3I/ATLAS. Камень раздора - Михаил Зарубин

Китаец постоял, смотря в потолок, потом ткнул пальцем в карту, прикидывая на глаз.

— Думаю, через час-два находиться на базе будет уже опасно. При наличии жертв через два-пять — накроет весь остров. Потом, возможно, озеро сработает как демпфер, но если процесс пойдёт по воде… — Физик не договорил. — Короче, если вода не остановит, поле будет расширяться, пока не выровняет свой потенциал.

Я почувствовал, как по спине пробежал холод. Одно дело разглагольствования чисто гипотетически о давно минувших в Лету мифических Древних и их возможных кровожадных технологиях. Совсем другое оказаться самому в этом мистическом кошмаре. С не слабой такой вероятностью вместе с моими женщинами стать всего лишь очередными жертвами для энергетики Древних.

Всё, о чём я думал последние дни, складывалось в эту идеально стройную, но пугающую до жути картину.

— Доктор Пин, как считаете, мог быть могильник вождей предохранителем или выключателем? — Спросил я, сам удивляясь собственной интонации. Ти тени волнения, ни капли дрожи. Один холодный научный интерес. — Могли они его поставить, чтобы отключить систему? А мы, сняв его, опять активировали систему?

— Похоже на то Андрей, — кивнул мне Пин. — Но сразу оговорюсь, не симотрите на меня так! Я не знаю, что Древние знали и что делали своими камнями! Я как и вы могу только догадываться! Догадываться и предполагать! Но очень похоже, что снизу жертвенник, который со временем превратился в могильник. Возможно, те, кто строил и запускал этот мегалитический комплекс, и сами погибли, запитывая алтарь.

— А как же тогда он отключился? Мог повлиять получившийся сверху изолятор из костей?

Доктор Пин только плечами пожал.

— Может и так. А может просто высосал всю доступную энергию…

— И теперь, — подал голос генерал Колдунов, — эта штука снова работает как сбествшийся пылесос. Выкачивая у людей жизнь?

— Да, генерал. — Пин повернулся к карте. — И учтите, процесс явно идёт с ускорением. Каждая новая жертва увеличивает градиент. Сейчас зона радиусом… — он ткнул пальцем в экран, — уже больше пятнадцати метров. Через час будет тридцать-пятьдесят. Часа через два-три, если ничего не изменить, думаю, накроет весь остров.

— А если добавить жертв? — Спросил вдруг фон Айбарек. В его обычно спокойном голосе прозвучало что-то такое, от чего у меня волосы на загривке тогда зашевелились.

Айка молча крепко вцепилась в мою ладонь. И, видимо, не контролируя себя, всё давила и давила, впиваясь ногтями мне в кожу.

— Вы предлагаете кормить жертвенник людьми? — рявкнул Колдунов.

— Я, уважаемый генерал, предлагаю понять, можно ли насытить систему. Если подать больше энергии — может, контур захлебнётся и отключится сам? — Бельгиец и не думал смущаться. — Это же очевидная даже для школьника физика. В которой нет места эмоциям! Если градиент выровняется, процесс остановится.

Пин посмотрел на него долгим, изучающим взглядом.

Теоретически — да, доктор. Если подать на плиту энергию, сопоставимую с той, что она смогла откачать и куда-то засунуть за те пять тысячелетий. Вопрос — сколько. И хватит ли у нас с вами людей.

— А если взять не людей? — Опять влез озабоченный больше практической составляющей генерал Колдунов.

— А вы много в могильнике костей животных заметили? — Пин не считал нужным объяснять очевидные вещи. — Вряд ли у Древних разумных было больше чем тех же свиней.

— А если что-нибудь на плите подорвать? Ведь это тоже энергия! — Харламов, не будучи учёным, но будучи не менее кровно заинтересованным и вдобавок ещё и военным не постеснялся наивности своего вопроса. — Ну или провода от ЛЭП на плиту подвести?

— Думаю, это не будет подачей энергии, это скорее всего вызовет разрушение плиты и системы. Градиент схлопнется, но и алтарь окажется уничтоженным.

— А если не схлопнется? — Не унимался фон Айбарек.

— Тогда процесс ускорится. Мы получим взрывное расширение зоны. — Пин развёл руками. — Риск есть.

— Что мы имеем? Получается, если вода не остановит, поле будет расширяться, пока не выровняет свой потенциал? — Ава Форестер, весь диспут молчала и с всё большей тревогой глядела на расширяющееся пятно в окружении живых «маячков». То один, то другой «маячок» не выдерживал. Падал. Его оттаскивали. Или отступал. Вот и Ава не выдержала, подошла к экрану.

— Вы считаете это недостающий алтарь нашего русского монстра для запуска мегалита? — Фон Айбарек не утерпел со своей шпилькой.

— Да, доктор, как не печально, но наш британский коллега был абсолютно прав — это стартер Левина.

— Но мегалит и так работает! Почему он не останавливается, ведь градиент мегалита должен быть на порядок выше?

— Если на примитивный человеческий электромеханический генератор подать мощность несравненно большую, чем выдаёт двигатель привода, то он тоже не остановится, миссис Форестер…

— И? — Харламов, сам не понимая, играл роль наивного громоотвода.

— Он взорвётся.

Глава 7

Паракасские сосуды

Эвакуация по Миасски

…Пессимистичный прогноз доктора Пина не оправдался. Зона поражения росла, но хотя бы не по экспоненте, как он предсказывал поначалу.

Но все равно пятно невидимой смерти расползалось с механической неотвратимостью слишком стремительно. Поэтому и эвакуацию начали, хотя и с задержкой на целый час, но всё равно в авральном режиме.

Первыми под протокол эвакуации попали те, кто оказался вычеркнут из списка жизненно необходимых для управления кризисом: вспомогательный персонал, техники из групп, чьё оборудование уже вышло из строя, энергетики и айтишники.

Я в перерыве между штурмами стоял у штабного бокса, смотрел как последние, чуть ли не плача от потери доступа к супер навороченным игрушкам, грузятся на катера.

К середине дня эвакуировали и часть учёных — тех, чьи данные больше не успевали обрабатывать. Приборы начинали сходить с ума. Выгорали вычислительные кластеры. Айтишники их пытались принудительно охлаждать, экранировать и даже отключать. Не помогало. Паразитные наводки ELFа проникали практически везде…

У курчатовцев первыми «сдохли» георадары. Американские гравиметры JPL продержались дольше, хотя и они стали выдавать нелинейные скачки, которые никто уже и не пробовал хоть как-то интерпретировать. Просто отфильтровывали пока успевали.

— Понеслось, — сказал мне тогда Харламов. Мы стояли у временного лазарета. — У людей падает давление, тахикардия, некоторые жалуются на металлический привкус во рту и гул в ушах.

— Градиент потенциалов? — Спросил я.

— Пока нет. Это его тень. Чёртовы ELF‑поля, которые уже достали до берега, рушат нам митохондрии в клетках. Организм чувствует, его уже «качает».

— Сильно?

— У пострадавших военных лактат зашкаливает. Кислородное голодание на тканевом уровне, хотя сатурация почти нормальная. Белок в моче… — Харламов зло сплюнул. — Митохондрии просто не справляются. АТФ как откачали, клетки просто истощаются! Понимаешь, чудовищно