Древо Миров братьев Камковых. Том 3. Великий Ритуал - Денис Игоревич Камков

речь, доносились запахи такого лагеря, который ставят надолго. Ситуация складывалась патовая. Гоблинсам было не взломать оборону портала, нам было не прорваться наружу. Но почтовых голубей, с описанием последних событий, мы в Столицу и на Ледяной пик ночью отправили.

Граф Вистен от бессильной злобы слёг с открывшейся язвой желудка и наконец, в посёлке стало тихо. Собрался совет из двергов и уважаемых людей, пригласили и меня. Граф Вистен тоже было послал своего человека, но я попросил того немного помолчать, и он почему-то сразу согласился. Совет прошёл степенно, как и всё у двергов и тех, кто привык иметь дела с ними.

Решили следующее: первое, так как добытое отгружать в сторону юга, то есть людям невозможно, драгоценные ископаемые будут складываться и храниться до лучших времён. В счётную комиссию по учёту складируемого сразу назначили двух давних приятелей дверга и человека. С отгрузкой в сторону севера, то есть двергам, проблем не было, следовательно, нечего было и обсуждать. Второе, усилили патрули. Ввели комендантский час, собрали ополчение на всякий случай. Третье, местные прекрасно знали лазейки с поверхности и пока их не обнаружили гоблинсы, аккуратно и без шума заложили эти лазейки камнями. Четвёртое, провели ревизию съестных запасов и провели перепись населения. Здесь было все в порядке, еды хватало, с водой проблем не было, к тому же припасы всегда можно было получить от двергов с Ледяного пика. Голодная смерь, местным поселенцам не грозила. И пятое, я молчавший до этого обо всем кроме усиления патрульной службы, объяснил местным, что осада эта продлится до весны, зимой не воюют. И не смотря на то, что по календарю была ещё осень, в этих местах уже начиналась суровая зима.

Тем временем, прошли сутки с момента моего прибытия, и снова пришёл в холл ратуши, чтобы получить ответ на мой запрос об аудиенции у местного старейшины.

– Вас примут немедленно, – сообщил мне дверг служащий. – Поднимитесь, пожалуйста, на третий этаж и поверните направо, вам будет нужна последняя дверь слева.

Поблагодарив молодого клерка, я проследовал по указанному маршруту и уже через минуту, стоял в кабинете старейшины. Немало удивившись, я увидел перед собой того квадратного дверга с медальоном на груди. Он же, похоже, был рад случившемуся случайно розыгрышу и улыбался в бороду.

– Меня зовут Строн, – представился он и пожал мою руку.

Ощущения были как от винтового пресса, но я напряг кисть и предплечье и не сплоховал. Строн разжал свои клещи и, кивнув сам себе, как будто и не ожидал ничего другого, проговорил:

– Наслышан я о вас и о ваших приключениях. Важин, потом бой у Зелёного дола, Вистенские дела и вот вы здесь, закономерно и ожидаемо. Я благодарен за ваше своевременное предупреждение об атаке гоблинсов, если бы не вы, мы вероятно потеряли бы больше соплеменников. Эти отродья, сильно досаждают нам последнее время. Ещё пару лет назад мы жили с ними в этих горах мирно, а потом они как будто посходили с ума. Начались нападения, грабежи, убийства.

Но, что это я все о себе… Чем я могу отблагодарить Вас, уважаемый?

– Достопочтенный мастер Строн, скажите, пожалуйста, этот знак на вашей груди? Он мне знаком по старым книгам, это знак власти или знак принадлежности к правящей династии? – Проговорил я.

Глаза дверга маслянисто заблестели, и я понял, что угодил с лестью.

– И то и то, уважаемый мастер Стэн, – ответил мне он.

Придержав плащ, я поклонился и проговорил: – Мастер Строн, мне нужна аудиенция у вашего правителя и родственника великого мастера Даина, прозванного Миротворцем.

– Ты просишь многого, – солидно ответствовал дверг, делая мне рукой знак чувствовать себя свободно. – Но я подумаю, как выполнить твою просьбу. И ещё, просто, чтобы ты понимал. Король Даин последний раз принимал людей, а именно твоего короля Вернона, позже прозванного Мудрым, сорок два года назад, когда Вернон взошёл на престол. Мне нечего было сказать на это, и ещё раз поклонившись, я покинул уютный кабинет мастера Строна.

Чтобы скоротать ожидание я напросился в подмастерья к местную кузню. Ох, что эта была за кузня. Восемь великолепных горнов выстроились в ряд так, чтобы кузнецы не были стеснены в движениях. Наковальни, инструмент, такого разнообразия я не видел никогда и глаза мои разбежались в разные стороны. В шкафах у горнов было множество разных слитков, тут же стояли склянки с отварами и притирками, масла и войлок для полировки и многое-многое другое.

Когда много недель назад я понял, что дорога рано или поздно приведёт меня к подгорным мастерам, я уже предвкушал, что буду ковать с самыми великими их мастерами. Но пока мечты не спешили сбываться и меня допустили только качать меха. Я качал и смотрел, качал и смотрел.

Когда же смена закончилась, несмотря на усталость, я подошёл к ближайшему рабочему месту и стал не только разглядывать инструмент, но и брать его в руки, примериваться. Вскоре я почувствовал знакомое ощущение на загривке, кто-то смотрел на меня сзади. Обернувшись, я увидел молодого дверга.

– Ты чего? – Спросил он у меня.

– Да вот, – ответил я.

Кивнув, молодой мастер подкинул угля в соседний со мной горн и начал разжигать его, я же повторял за ним. Выбрав материалы для своей задумки, я аккуратно начал расковывать первый слиток. Ночь пролетела как один миг. Плечи болели так, как будто мне их вырвали из суставов, но я закончил работу. Судя по свету, на поверхности занимался рассвет, а это значило, что я, не зная себя, проработал всю ночь напролёт. Скоро должны будут вернуться мастера двергов и мне надо ещё успеть убрать за собой. За этим меня и застали.

Тяжёлая рука, больше похожая на совковую лопату, опустилась на моё плечо. Я не почувствовал угрозы в этом жесте и поэтому просто повернулся к её владельцу. Чуть не доставая мне макушкой до подбородка, передо мной стоял давнишний кузнец, меха горна которого я качал весь прошлый день.

– Ты не уходил что ли, парень? – Спросил он меня.

На двергов нельзя было обижаться, точнее это просто было невозможно. Из юных лет они вырастали, перешагнув порог пятидесяти зим. Мастерами становились к ста, ста пятидесяти. Великими мастерами, если получалось, к тремстам и тогда уже делали только уникальные вещи, а большее время просто наставничали. На «парня» я не обиделся и просто кивнул.

– А ну покажи, что ковал, вижу же, что ты что-то мастерил. – Проговорил кузнец.

– Не доделал ещё, – проговорил я, и с большой неохотой протянул ему тяжёлый боевой нож.

Дверг взял его