Системный Друид. Том 4 - Оливер Ло

Толковая теория. Я мысленно наложил её на карту Предела и сразу увидел три участка, где слова Ирмы совпадали с моими записями, густые еловые группы на северо-западном склоне, аномальный подрост у восточного гребня, кустарник вокруг горячих ключей, сохранявший листву даже в морозы.

Тропа постепенно забирала вверх, к скальным выходам. Ели уступили место камням, снег стал тоньше, ветер усилился, обжигая щёки. Я замедлил шаг у последнего поворота, где базальтовые плиты громоздились одна на другую, образуя узкие проходы и плоские площадки, за которыми начиналась территория Громового Тигра.

— Подожди, — сказал я Нире, и она остановилась, вопросительно подняв подбородок. — Впереди хищник четвёртого ранга, одиночка. Мы давно знакомы, но чужих он воспринимает настороженно. Я пойду первым, дам ему время меня опознать, потом ты подойдёшь. Медленно, с руками на виду.

Нира кивнула, вопросов задавать не стала. Девушка, выросшая среди крупных мана-зверей Серебряных Ключей, знала, как надо действовать в подобных ситуациях без объяснений, и мне это нравилось.

Я прошёл вперёд один, двадцать шагов по открытому пространству между камнями, каждый размеренный и ровный, с характерной постановкой стопы, к которой тигр успел привыкнуть за месяцы наших встреч. Ветер дул от меня к скалам, неся мой запах вглубь природного лабиринта, и зверь наверняка учуял и определил гостя задолго до того, как я добрался до крупного валуна, служившего мне точкой ожидания.

Тигр появился через минуту, вышел из-за скального гребня тяжёлым плавным шагом, от которого мелкие камушки на площадке сдвинулись с мест. Густая зимняя шерсть, серебристо-чёрная, с полосами, мерцающими остаточным зарядом, делала его силуэт крупнее, чем осенью.

Тигр обнюхал воздух возле меня, потом его уши дёрнулись, голова повернулась вправо, ноздри раздулись, втягивая второй запах, принесённый ветром из-за моей спины.

Изменение произошло мгновенно. Уши развернулись вперёд, напружиненные и нацеленные на источник запаха, хвост поднялся горизонтально и замер. Тигр выпрямился во весь рост, и… его силуэт стал внушительнее, загривок встал дыбом, и по каждой ворсинке пробежали голубоватые разряды, подчёркивая массу тела, которое зверь выставлял напоказ с откровенной намеренностью.

Он двинулся к Нире большими медленными шагами с плавностью крупной кошки, в которой каждое движение означало одновременно и демонстрацию и оценку. Мышцы перекатывались под шкурой, лапы опускались на камень бесшумно, когти втянуты, и по земле за ним оставался слабый потрескивающий след от заряда, стекавшего с подушечек при каждом шаге.

Я сместился вперёд, заняв позицию между ними, на случай если зверю не понравится незнакомый человек. Тигр скосил на меня жёлтый глаз, мельком, без интереса, и продолжил движение, плавно обогнув меня по дуге.

Нира стояла неподвижно с опущенными руками и раскрытыми ладонями. Она смотрела на зверя прямым внимательным взглядом, тем же, которым смотрела на деревья.

Тигр подошёл вплотную, опустил огромную голову к её раскрытой ладони и втянул ноздрями запах кожи и ткани. Несколько секунд зверь стоял так, обрабатывая информацию, потом потёрся лбом о её запястье, и движение это было таким мощным, что Нира невольно отшагнула назад, восстанавливая равновесие. Она даже не вздрогнула, просто переступила и перенесла вес на заднюю ногу, позволив зверю закончить жест.

Тигр обошёл её по широкой дуге, обнюхивая одежду и котомку, хвост мерно покачивался, искры соскальзывали с кончика и таяли в морозном воздухе. Обойдя девушку полным кругом, зверь вернулся к тому месту, откуда начал, и сел рядом с ней, подобрав передние лапы и обвив бедро хвостом, уставившись вперёд с выражением абсолютного довольства.

Я смотрел на это, прислонившись плечом к валуну. За несколько встреч с этим зверем, за месяцы выстраивания хрупкого равновесия, тигр ни разу не делал ничего подобного. Со мной он держал дистанцию, брал еду с камня, ел неподалёку, позволял осматривать себя издали, уходил по своим делам, вежливое соседство двух одиночек, уважающих чужое пространство. Я тратил часы на то, чтобы приучить его к своему присутствию, носил мясо, сидел на ветру, ждал, возвращался, и считал медленное уменьшение дистанции между нами достижением, которым мог гордиться. Нира добилась того же за тридцать секунд, одним фактом своего присутствия, и тигр принял её с безоговорочностью, которая не оставляла места для обиды, только для профессионального интереса.

Здесь зверь вёл себя иначе. Контакт, демонстрация, обход кругом, усаживание рядом.

У крупных кошачьих такое поведение означало принятие, признание «своего», и в моей прошлой жизни я видел подобное у амурских тигров ровно один раз, когда выращенный в питомнике самец впервые встретил самку из той же генетической линии, и его реакция была настолько мгновенной и безоговорочной, что все ветеринары за стеклом одновременно выдохнули.

Нира осматривала зверя с деловитым прищуром. Провела взглядом по загривку, по бокам, по лапам, задержалась на рубцах от старых ран на левом боку, оценила толщину зимнего меха, симметрию мускулатуры, блеск шерсти.

— Ядро четвёртого ранга, — произнесла она спокойно. — Для его возраста это хороший показатель. Здоровый зверь, каналы чистые, энергообмен стабильный.

Она замолчала на секунду, оглядывая скалы, лес за ними, территорию, которую тигр занимал уже продолжительное время.

— Ему скоро понадобится территория побольше, — продолжила Нира. — И самка. Зверь в расцвете, каналы сформированы для следующего ранга, но без пары развитие у подобного вида замедляется. Одиночные самцы его вида выходят на плато к пятому-шестому году после обретения территории и остаются там, если поблизости нет самки, стимулирующей переход.

Она повернулась ко мне, и в карих глазах мелькнуло любопытство, которого она не пыталась скрывать.

— Есть здесь самки его вида?

Я выдержал секунду, взвешивая ответ, информация касалась вопросов, выходивших далеко за пределы обычной беседы о мана-зверях, и отдавать её стоило аккуратно.

— В Пределе нет. Одна есть, но в вольере, за стенами замка де Валлуа.

Нира слегка наклонила голову, ожидая продолжения, и я дал ей полную картину, без прикрас.

— Тигрицу поймали на восточных горах около года назад, — продолжил я. — Специальный загон, рунные решётки, подавляющие контуры. Проект по разведению боевых мана-зверей. И то, я знаю это по слухам, другой информации у меня нет. Самца планировали взять из Предела силой. Прошлой осенью сюда приходил отряд звероловов с ловушками, сетями, магией подавления. Шестеро, хорошо экипированных, с проводником из местных.

Тигр у ног Ниры повёл ухом на звук моего голоса, но остался на месте, безмятежно разглядывая заснеженный склон внизу.

— Звероловы ушли ни с чем. Точнее, — я мотнул головой в сторону скал, — они вообще не ушли. Проект де Валлуа по разведению зверей, скорее всего, замер,