Полукровка 5 - Василий Горъ

Как ни странно, Орлов пошел на попятную. Вернее, по сути, согласился с тем, что его утверждение недостаточно точное:

— Законы действительно нарушаются. Причем и князьями, и дворянами, и мещанами. Но втихаря. Зато, когда о преступлениях становится известно нормальным силовикам, виновные наказываются по всей строгости Закона!

— И как накажут этого конкретного?

Он пожал плечами и хищно усмехнулся:

— Пока не знаю. Но колоть его будут мои люди и добросовестнее некуда. Говоря иными словами, гарантированно вывернут наизнанку. А Император, взявший расследование под личный контроль, проследит за неподкупностью судей.

«Судьи должны быть неподкупными не только тогда, когда работают под присмотром Императора…» — мрачно подумал я, но озвучивать эту мысль не стал и задал следующий важный вопрос: — Геннадий Леонидович, а ваши люди проверят наличие связи между Меншиковым и недавним покушением на меня и моих напарниц?

— Естественно: этот блок вопросов стоит вторым. И будет задан не только самому Андрею Валентиновичу, но и всем членам его ближайшего окружения. Причем под «химией» и под полиграф…

Глава 12

11–12 октября 2470 по ЕГК.

…На выступление группы «Двое» в ночном клубе «Полуночник» мы, конечно же, не полетели — купили торт и напросились к Синицыным в гости. В принципе, вечер удался: Петр Игоревич, с моей помощью разобравшийся с недоброжелателями и заметно усиливший позиции в компании, был счастлив и не скрывал своих чувств, Марина Валерьевна, прекрасно понимавшая, что я сделал для их семьи, не только веселилась, но и заботилась, а их приемные дочери радовались жизни и откровенно дурили. Увы, нас так и не отпустило — каждый взгляд на сияющую Ульяну заставлял вспоминать ублюдочного Меншикова с его планами и вызывал желание вцепиться ему в глотку.

Да, вида не показывали — перешучивались с главой семьи, отвечали на подначки его супруги, вдумывались в восторженные рассказы их старшенькой о талантах Горчаковой и смешили младшеньких. Но домой вернулись злыми, как цепные псы, «завели» каменку и разошлись по гардеробным. Собрались в сауне, только-только начавшей разогреваться, завалились на верхнюю полку и попробовали расслабиться. Ага, как бы не так: плющить от злости начало даже самую выдержанную из нас — Дашу. А самая взрывная — Маша — первой дошла до ручки и прервала молчание:

— Я поймала себя на мысли, что мне стыдно называть себя дворянкой: да, вполне возможно, что когда-то основная масса аристократов действительно являлась живыми воплощениями понятия «благородство», но в настоящее время абсолютное большинство представителей нашего сословия — наглые, высокомерные, самовлюбленные, подлые и беспринципные твари, охамевшие от безнаказанности! Будь я правящим монархом, упразднила бы к чертовой матери само понятие «потомственное дворянство» и оставила только личное. Причем создала бы механизм, вынуждающий подданных сначала добиваться этого статуса воистину самоотверженным трудом на благо Империи, а потом подтверждать его всю оставшуюся жизнь. Ну и, для полного счастья, ввела бы в Уголовный Кодекс повышающий коэффициент для преступников-дворян. Чтобы им автоматически прилетало в полтора-два раза больше, чем обычным людям.

— Сломать устоявшийся порядок практически невозможно… — угрюмо заявила Марина. — При попытке ввести такую систему начнется гражданская война. А после того, как Империя ослабнет, ее начнут рвать на части как бы не все остальные государства…

— … причем ожесточеннее некуда… — добавила Темникова и вздохнула: — Чтобы искоренить первые же ростки «ереси», способной вскружить голову и их правителям.

— Я это понимаю не хуже вас… — буркнула блондиночка. — И ни разу не правящая Императрица. Поэтому и мечтаю. Вернее, прячусь в мечтах, чтобы хоть как-то отвлекаться от желания воздать сторицей тварям типа Меншикова и глав наших родов. Правда, получается откровенно так себе: где-то на краю сознания постоянно висит еще одна мысль. Вернее, чертовски неприятный вопрос: почему мы сажаем на кол насильников из Халифата и Каганата, а наших — нет?

— Великолепный вопрос! — воинственно воскликнула Даша, а я каким-то образом почувствовал, что Костина балансирует на грани нервного срыва, и принял меры — уронил в личный канал Кары просьбу перебраться на боковую полку, вытребовал к себе Машу и, наплевав на то, что мы успели вспотеть, заключил ее в объятия. Само собой, «завел» и «технику двойного применения», поэтому девчонке стало не до воздаяний кому бы то ни было — она потерялась в любимых ощущениях и настолько разомлела, что «через вечность» с трудом вернулась в сознание и… нагло потребовала донести ее к купели на руках. Впрочем, два следующих захода в парилку «воздавала». Нам: в том же режиме расслабила подруг. Но как только я предложил помыться и отправиться спать, «охамела» снова — сначала заявила, что проведет эту ночь с нами, а после того, как скользнула под наше одеяло и вжалась в мой правый бок, озвучила ни разу не шуточное признание:

— Я вас люблю. Так сильно, что хочется остановить мгновение… или уничтожить весь остальной мир…

Что самое забавное, ее поддержала и Темникова, заявив, что испытывает к нам и к окружающему миру те же самые чувства. А продолжения дискуссии я не услышал — вырубился. Впрочем, проснувшись в четверть одиннадцатого утра из-за сообщения с флагом, мгновенно вспомнил откровения девчонок, наткнулся взглядом на счастливое личико блондиночки, так и не расцепившей «захват», еле слышно вздохнул и открыл прилетевший файл в отдельном окне ТК. Потом убедился в том, что звук выведен на гарнитуры скрытого ношения, убавил громкость, врубил воспроизведение и вслушался в монолог наследника престола:

— Здравствуйте, Тор Ульфович. Прошу прощения, если разбудил, но мои люди только что закончили допрашивать князя Меншикова и начальника его службы безопасности, а вы наверняка заждались результатов. Так вот, ни сам Андрей Валентинович, ни начальник его СБ, ни подчиненные последнего не имеют никакого отношения к недавнему покушению на вас и вашу команду. Зато похищение Ульяны Синицыной должно было стать первым шагом к физическому уничтожению всех, кто вам дорог, начиная с Олеси Синицыной и заканчивая Мариной Вадимовной. И пусть СБ Меншиковых успело детально проработать всего две акции, нам — то есть, моим родителям, мне и моей жене — этого хватило за глаза. Поэтому в понедельник государь вычеркнет прогнивший род из Бархатной Книги, Андрей Валентинович и как минимум двадцать семь его родичей будут отданы под суд, а все активы Меншиковых уйдут с молотка. Кстати, словосочетание «как минимум»