Жена главного советника. Клинок Мугунхва - Ирина Ардо

Мы всё ещё против них, но при этом складывается ощущение, что наша доблестная четвёрка играет за одну команду.

— Пора расходиться, — напомнила я после непродолжительного молчания. — Надеюсь, успею.

— Надо узнать, кто выходит на дела вместе с Бён Чхолем. Если ты была права, и он меня узнал, то всё очень плохо.

— Верно, — согласилась скорее машинально. — Думаешь, это кто-то из совета?

— Либо из личной стражи короля. Если знает Бён Чхоль, то знает и он.

— Поглядим, что они будут делать.

— Поглядим…

На этот раз на крышу я взбиралась очень медленно. Каждый рывок вызывал ломоту во всём теле. Даже дышать было сложно, лёгкие горели от малейшей нагрузки.

Всё-таки надо было отсидеться. Представляю, что ждёт меня дома, когда я заявлюсь в таком виде к Вон Ён.

Духи благоволили мне и до поместья я добралась без каких-либо приключений, однако стоило мне ступить на территорию зла, как удача меня покинула…

Я даже на забор залезть не успела, как увидела знакомую фигуру, приближающуюся к дому. Повезло, что луна светила не в спину, и мне удалось скрыться в тени одного из деревьев.

Сердце колотилось, как сумасшедшее, адреналин бурлил в крови. Давно я не чувствовала ничего подобного… Наверное, только в первые разы, когда ещё не придумала эту уловку с участием Вон Ён. Тогда меня могли обнаружить и это добавляло перчинку в и без того опасное мероприятие.

Теперь ощущение вернулось, и меня это будоражило. Пальцы сами легли на гарду меча, а что-то внутри прямо-таки мечтало об очередной схватке. Усталость как рукой сняло.

Я вся натянулась, как струна, услышав звук шаркающих по стене ног, чтобы увидеть мужа в одежде наёмника-аристократа.

Он взобрался на забор и принялся озираться по сторонам. Совершенно некстати у меня засвербело в носу. Пришлось зажать рукой нос и рот, чтобы не чихнуть.

Дьявол!

Бён Чхоль направился к дому, не срывая маску и по какой-то причине решил подойти к моему окну.

Так, погодите…

К моему окну?!

Нет-нет-нет! Нельзя! Назад! Отойди!

Духи, пусть Вон Ён спит, укутавшись в одеяло с головой!

Сердце продолжало учащённо биться, но теперь от приступа паники. С дерева был ограниченный обзор, так что мне пришлось спуститься, подбежать к дому и прокрасться вдоль стены, чтобы увидеть, зачем Бён Чхоль решил пойти этим путём.

Я точно знала, что он хочет подойти к моей комнате с улицы, ведь калитка на мужскую половину была с другой стороны, тот путь короче.

Моя догадка подтвердилась, и я начала судорожно придумывать варианты отвлечения этого сующего во всё нос человека.

Наверное, следовало оглушить его, швырнуть какой-нибудь камень в стену или сделать хоть что-нибудь, но мои ноги будто приросли к земле. Тело стало каменным. Просто застыло.

Ничего не могла с собой поделать и просто пялилась на своего мужа, который в свою очередь неотрывно смотрел в распахнутое окно моей спальни.

Поза была расслабленной, плечи откинуты назад. Если бы он заметил подлог, то точно постарался бы присмотреться. Мужчина сделал глубокий вдох и такой же выдох, а затем как-то удручённо покачал головой.

Мне даже показалось, что его что-то тяготило. И это что-то было связано со мной. Ощутив укол возмущения, я едва не выдала себя неосторожным движением, но сумела вовремя взять себя в руки.

И без того сегодня набедокурила и едва не выдала нас с братом.

Однако Бён Чхоль что-то почувствовал. Он резко напрягся, вытащил хвандо из ножен и огляделся по сторонам. Пришлось вжаться в стену… Как назло, бушевавший недавно ветер стих и теперь можно было услышать даже моё дыхание.

Во всяком случае, так казалось.

Я едва не рухнула на землю от облегчения, когда услышала удаляющиеся шаги. Быстро пробравшись в комнату, шёпотом окликнула Вон Ён:

— Можешь вставать.

— Госпожа, прекращайте всё это, — она рывком поднялась с постели и сдула прядку, упавшую на лицо. Впервые я видела служанку не просто напуганной, а даже злой. — Когда я услышала шаги на улице, то подумала, что это вы и уже собиралась вылезти из-под одеяла, но увидела мужчину! Это был наёмник, точно вам говорю!

— Вон Ён, — я постаралась остановить этот панический поток, но девушка уже не слушала и продолжала свою отповедь, судорожно комкая простыни:

— Нет! Это просто невозможно! Вдруг это ваш муж приставил к вам человека, чтобы следить? Или кто-то следит за вашим мужем? Что тогда? Теперь на вас обращено множество глаз и уже никогда не будет, как раньше.

— Я знаю.

— Знаете и всё равно продолжаете, — обречённо проговорила она. — Простите мою дерзость, госпожа. Я не имею права так разговаривать с вами, но не знаю, сколько ещё выдержу.

Я закусила губу и просто обняла её. Хрупкое тельце задрожало, сотрясаясь в рыданиях.

Со всеми своими заботами, с этой беготнёй даже не замечаешь, как сильно страдают люди вокруг тебя. Бедная Вон Ён уже который год прикрывает мне спину, а ведь участь служанки в случае обнаружения подобного незавидна — её казнят или накажут так, что смерть покажется благословением.

— Я не перестану заниматься тем, чем занимаюсь, — не стала лгать я. — Но постараюсь придумать что-то, чтобы не вовлекать тебя в это. Мне и в голову не приходило, что тебе так трудно.

— Нет, госпожа, — она замотала головой из стороны в сторону, вырываясь из моих рук. — Я всё сделаю! Честное слово, всё сделаю!

Да, она всё сделает. О чём бы я ни попросила.

И иногда это пугало.

Воспитанием Вон Ён занимались наши служанки и моя дражайшая матушка. Девушку воспитывали, как часть тела госпожи. Мне удалось привить ей хоть какую-то самостоятельность, но не полностью.

Девушка спокойно оспаривала мои решения и могла даже что-то посоветовать, но при этом даже не представляла свою жизнь без услужения мне. Это убрать из её головы мне никак не удавалось.

— Разберёмся Вон Ён. Со всем разберёмся…

Наверное, мы бы проговорили так до рассвета, если бы не услышали звуки открывающейся двери. Кто-то входил в мои покои…

— Так, быстро спрячься за ширму и возьми мой меч!

— Ваше ночное одеяние, — служанка передала мне вещи.

— Спасибо!

В считанные секунды я распустила пучок и накинула подобие халата поверх своей одежды. В последний момент сорвала ткань с лица и очень кстати — на пороге моей спальни оказался Бён Чхоль.

— Здравствуй, дорогая супруга, почему