Пробуждение чёрного дракона - Евгений Фронтикович Гаглоев

– Потом зашла в парикмахерский салон. – Эсмеральда тряхнула рыжей гривой. – Как вам моя прическа?

Полиамор, Ирвинг и Сабрина замялись, поскольку, на их взгляд, ничего не изменилось. И тогда вперед выступил Акаций.

– Можно подумать, что ты искупалась в море, а затем долго летала на эсселитском посохе, – сказал он. – А потом в тебя шарахнуло молнией!

– Этот кот сведет меня с ума! – злобно выкрикнула Эсмеральда. – А ну-ка, иди сюда, паршивец, я намну тебе бока!

Акаций тут же юркнул за скамейку.

– Скажи лучше, какой салон у нас работает до такого позднего часа? – не унимался господин Монпансье.

– Никакой, – подумав, ответила его супруга. – Просто, выйдя из парикмахерской, я встретила парочку старых подруг, и мы немного поболтали.

– Я отлично знаю, что нет у тебя никаких подруг! А ты меня, случайно, не обманываешь?

– Поглядите-ка, как разошелся! – начала краснеть от злости Эсмеральда. – Еще немного, и я затрясусь от страха!

– Тогда быстрее заходи в дом, – сухо приказал господин Монпансье. – Нам тут только землетрясений не хватало! Кстати, вы слышали грохот? Мне показалось, что весь остров содрогнулся.

– Я думала, мне одной это померещилось, – озадаченно призналась госпожа Монпансье. – Интересно, что это так шарахнуло? Неужели и правда землетрясение?

– Или островотрясение, – предположил Акаций.

В это время Ирвинг Свенсон робко приблизился к супругам Монпансье.

– Хорошо, что вы оба здесь, потому что я собирался с вами поговорить. С вами обоими.

– Что ты еще придумал на ночь глядя? – недовольно осведомился Полиамор. – Жалованье поднимать не стану, и не проси! Слишком много чести.

– Речь не о жалованье, – взволнованно пролепетал Ирвинг. – Хотя о нем тоже не мешало бы поговорить. Но это позже, а пока… Уважаемый господин Полиамор, почтенная госпожа Эсмеральда. Сейчас в ваших руках мое счастье. Или горе.

– Что это ты бормочешь, глупый мальчишка? – нахмурился господин Монпансье.

– Прошу вас… – Ирвинг заломил руки. – Отдайте за меня свою дочь Сабрину.

Воцарилась мертвая тишина. А затем Эсмеральда Монпансье вдруг захохотала, колыхаясь всем телом. А Ирвинг побледнел как полотно.

– Что?! – изумленно завопил на весь двор хозяин особняка. – Ты совсем сдурел, окаянный лакей?

– Ты же нищета подзаборная! – вторила ему супруга. – У тебя за душой ничего нет! Даже на сватов денег не нашел, раз сам с такой просьбой заявился!

– На сватов у меня деньги есть, но я решил поговорить с вами лично, – возразил Ирвинг. – И мои намерения очень серьезны.

– Ой, не могу! Ну умора! – продолжала хохотать Эсмеральда.

– А что смешного? – спросил Акаций, выходя из-за скамейки. – Ирвинг – хорошая партия для вашей Сабрины. Умный, воспитанный, смышленый парень. И готовит хорошо, в отличие от некоторых. Что вам еще надо?

– Мне от зятя не ум, а деньги нужны! – грозно заявил господин Монпансье. – Брысь, котяра, тебя забыли спросить. И ты тоже прочь с моих глаз, Ирвинг! Дочь ему отдай… Ишь чего захотел. Иди лучше почисти коровник, а то там работы… все прибывает и прибывает!

– Отец, но я тоже люблю Ирвинга! – воскликнула Сабрина.

– А тебя кто спрашивает? – нахмурила брови Эсмеральда. – А ну, быстро в дом, непутевая дочь! Быстро, я сказала, пока не оттаскала тебя за волосы!

Сабрина в слезах убежала в дом.

– Вот Белладонну можешь забирать, – сказал вдруг господин Монпансье. – Нашу страшненьку… старшенькую. Ее мы за тебя с удовольствием отдадим. Тем более других вариантов нет.

– Зачем мне Белладонна? – искренне удивился парень. – Люблю-то я Сабрину!

– А какая тебе разница? – пожала плечами Эсмеральда. – С нами породнишься, станешь зятем самого господина Монпансье! А на которой из дочерей жениться, не все ли тебе равно? Ну да, не слишком привлекательна… Но красота ведь не важна. Главное – чувство юмора!

– Почему вы такие жестокие и бессердечные? – в отчаянии воскликнул Ирвинг.

– Ой, ну хватит, – отмахнулся Полиамор.

– А то мы расплачемся! – рассмеялась Эсмеральда. – Так что, не хочешь жениться на Белладонне? Если согласишься, мы не станем обращать внимания на твое финансовое положение. Только забирай.

– У меня есть кое-какие сбережения, – возмутился парень. – Когда-нибудь и у меня будет собственный магазин на Аркадии!

– Вот когда будет, тогда и поговорим, только это случится еще очень не скоро. А пока убирайся с глаз моих, гнусная змея, пригретая на моей груди! – заявил господин Монпансье.

Ирвинг понуро опустил голову и поплелся прочь.

– Эх вы, – покачал головой Акаций. – Знавал я жадин, но чтобы настолько…

– Сейчас получишь ботинком по уху, проклятый кот! – крикнула ему Эсмеральда. – Проваливай, пока цел!

– Ну ничего, – хитро прищурился Акаций. – Посмотрим, что будет дальше. Думаю, самое интересное еще впереди!

Глава двадцать вторая, в которой Ирвинг обретает надежду, а Полиамору не дают спать

Кот вприпрыжку понесся за Ирвингом, который шел на кухню, где Дарина и Триш домывали посуду, оставшуюся от ужина.

– Еще пару тарелок, и спать! – простонал Триш, энергично орудуя щеткой. – Я уже с ног валюсь от усталости.

– Мы даже в сиротском приюте столько не работали, – согласилась с ним Дарина.

– Привыкайте, – грустно посоветовал Ирвинг, обессиленно плюхнувшись на стул. – Скоро вам придется заменить меня.

– Это еще почему? – удивился Триш.

– Потому что завтра утром я навсегда покину этот дом, – буркнул Ирвинг.

– И куда же ты отправишься, позволь спросить? – поинтересовался Акаций.

– Может, уеду на материк… Или утоплюсь в море… Брошусь с самой высокой скалы. А что мне еще делать? – Парень обхватил голову руками.

– Что случилось? – не поняла Дарина.

– Он только что просил руки Сабрины, а Полиамор с Эсмеральдой чуть не померли со смеху, – сообщил кот.

– Вы бы слышали, какие отборные проклятия изрыгал мне в спину этот поганец Монпансье, – вздохнул Ирвинг. – Никогда бы не подумал, что у него такой богатый словарный запас. А злодейка Эсмеральда хохотала мне в лицо… И на что я надеялся? Они никогда не разрешат нам с Сабриной пожениться… А мне ли с ними тягаться?

– Не унывай, Ирвинг! – хлопнул его по плечу Триш.

– Любому горю можно помочь и из любой ситуации найти выход, – согласилась Дарина. – Нужно лишь действовать хитростью, а не переть напролом. Наш учитель истории говорил, что тигр силен, но зато хамелеон более живуч. Мы вам с Сабриной поможем!

– Но зачем вам это? – удивился Ирвинг. – Ведь мы почти не знаем друг друга. Да вам тут, возможно, и жить-то осталось всего пару дней.

– Вы с Сабриной – хорошие люди, это видно с первого взгляда, – сказал Триш. – И мне очень жаль, что вы попали в такое незавидное положение. Не повезло ей с родителями. А тут еще губернатор влез…

– Спасибо вам за добрые слова, – улыбнулся Ирвинг. – Даже немного на душе полегчало. Я ведь на