданного для преодоления последствий Долгой зимы найдет применение и в будущем. Например, те же тепличные комплексы, в которых будут выращивать овощи и ягоды… И, конечно, опыт Долгой зимы не будет забыт – и советская страна всегда будет готова к новым потрясениям такого рода.

Позавтракав, Михаил отправился на остановку – с недавних пор у них пустили пригородные дизель-поезда, и теперь проще всего добираться на работу было на них. В прошлой реальности, помнится, их участок железной дороги электрифицировали дважды. Сначала на постоянке в конце 60-х – после чего им передели старые электрички Ср3. Потом в 80-х «железку» перевели на переменку – и на смену старым электричкам пришли новые ЭР9Т. В этой реальности не было еще ничего – и вместо электричек на линию выпускали «дизеля» ДР1.

На остановке люди тоже вспоминали про Долгую зиму – вместе ездя на одном поезде на работу, многие давно стали хорошими знакомыми друг друга. И разве можно в такой день удержаться от воспоминаний и обсуждений?

- У меня дядька в тот день погиб, - говорила какая-то женщина лет сорока. – Он после смены спал, а тут тряхануло… И дом их оползнем снесло.

- А мой брат в первую зиму калекой стал, - вторил ей собеседник, мужчина примерно ее же лет. – Чистил крышу от снега и сорвался, спину сломал… И все, ноги больше не ходят.

Да, Михаилу повезло… Все его родные живы и более-менее здоровы, всевозможные хронические гастриты с панкреатитами – по нынешним меркам и не болезни вовсе. Так сказать, раз не инвалид – значит, здоров! А вот даже многим его знакомым повезло куда меньше… И это не говоря уж о жителях тех мест, где были самые сильные землетрясения и разрушения!

Тем временем вдали появился дизель-поезд – и вскоре, ревя дизелем, он остановился около платформы, и десятки людей полезли в вагоны – слишком маленькие для такого количества людей. Уже сейчас приходилось стоять, а на следующих остановках ведь еще прибавится! Только на вокзале народу малость убудет – чтобы вскоре наполниться еще сильнее. Но вот двери закрываются, и поезд едет дальше – к остановке Астраханский переезд… Где-то впереди шумит дизель, стучат колеса, слегка раскачивает на стрелках – но именно это самый быстрый транспорт до их с Викой работы.

Внезапно стало интересно – будет ли в этом мире электрификация? Сейчас, насколько знал Михаил, немного электрифицированных дорог осталось лишь на Кавказе… Больше их не осталось нигде – даже электровозы практически все переделали в тепловозы.

На работе ничего нового не было… Ну если не считать того, что лампы бегущей волны на скрещенных полях готовили к серийному производству – но даже это успело стать рутиной. Первый опытный образец завершил цикл испытаний еще пару месяцев назад – и сейчас все причастные вовсю писали диссертации и научные статьи, а технологи срочно готовили оснастку под будущую серию – новыми приборами, в первую очередь, планировалось оснащать телестанции, где они заменят старые приборы О-типа, но это были уже не проблемы Михаила. Пусть этим занимаются те, кому по должности положено…

А вот расчетчикам работы прибавилось – и оказалось, что мощностей имеющейся ЭВМ для расчетов движения электронов в скрещенных полях маловато… Если загрузить этими расчетами заводскую ЭВМ, то ни на что другое мощностей уже не хватит. Так что для того, чтобы ЛБВ-М стали не одной-единственной темой, а получили широкое распространение, чтобы создавать новые приборы не буквально «методом тыка», потребуются более мощные новые ЭВМ. И, желательно, не одна, а сразу несколько… А где их взять? Только обращаться в министерство! А там на «старые» машины уже буквально махнули рукой, наращивать производство устаревшей техники никто не собирался. Ведь в планах одиннадцатой пятилетки уже значилось серийное производство ЭВМ на основе микропроцессоров и микросхем высокой степени интеграции! Пару таким им обещали через год, а пока приходилось обходиться чем есть.

- Сегодня в четыре партсобрание! – забежав к ним в КБ, сообщила табельщица.

- Хорошо, - кивнул в ответ Михаил, – будем.

Ну да, уже пару месяцев он коммунист… В отличие от прошлой реальности, тут Михаил все же вступил в партию. Прошло это на удивление буднично – просто в какой-то момент ему предложили вступить, а он не стал отказываться. Больше из соображений того, чтобы там, наверху, в его адрес было меньше вопросов… Да и чтобы, как в прошлой реальности было, не донимали предложениями вступить в партию. Хотя тут такого идиотизма, вроде, даже до Долгой зимы уда меньше было