Команда Себека - Злата Заборис

– Я, может, и выгляжу как полубог, – проговорил он без малейшей иронии, – но в этом мире я – бог. И власти над людьми у меня будет побольше, чем у любого бога.

Сбоку от него зашлась трелью саркастичного смеха блондинка.

– Ну-ка, напомни мне, пожалуйста, властный ты Игоряша, – сощурилась она лисой, – почему тогда дело о ладье в городском пруду заминала я, а не ты?

Христофор-Колумбов буркнул что-то и уткнулся обратно в экран.

– Я был в Тибете! – ответил он раздраженно, не поднимая глаз. – Медитировал без связи с внешним миром! Ты просто оказалась ближе на тот момент.

– Угу, – согласно кивнула женщина.

– Угукай, – отозвался Игорь. – А вот завтра я приду, выкуплю твой департамент, и посмотрим, как ты заугукаешь.

– Посмотрим, как ты его выкупишь, если тебя депортируют! – Незнакомка улыбнулась. – Вылетишь из страны ласточкой – никакие миллиарды не спасут.

Христофор-Колумбов активно закачал головой.

– Не соглашусь с тобой, Эльвира. – Он саркастично прищелкнул языком. – Мои миллиарды откроют передо мной любые границы. Даже закрытые.

– Куда-то вы далеко ушли от знакомства, – подал с дивана голос третий незнакомец.

Взгляд его приветливо обратился в мою сторону, однако новой реплики от него дождаться мы не успели.

– Согласен, – сдержанно отрезал Гор. – Процедура затянулась. – Он указал ладонью в сторону обладателя часов. – Это Паша. Точнее, для тебя – Павел Леонидович. Павел некогда был представителем старой власти, известен как член верховного совета РСФСР. Ныне имеет бизнес в Москве.

Старичок в поло учтиво кивнул в знак знакомства.

– Это, – продолжил Гор, переводя ладонь левее, – Эльвира Девова. Она возглавляет министерство массовых коммуникаций в нашем регионе. Все СМИ нашего города находятся в ее ведомстве.

Блондинка обворожительно улыбнулась.

– А это… Игорь. – Гор кашлянул. – Игорь тебе уже представился. Игорь венчурный инвестор, держатель акций крупнейших IT-компаний и… Напомни, чем ты сейчас занимаешься?

– Я развиваю индустрию Machine Learning, – смакуя каждое слово, поведал «полубог». – Можно сказать, Machine Learning – это я.

– Ну, я так-то тоже Машин и Лёнин. – Павел Леонидович отмахнулся. – Маму у меня Машей звали…

Шутку его Игорь не оценил.

Я же в целом не могла оценить суть происходящего вокруг.

Рядом со мной в одной комнате стояли бывший советский политик, министр СМИ-коммуникаций и молодой айтишник-миллиардер.

Как мне на это следовало реагировать?

И, главное, для чего они собрались здесь в этой каморке?

Если подумать… откуда они вообще могли быть знакомы?

Павлу Леонидовичу на вид лет семьдесят. Эльвире – около сорока, а Христофор-Колумбову явно не больше тридцати. Даже если они и служили в юности богам «Восхода», то вряд ли могли бы пересечься здесь из-за своей разницы в возрасте.

Тем не менее эти трое вели себя как старые приятели. Значит, было какое-то другое общее дело, объединявшее их?

И тут до меня дошло.

Люди, собравшиеся здесь, были не богами. Но и людьми, зная, через какие тернии они прошли, назвать их было сложно.

– Вы – команда Гора?.. – осенило меня. Веки распахнулись. Теперь я смотрела на троицу совершенно новыми глазами. – Вы – те, кто прошел все четыре команды?..

– Павел и Игорь – в прошлом мои фантоши. – Гор кивнул. – А Эльвира…

– А девочку Элечку Тот в свою команду не взял. – Руки Девовой с претензией скрестились на груди. – Поэтому девочка Элечка четырех богов не прошла. И фантошем Гора не стала.

Глаза ее изучающе забегали по моему лицу, а в следующий момент женщина и вовсе оказалась в шаге от меня, пристально рассматривая под всевозможными углами.

– Тото, – мелодией прозвучал ее голос, – вот объясни мне доступно, в чем между мной и ей такая разница? – В ее интонации за звенящей смешливостью таилась ощутимая обида. – Почему ее ты взял в свои фантоши, а меня нет?

Тот, стоящий рядом, сдавленно кашлянул.

– Какой смысл сейчас об этом спрашивать? – ушел от ответа он. – Ты все равно сейчас здесь наряду с командой Гора.

– Да. Сейчас уже неважно, была ты фантошем Гора или нет, – сгладил обострившиеся углы Бек Заевич. – Сейчас ты. Наравне с ними. Это главное.

Речной бог плавно развел руки в стороны, точно пытался показать жестом размеры ее значимости.

– В этом городе ты имеешь даже больше влияния, чем они, – продолжал Зиятбек. – Не это ли твоя победа над ними?

Эльвира притихла. Точнее, как мне показалось, дала себя утихомирить. Позволила ситуации завершиться на данной ноте и не развиваться далее.

– То есть… – отмерла наконец я, – вы пригласили их, чтобы я с ними познакомилась? Типа… Узнала, что меня ждет дальше в роли мессии?

Ответом мне стала немая сцена. Затянутая и давящая.

Я же ощутила себя полной дурой.

Молодец, Желя. Продолжай думать, что мир крутится вокруг тебя.

И какой черт дернул меня задать этот вопрос?..

– Нет, – решительно возразил Гор, – они здесь по другому вопросу.

– Но ты, – поспешно добавил Бек Заевич, – здесь, чтобы быть в курсе нашего дела. Как мессия. Как будущий фантош Гора.

Мысленно я поблагодарила Себека за это разряжение обстановки.

* * *

– Хоть мы и выяснили, кто переродил Исиду, – решительно начал Гор, когда боги и люди собрались в круг у стола в преподавательской, – но до сих пор ничего не знаем о ее местонахождении. – Царь богов напряженно соединил пальцы в замок. – Мы даже не можем утверждать наверняка, что она осталась жива. А значит, вопрос о проведении переписи богов все еще остается открытым.

Янтарные глаза сосредоточенно обвели присутствующих. Голос его звучал хмуро и холодно.

– Мы вынуждены провести перепись, чтобы увидеть, явится Исида на призыв или же она мертва. Три дня назад я, Тото и Бек встретились с Сетом и Сешат для обсуждения условий проведения переписи и установления перемирия. Тото… на этом даю слово тебе.

– Древо Хатхор, – перехватил нить разговора Тото Анатольевич. – Для переписи богов нам необходимо достать его побег. Затем – посадить его в землю и дождаться, когда на нем распустятся листья. После этого мы проведем созыв на перепись, и в день созыва я и Сешат запечатлеем на листьях древа имена всех явившихся богов.

Свои слова он обращал не столько к богам, сколько к команде Гора.

– Однако древо не принадлежит нашему миру, – продолжил он. – Оно является ему лишь раз в день: на восходе, когда Ра проходит над самой восточной точкой побережья Нила. А именно – над Асуаном. В этот миг для глаз богов и служащих им в месте близ Асуана возникает два сикомора из бирюзы: древо жизни и древо Хатхор. Они – врата, разделяющие мир живых и мертвых. На первом запечатлены имена всех царей Египта. На втором возникают имена всех живых богов нашего культа каждый раз,