Команда Себека - Злата Заборис

«Неужели смогла до нее достучаться?» – с облегчением пронеслось в голове.

Но не тут-то было.

– Я поняла, – прошелестела она наконец. – Ты просто не желаешь мне счастья.

И я остолбенела.

Как тогда.

«Ты просто не желаешь матери счастья!» – повторили в памяти накрашенные губы Иляны.

«Не желаешь… – отдавались ее слова фантасмагорийным эхом. – Счастья…»

Я оторопело раскрыла рот. Но слова не шли. Их будто вымели из моей головы метлой, не оставив на языке ни единого междометия.

Как так?..

– Ты просто завидуешь, – продолжала тем временем Ак-кыс, и голос ее наполнялся обидой, – что у меня есть тот, кто меня любит. А у тебя нет. А ты все так же никому не нужна.

Она опустила глаза к полу.

– Тебе было хорошо оттого, что мне плохо, как и тебе. Что я тоже одна. А стоило мне перестать быть одной – ты закатываешь истерики… Какая же ты эгоистка!

Ак-кыс исподлобья взглянула мне в лицо. Губы ее дрогнули.

– Теперь я понимаю, почему ты ушла из дома. У твоей мамы появился мужчина, а ты так не можешь. Не можешь жить там, где кто-то счастлив. Тебе надо, чтобы все вокруг были несчастны и одиноки, как ты!

Рот мой закрылся. А затем раскрылся еще раз, но слов я так и не нашла. Слушала ее и не могла поверить, что все это слышу.

Обвинения сыпались на голову, как дождь из гвоздей.

– Ты не принимаешь ничье счастье. Осуждаешь меня… Оскорбляешь мой выбор… Хватит. Я не смогу с тобой больше жить, – подвела черту соседка. – Так что ты съедешь отсюда.

Я ошалело вытаращилась на нее, хотя распахнуть глаза шире, мне казалось, я уже не смогу.

– Ты шутишь? – заворочался наконец, отмирая, язык. – Куда я съеду?..

Но настрой Ак-кыс был серьезнее некуда.

– А меня это не волнует. – Она равнодушно дернула плечами. – До конца месяца у тебя здесь оплачено – можешь жить. А потом – все. Наше соседство окончено.

Новая порция шока обрушилась на меня, как снег посреди июля.

– Так это же… – Мозг в тот же миг подсчитал отведенное время. – Через три дня?.. Как я найду жилье за такое короткое время?

– Меня это не волнует, – с двойной порцией холода повторила Ак-кыс и вышла из комнаты. Молча. Спокойно. Не хлопая дверью, напротив, осторожно прикрыв ее за собой. Оставляя меня наедине с моим шоком. И с задачей, которую я теперь не знала, как решить.

Через стенку я слышала, как Ак-кыс звенит чем-то на кухне. А вместе с тем звенела в моей голове растерянная пустота.

Как так вообще вышло, что в попытке уберечь от проблем ее я заработала проблем себе?

Глава 23. Команда Гора

Утро началось с паники. В панике я пила барбарисовый чай, в панике прошли все часы учебы. Ноги шагали к «Восходу», а в голове набатом бились тяжелые мысли.

Что делать?

Куда идти?

Если Ак-кыс выгонит меня из квартиры, я лишусь единственного своего дома.

Настоящего дома. Не того, который оккупировали мамин приятель и его вездесущая сестра. Вариант с возвращением туда я даже не рассматривала.

Хотя…

Нет.

Я тотчас же представила себе высокомерный взгляд Сталкера. И презрительную улыбку Иляны. В ушах злорадным эхом заклокотал ее голос: «На коленочках приползешь! Куда денешься…»

Руки стиснулись в кулаки.

Нет. Туда я ни за что не вернусь. Ни за что не порадую эту мерзкую семейку своим возвращением. Еще не хватало дарить им такую легкую победу надо мной…

Вот только куда мне все-таки идти, я не знала. А тем временем добралась до «Восхода».

* * *

В бассейне Бека Заевича не обнаружилось. Более того, на двери висела рукописная табличка: «Занятие нет. Все. Сегодня. Отмен».

Нарочито нерусские ошибки улыбнули, хотя в реальных разговорах Зиятбек Зулкарнаевич никогда не грешил таким усердным коверканьем падежей.

Ниже более мелким почерком шла приписка: «Ж. К. подойти в преподавательскую».

То, что под «Ж. К.» он имел в виду «Желя Карнова», я не сомневалась ни секунды.

Однако в преподавательской меня ожидал не только Себек. Едва я потянула ручку белой двери, как на меня воззрились все боги «Восхода». А также три пары доселе незнакомых мне глаз.

Рядом с Гором, поблескивая на руке массивными часами из белого золота, сидел преклонных лет мужчина в идеально выглаженных брюках и столь же нарочито опрятном поло.

Чуть левее в компании Тота и Тетяны беседовала о чем-то статная дама. И хотя облачена она была в строгий мужской костюм, а ее пепельные волосы были коротко острижены «под мальчика», язык не поворачивался назвать ее иначе чем «леди». Все в ней – лицо, мимика, жесты – было настолько женственным и изящным, будто передо мной стояло новое воплощение Бастет.

Третий незнакомец поднял на меня глаза лишь на миг. А в следующий момент снова опустил их в экран своего гаджета, непрестанно продолжая набирать что-то на нем большим пальцем.

Этот стоял поодаль, у стены, откинувшись на нее спиной. Выглядел он страннее всех: бородатый, с длинными русыми волосами, рассыпавшимися по плечам до самых лопаток, он нещадно напоминал своим видом известнейшего полубога. Вот только этот «полубог» был облачен в цветастые пляжные шорты, а на голове его кособоко сидела панамка с ананасами.

Расслабленному и отрешенному от суеты, для полноты картины ему не хватало разве что коктейля с зонтиками в свободной руке.

Незнакомец будто перенесся в каморку с ямайских пляжей. Причем перенесся – в прямом смысле. Ибо в голову невольно закрадывался вопрос: а как он пришел по улице в шортах в февральские морозы?

Стоп.

А не мог ли он быть проекцией? Не мог ли он быть одним из богов?

– А вы… кто? – обратилась я к «полубогу».

– А… – Не отрываясь от экрана, мужчина извлек из кармана своих цветастых шорт визитную карточку и протянул ее мне.

Взгляд тотчас же уперся в лаконичную белую надпись на черном прямоугольнике.

– «И. Христ.», – оторопело озвучили ее мои губы. И мозг отправился в долгое путешествие по долине шока.

Как? Он? Действительно?

Выходит… существуют не только египетские боги?..

Где-то глубоко в голове затрещали мои шаблоны. А вместе с тем начали таять кавычки у слова «полубог».

– Серьезно? – остолбенела я.

Сбоку донеслось до меня гневное рычание Гора:

– Игорь!

«Христ.» вздохнул.

– Карточку переверни, – с неохотой порекомендовал он.

И перед моими глазами оказалась уже другая надпись.

«Игорь Христофор-Колумбов, – значилось на ней. – Сподвижник техногенной эволюции».

– Так вы не полубог, – выдохнула я, испытывая почему-то дичайшее облегчение.

Он оторвался от