Ревизор: возвращение в СССР 54 - Серж Винтеркей

Закончили с подарками, и как раз время пришло идти на улицу с офицером КГБ встречаться.

Едва Румянцев приехал, сразу сел к нему в машину. Он в этот раз далеко отъезжать не стал, свернул в какой‑то ближайший переулок, где никого не было. И тут же к делу приступил:

— Павел, руководство всё же очень хочет, чтобы ты поехал в Токио, и готово как‑то поспособствовать тому, чтобы у тебя интерес к этой поездке появился. Что ты, к примеру, скажешь на то, что мы тебя сразу после возвращения из Японии пропихнём в Союз писателей полноправным членом?

Я задумался. Так‑то звучит, конечно, неплохо, но я тут же подумал о том, что тут ведь и нюансы определённые есть. Как они меня запихнут в этот самый Союз писателей? Да через своих агентов в нём, конечно же. А это сейчас эти литераторы охотно стучат в КГБ друг на друга и ладонь гэбэшную благодарно лижут. А перестройка начнётся, так они станут друг друга в средствах массовой информации закладывать, обвиняя в сотрудничестве с этим самым КГБ…

Вот оно мне надо, чтоб меня в качестве агента КГБ выставили в конце восьмидесятых в прессе, когда у меня куча задач будет по спасению хотя бы части промышленности Советского Союза?

Ну да, не надо иметь иллюзий. Как-то немного я вроде бы на историю СССР уже влияю. Но это вовсе не означает, что не будет будущего краха Советского Союза. Пока что ничего не гарантирует, что Горбачёв к власти не придёт, как и должен был, исходя из традиционного исторического расклада. Ещё как может прийти, и исходя из этого, мне и надо свои планы на жизнь строить.

— Нет, — покачал я головой, — Олег Петрович, я лучше сам подожду полгодика‑годик, да и вступлю совершенно обычным порядком в эту организацию.

Румянцев нахмурился, хоть отказ мой и принял. Но не сдался. Еще у него вариант нашелся, как оказалось.

— Ну а что ты скажешь, Паша, если мы тебе дачу построим? Участок выделили — выберешь проект, через пару месяцев приедешь, а у тебя уже дача стоит готовая!

Тут я, конечно, обалдел. Щедро, слов нет. Не ожидал такого подгона от КГБ. Даже мысль тут же появилась, что надо брать.

Правда, сразу наступил момент отрезвления. Они же мне всю квартиру проводами опутали, чтоб меня подслушивать… А если я им дачу разрешу построить, так там же, наверное, всё в жучках будет сверху донизу, это раз. А во‑вторых, они же не знают, что Захаров мне пообещал в благодарность за мою ударную работу на группировку, что мне вьетнамские строители бесплатно эту самую дачу возведут…

— Щедрое предложение, Олег Петрович, — сказал я, — но опять же вынужден отказаться. Вы же знаете, что зарабатываю я много, а деньги мне девать некуда. Вот я теперь их в эту самую дачу потихоньку и буду вкладывать. Дома ремонт уже есть, гараж есть, машина есть. Что мне еще с деньгами делать, как не дачу строить? Солить, что ли, эти рубли в трёхлитровых банках?

— Да хоть на вклад лишние деньги можно положить в сберкассу, — пожал плечами майор КГБ.

— Сколько сейчас там дают — два процента годовых или три? — спросил я, иронично глядя на него.

— Так лучше два процента, чем в трёхлитровой банке держать, — удивился Румянцев. — Я вон сам держу достаточно приличную сумму в сберкассе.

— Эх, Олег Петрович, не стоит так делать, — покачал я головой, — лучше, как я, дачу на них постройте добротную под Москвой, если у вас ещё нету. Или золото купите, если по работе как‑нибудь очередь подойдёт. Несколько лет пройдёт — будете очень меня благодарить за этот совет.

В любом случае собирался же про золото КГБ рассказать, так подумал, что почему бы и не сейчас?

— Даже так, Павел? — с хитринкой посмотрел на меня Румянцев. — Но ты же понимаешь, что я не могу этот совет только сам использовать, а доложить о нём наверх обязан?

— Понимаю, Олег Петрович, работа у вас такая.

— Обосновать сможешь более детально для моего руководства, почему именно золото? Чем советский рубль в банке на счету хуже?

— О, вот это, Олег Петрович, без проблем — нужно если, то я обосную. А сейчас просто вкратце скажу, что лет через семь золото в долларах будет раза в три дороже, чем сейчас. А про рубли я вообще молчу, там еще больше разрыв будет.

— Хорошо, Паша, хорошо, передам руководству, думаю, это их заинтересует. — закивал Румянцев. — Но давай сейчас к Японии все же вернемся. Ну а как тебе тогда такой вариант, если дача тебе не нужна? Хочешь, мы тебе снова на три недели путёвку семейную на Кубу выпишем? Только сам, конечно, понимаешь, тебе не с руки будет ехать вот прям в ближайшие месяцы туда — не поймёт никто такого. А на какой‑нибудь снова тот же ноябрь можем выписать. Обоснуешь на работе, что для оздоровления детей едешь, — думаю, никаких проблем не будет со стороны начальства что у тебя, что у жены…

— Спасибо, Олег Петрович, но нет никакой нужды, — рассмеялся я. — Я на эту Кубу так хорошо съездил, что уверен: мне само кубинское правительство само скоро предложит точно такой же вариант. А не отказывать же мне кубинцам, правильно? Придётся соглашаться на поездку. А две поездки в небольшом интервале с семьёй и детьми на Кубу — нехорошие разговоры уже могут пойти, как вы сами и отметили. Мне это точно не нужно.

— Ох, Паша, Паша, как же всё с тобой непросто. Ну, ты знаешь, у меня уже фантазия‑то и закончилась. Может, ты сам тогда скажешь, что тебе нужно, чтобы ты в эту Японию согласился на наших условиях поехать?

Тут я призадумался. Разные варианты, конечно, в голове у меня мелькали. Думал я над тем, что можно с КГБ стребовать в том случае, если они не угомонятся и действительно захотят меня в эту самую Японию запихнуть. Но из всего, что в голову пришло, только одна идея мне и понравилась.

— Есть у меня одна просьба, Олег Петрович, — сказал я, — но тут, конечно, потребуется определённый уровень доверия от вашего руководства. Вы же знаете,