Огни Авалона - Дмитрий Чайка

— Тут теперь все время так, — развел я руками. — Это же Патрики.

— Это было потрясающе! Подписывайтесь на наш канал! Ставьте лайки! — торжественно произнес блогер, и съемка закончилась.

А топ-модель и светская львица пошла восвояси, прижав телефон к уху.

— Да, Алевтина Игоревна… Уже бегу… Меня Ленка на кассе подменит… Я жилетку постирала…

— Слушай, — спросил ротмистр. — Они на такие жертвы идут. Что они получают взамен? Они и правда находят такого парня?

— Николай Петрович, — с жалостью посмотрел я на него. — Да как же его можно найти, если его в природе не существует. Но они в него свято верят. Все до одной! Вера — она ведь не про логику. Настоящая вера требует полного отречения от здравого смысла и безоговорочного принятия религиозных постулатов. Их нельзя обсуждать, и в них нельзя сомневаться. Иначе это не вера получается, а какая-то вшивая наука.

— То есть ни одна из этих дур ничего не получает взамен? — изумился ротмистр Чердынцев.

— В основном, да, — кивнул я. — Только сливают деньги у психологов и на разных марафонах. И вот идет время. Красивые ищут свое счастье, перебирая мужиков, а страшные просто начинают пить раньше, чем красивые. Многие рожают не пойми от кого, но при этом отметают кучу хороших парней, потому что те не достойны их величеств. Или бросают хороших мужиков по той же причине. Годам к тридцати пяти и тех и других возраст, бухло и беспорядочная половая жизнь немного уравнивают в шансах, но зато в головах появляется робкий зачаток мозга. Бабы начинают подозревать, что ЕГО не существует, и это толкает их на новую ступень просветления. Этот период узнать очень просто. Они записывают ролики в Сети, которые начинаются со слов: куда подевались настоящие мужчины? Или: почему никто не хочет брать на себя ответственность?

— А почему кто-то должен брать на себя ответственность за взрослого человека? — сгорая от любопытства, спросил ротмистр. — Что-то я не улавливаю логики.

— Да тут все просто, — улыбнулся я. — Даже однодневное пребывание в стадии глисты приводит к атрофии большей части навыков, необходимых для выживания. Вагиня испытывает невыносимые муки, когда вынуждена работать, и при этом не имеет доступа к чужим ресурсам. Это что-то вроде наркоманской ломки. А ролики про мужиков, которые должны взять на себя ответственность за них и за их неудавшуюся жизнь — это призывный вой одинокой волчицы, которая все еще ждет свою пару. Только волчицу когда-нибудь догонят и трахнут, а престарелую вагиню уже нет. Это последняя фаза, после которой вагиня или окончательно списывается в утиль, или становится просветленной.

— А как это, стать просветленной? — заинтересовался Чердынцев, который, оказывается, на своем жизненном пути встречал вагинь в неимоверном количестве. Ротмистр даже был женат на одной такой. Он-то по наивности считал их просто долбанашками со сломанной головой, а тут вон как сложно все…

— Просветленные становятся психологами по личным отношениям и начинают паразитировать не на мужиках, а на своих сородичах, — пояснил я. — Они даже замуж порой выходят, но никому не говорят, за кого. Иначе вся клиентура разбежится. А еще они берут деньги с тех неудачниц, которых списали в утиль, объясняя, что их жертвы были не напрасны, и теперь-то они достигли своей настоящей цели. Ведь они стали сильными и независимыми, и всё могут сами. А если они всё могут сами, то зачем им нужен мужик?

Ротмистр Чердынцев ошалело переваривал свалившуюся на него информацию. Его губы беззвучно шевелились, пытаясь произнести что-то особенно матерное. Он тряхнул головой, отгоняя бесовское наваждение, и повел меня к новому месту службы. Тут ведь недалеко, Большая Садовая 10. Там мы оказались совсем скоро. Обычный московский особнячок в псевдорусском пряничном стиле и скромная табличка, которая гласила: «Военное министерство. ЭСД»

— А ЭСД что такое? — спросил я.

— Экспедиция секретных дел, — пояснил Чердынцев. — Ты теперь по их ведомству работаешь. Удачи, зеленый. Она тебе понадобится.

Глава 11

Все приемные в госучреждениях одинаковы, и все секретарши в них одинаковы тоже. Пока нет начальства поблизости, эти лучшие представители рода человеческого обычно маются херней, и та, что сидела напротив меня, исключением не была. Густо накрашенная девушка лет двадцати пяти листала ленту на смартфоне, лишь иногда залипая на каком-нибудь особенно сочном контенте. Вдруг телефон зазвонил, и она прошипела в трубку.

— Коза ты, Ленка! Не звони мне больше! Как почему? Ты зачем с моим мужем переспала? Сравнить со своим хотела? Так у меня бы спросила. Подруга, называется! Сама ты пошла!

И она вновь залипла в телефоне, из которого орало:

— Девочки! Девочки! Зайки мои! Общий сбор! Сегодняшний стрим посвящен острейшей теме: «Бьет, значит любит. Анахронизм или нормальная сексуальная практика у черных уруков?». Зачем женщины-уруки бьют своих мужей? Тайные откровения из табора. А с вами Катя с Патриков…

— Это я уже видела, — пробормотала секретарша. — Может вот это?

— Девочки! Зайки мои! С вами Катя с Патриков! Я уже рассказывала, как провалилась в этот мир, и из аристократки стала самкой тролля. Все, кто сочувствует моему горю, ссылка для донатов в углу экрана. Любая сумма важна для развития канала!

— Это вообще старье, — пролистнула секретарша, а я вспомнил рассказ особиста принца Ольденбургского про попаданку, чье усмирение обошлось опричному полку в два танка и три БТР. Видимо, девушка все-таки нашла себя, потому что ролики сыпались один за другим.

— Сегодня мы поговорим о дизайне пещеры. Какие гнилушки дают наиболее мягкий свет? У нас в гостях ботаник, кандидат биологических наук…

— А сегодня у нас обзор свадебных причесок троллей. Какие кости в волосах наилучшим образом подчеркнут вашу индивидуальность…

— Косметика для гоблинов. Какие тени выбрать при таком оттенке кожи. Интервью с ведущим визажистом из Галлии…

— Танцы на пилоне для троллей. Я подготовила для вас обзор марок спецсталей для шеста, а также дам консультации по дополнительному армированию межэтажных перекрытий.

— Человек и урук! Любовь или болезненная страсть? Что привлекло клыкастого красавца в этой бледной уродине?

— Извините, как этот канал называется? — спросил я к секретарше, и та бросила, не поднимая на меня глаз.

— «Катя с Патриков»! Вы что, из Хтони вылезли? Или, хуже