Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

– считалось, что вступать в партию, комсомол или ту же пионерскую организацию должны лишь самые достойные. После Долгой зимы же это и вовсе стало считаться непреложным правилом. Но разве можно считать недостойным лауреата трех Сталинских премий, ордена Ленина и, с совсем уж недавних пор, Героя Социалистического труда?

День прошел достаточно спокойно – только в разговорах люди то и дело вспоминали про Катастрофу и Долгую зиму… С интересом Михаил узнал и про то, что тогда в результате аварийного отключения электроэнергии и, как следствие, систем охлаждения вышли из строя сразу несколько подключенных к установкам приборов. Тем более, что вместо запуска аварийных генераторов и систем охлаждения все занимались срочной эвакуацией всех работников из зданий. Как-никак землетрясение же! Впрочем, Михаил на этот счет и так догадывался – все же в прошлой жизни и он, и его жена из того мира немало проработали в отрасли… Так и пролетело время до самого партсобрания…

Собирались, как обычно, в зале для совещаний… В прошлой жизни Михаил на партсобраниях не бывал ни разу – хотя и подозревал, что они не сильно отличались от комсомольских. Огласили повестку дня – которая, вполне ожидаемо, была связана с Долгой зимой… Начав с цитаты слов из обращения товарища Пономаренко, их парторг вскоре пошел к обсуждению последствий Долгой зимы. Вспомнили погибших в прошедшие годы работников предприятия. Про то, каково было в первые годы Долгой зимы… Поговорили о последствиях безответственного отношения к принятию решений – ярким примером чего стало то самое американское ядерное испытание. Про то, какие вынесли уроки из опыта Долгой зимы и что изменилось – что в работе, что в повседневной жизни. Как оно отразилось на жизни предприятия. Например, что у объединения теперь имеются громадные собственные тепличные комплексы где-то за городом, где в скором времени перейдут на выращивание ягод и фруктов. После чего собрание закончилось – спустя всего час… Даже практически не цитировали «классиков марксизма» - лишь несколько раз упомянули товарища Сталина, и то сравнивая между собой последствия Великой Отечественной войны и Долгой зимы. Впрочем, такая краткость нынче была в порядке вещей. Ибо «надо работать, а не заседать»! И Михаил в очередной раз подумал о том, что Долгая зима ушла, но ее Тень осталась где-то рядом… Хотя Пономаренко все же упоминали достаточно часто – и, мысленно усмехнувшись, он подумал, что если в этом мире нашлись бы свои «борцы с культом личности», то его бы ругали ничуть не меньше чем Сталина.

Но вот и конец собрания – можно собираться домой… Вот опять хорошо знакомая остановка и такой же, как и утром, дизель-поезд ДР1… И они с Викой едут домой, где их уже ждут родители Михаила – точнее, его мать. Ей-то с работы добраться куда быстрее, а рабочий день заканчивается одновременно. Батя же нынче работает во вторую смену… Ждали их, конечно, и Сашка с Василисой – а вот Кветки дома не оказалось, задержали на работе по какой-то надобности. Ну да и ладно!

Около дома же их ждали изменения… Получать землю под застройку Михаил, после долгих раздумий не стал. А вот материал, на выделение которого ему дали бумагу, взял – они с батей решили использовать его для ремонта и расширения дома. Обложить кирпичом, пристроить еще одну комнату и туалет с ванной – прямо как в квартирах чтобы было, но при этом и земля рядом. Фундамент под это дело был уже готов, теперь в свободное время клали кирпичи. А во дворе были сложены бревна с досками для крыши и потолка, листы железа, из-за чего даже машина с трудом помещалась…

- Ну вот мы и дома! – зайдя домой и разувшись, довольно улыбнулась Вика.

Первым делом умыться, вымыть руки, посмотреть, как там Сашка… И можно заняться делами – например, поливать огород. Или размешать ведерко раствора и продолжить класть кирпичи. Так, во всяком случае, было бы в обычный день. Но сегодня Михаилу почему-то захотелось плюнуть на все и просто прогуляться с женой и сыном… На Волгу вон, например, съездить! Или лучше на Кумыску, на их с Викой место? А, впрочем, можно ведь и совместить? Раз уж есть машина… Кстати, а не написать ли письмецо на счет кулисы механизма переключения передач с «Москвича»? Сколько многие люди мучаются с ее настройкой! И пусть самому с этим пока столкнуться не довелось, машина новенькая и пробег маленький, но вот вспомнилось вдруг. И, заодно, нарисовать эскиз пятиступенчатой коробки с «Жигуля»…

Глава 14

Октябрь 1976 года встречал холодом и мелкими, моросящими дождями – и сложно было поверить, что всего без малого десять лет назад в это время ложился снег… Долгая зима ушла в прошлое и не торопилась возвращаться. И все же страх перед ней до сих пор был жив в душах людей… И сейчас под стук колес поезда Михаил почему-то снова и снова вспоминал 1966 год – ставшее уже историческим «Чрезвычайное сообщение» товарища Пономаренко. «Ожидается сильное долговременное похолодание»… Именно так Председатель Совета министра объявил о начале того, что вскоре получит собственное название «Долгая зима». Название, что пробралось даже в официальные документы, навечно войдя в историю… И став чуть ли не пугалом, которым можно пугать не только детей, но и взрослых. Взрослых, возможно, даже больше – ведь они знают все не понаслышке…

Глядя на проносящиеся мимо пейзажи, Михаил почему-то вновь вспоминал свои поездки в Москву в годы Долгой зимы… С тех пор изменилось многое! Тот же поезд нынче тащил не маневровый локомотив, а магистральный тепловоз ТЭП60. И вагонов не четыре-пять, а целых семнадцать… И попутчики едут не только по командировочным предписаниям, но и по своим делам. Как вон его соседи по купе, недавно поженившиеся молодые парень с девушкой возвращающиеся из отпуска в Тамбов. Парень представился Колей, а девушка – Леной. Или бабка, едущая к внуку в Москву… Эта представляться не захотела, за то много трепалась про своего внучка.

- Он у меня там – большой человек! – явно хвалясь, рассказывала она. – В министерстве транспорта работает!

И сказано это было с таким превосходством в голосе, что, в конце концов, Михаил даже разозлился. Как будто если внук этой бабки где-то в Москве в министерстве работает, то они уже превращаются в каких-то небожителей, по сравнению с кем все остальные – деревенщины неотесанные. Интересно, ее внук такой же, так же нос задирает, или