Запрещенный ритуал - 3 - Дина Зарубина

Изделия будут выставлены в Галерее Мастеров с десяти утра для всех желающих. Жюри с приглашенными мастерами пройдет там в пять вечера. К этому времени служащие подсчитают число голосов. Приходящие в галерею получают билетик, который опускают в урну. Три артефактора, набравшие больше всех голосов, предоставляются бургомистру, главе гильдии и магу от наместника. Крупные землевладельцы тоже примут участие в оценке, могут сразу предложить мастеру заказ или рабочий контракт. Создатель артефакта демонстрирует его, жюри совещается и принимает решение.

— Мама, не волнуйся, ты лучшая! — в один голос сказали дети.

Дори обреченно вздохнула и протянула пузырек с успокоительной настойкой.

— Волнуешься из-за ерунды, а в опасные моменты держишься, как скала. Ну, не выиграешь, купим мы эту лицензию, вот и все. Было бы из-за чего переживать.

Я выдохнула и постаралась расслабиться. Излишне честолюбие не приносит покоя. Но что поделать, если я люблю, когда меня ценят по достоинству? Не вижу ничего плохого в стремлении заслужить признание и связанные с ними почести и награды. И гильдейцев умыть хочется.

Ярмарка на Перелом года привлекала в Милограс множество торговцев и гостей из самых удаленных уголков армада. Бедные и богатые, знатные и простолюдины, все стекались в Милограс вместе с бродячими труппами циркачей и актеров. На каждом углу главной площади играли музыканты, через площадь от фонарей были протянуты разноцветные флажки, деревья украшены фонариками. На набережной было не протолкнуться, у пирсов не хватало мест для всех желающих причалить, все гостиницы и постоялые дворы были забиты битком.

Крис и Люси закончили семестр в числе лучших учеников, табели пестрели пятерками, и я с гордостью расписалась в них. На этот раз твердо пообещала им и цирк, и представление, и любые лакомства. А после перелома года пусть идут с волками в горы. Осмотрят подземный храм, составят карту ходов по возможности. Глядишь, чего ценного еще найдут.

Пока мы смотрели представление, я мельком поглядывала на сцену раздумывала, как осуществить еще один бизнес-план. Достала меня эта зрелищная неустроенность!

Убогие шатры, линялые декорации, голодные актеры. И просмотр стоя. Надо построить тут театр-варьете. И приглашать труппы на постоянной основе. Чтоб каждые 2–3 недели приезжала новая труппа. Народ валом повалит. А если еще сделать летнюю сцену и закрытую, на случай непогоды, да удобные кресла и скамейки, да подавать легкие закуски и напитки на первый ряд… должно пойти! Сейчас актеры сами по себе. Едут, куда глаза глядят, когда густо, когда пусто, сами себе мешают хорошие сборы сделать. Построить нормальное благоустроенное общежитие, столовую, репетиционный зал — артисты и уезжать не захотят! Деньги у меня есть, и много. Значит, надо их вложить, чтоб работали.

Дети были в полном восторге. Мы не пропустили ни одного балагана. А я потихоньку записывала, что за труппа, кто руководит, сколько человек, какие у них номера. Я им устрою шоу-бизнес в отдельно взятом армаде. Сначала здесь, потом открою филиалы в Курепсе, Тронхейме, Тридане. И с акустикой помогу и с музыкальным сопровождением. Очень жалко мне было идею с музыкальной шкатулкой оставлять. Тут сами себе подыгрывают, кто на скрипке, кто с бубном, а кто и вовсе без ничего. Срамота!

— А ну, как не захотят доходами делиться? — Спросил Морван, когда я за ужином изложила свой план.

— Кто-то, конечно, не захочет. А кто-то с радостью согласится. Сейчас они бегают, упрашивают по трактирам, чтоб дали выступить несколько вечеров. И тоже платят.

— Марина, дорого встанет! — нахмурилась Доримена.

— Солить, что ли, эти деньги? — пожала я плечами. — Если совсем некому выступать будет, найду молодых ребят, обучу, сделаю им постановку и отправлю работать.

Сейчас уличные артисты голодают, болеют, никто ими не занимается, никому они не нужны, совершенно не организованы. Творческие люди обычно мало приспособлены, чтоб зарабатывать, им надо помогать. Искать таланты, вкладываться, тогда и им, и мне хорошо будет.

— А сможешь?

Я закатила глаза. На фоне того, что у них тут даже кукольного театра завалящего нет, буду гением режиссуры. Придумаю, что делать, покажу как, задачи разъясню, и помогу с оформлением. Столько видеть разных шоу, мюзиклов, цирка дю Солей и ничего не изобразить? Я не настолько бесталанна. Да и магия многое может.

Ну, а не получится, будет просто кафе. Вон, Морану приглашу заведовать. Она не откажется, я ее рецепты просмотрела, очень дельные!

Напуганные перспективами, все исподтишка переглядывались.

— Марин, а лавка как же?

— А что лавка? Поставлю продавца, налажу учет, и будем плести по три-четыре часа в день. Люси с Крисом плетут не хуже меня. Дальше что, в потолок плевать? У меня еще идей галеон с прицепом!

Ульрих кашлянул.

— Я, пожалуй, напишу Синтии, пусть подумает насчет переезда. Тебе помощники нужны будут под рукой. Что ей в Курепсе торчать?

— Спасибо, Ульрих. Помощники нам точно понадобятся. А Синтия из семьи торговцев, практичная и разумная женщина.

— Лучше бы цветочную лавку открыла, — проворчала Доримена.

— Дори, лапочка, тебе и карты в руки! Давай чертежи, давай думать, считать, что, куда кого и сколько! У тебя оранжерея, цветочная лавка при ней обязательно должна быть! И, возможно, травная аптека? Выращивать всякую ромашку для лекарей возьмешься? Белладонну, дурман, тимьян всякий?

— Я? — Удивилась Дори.

— А кто у нас главный растениевод? Цветовод-декоратор, садовник и куратор коллекций?

— Мы все умрем, — мрачно сказал Крис и упал лицом в ладони. — Этого на полжизни хватит!

Люси пихнула его в бок.

— Зато точно будет весело!

За три дня ярмарки я встретилась со всеми руководителями трупп. Снобов, зазнаек и алкоголиков отметала сразу. С остальными беседовала, объясняла плюсы и минусы. Стабильный заработок, гарантированная занятость, человеческие условия работы и отдыха. У многих загорелись глаза.

За этими хлопотами чуть не забыла отдать свой артефакт на конкурс!

Крис напомнил. Успели за полчаса до закрытия. Я так была занята с артистами, что совершенно забыла о волнении и переживаниях. Не оценят — сами виноваты.

Мой артефакт запечатали в коробку с пояснительной запиской. Молодой городской маг провел руками, удивленно поднял брови, проверил хрустальной пирамидкой, затем каменным яйцом из розового камня с прожилками.

— Никакого фона не ощущаю, — растерянно сказал он.

— Потому что он не активирован, — пожала плечами.

— Но прибор очень чувствителен, я всегда могу понять, какую стихию использует артефакт!

— А тут не используется сила стихий. Совсем другой принцип. Умножения колебаний. Ну, звуковых волн.

Маг приоткрыл рот и тут же его захлопнул. Поджал губы.

— Чувствую, с вами будут проблемы.

— Какие проблемы, о чем вы? Мое почтение,