Системный фермер. Том 3 - Алексей Аржанов

Внезапно вдоль черенка побежала тонкая трещина.

/Внимание! Перенасыщение накопителя./

/Целостность предмета под угрозой. Барьерное плетение работает на пределе./

Лопата жгла ладони. Я чувствовал, что вот-вот черенок затрещит по всем швам, не выдерживая потока живки.

И тогда я сделал то, что делал в самые отчаянные моменты. Раньше я гнал живку через тело, и это едва не убивало меня. Теперь я решил соединить два источника разом: ту силу, что несла лопата из компоста, и ту, что текла по моим собственным жилам.

Я перехватил черенок обеими руками, прижал к груди и стал отдавать свою живку. Эссенция хлынула из меня, сливаясь с той, что была накоплена в черенке. Мир вокруг вспыхнул.

Купол рванул вширь так, что у меня перехватило дыхание. Бледно-синяя граница барьера разрослась в огромную сферу, которая накрыла весь огород целиком. Прозрачные стенки переливались, по ним бежали разряды, похожие на маленькие искры или молнии.

Орда саранчи врезалась в эту стену со всех сторон разом.

Тысячи тварей вспыхивали искрами и падали на землю дождем. Те, что уже пировали на грядках внутри купола, разом были раздавлены и посыпались с ботвы. Гул прожорливой тучи сменился глухим стуком падающих тел.

Пот заливал глаза. Ноги дрожали. Сердце колотилось так, что отдавало в виски. А живка все текла сквозь меня, выжигая изнутри. Мне казалось, что я держу купол целую вечность, хотя прошло, наверное, не больше минуты.

Когда последняя саранча с поля осыпалась под барьер, я разжал хватку. Сфера захлопнулась, оставив после себя запах как после грозы.

Я рухнул на колени, хватая ртом воздух. Лопата выпала из обессиленных рук. Перед глазами плыло, и сквозь муть проступили строчки:

/Нашествие отражено. Урожай сохранён./

/Уничтожено вредителей: критическая масса./

/Получен опыт в навыке «Жатва Живки». Уровень повышен./

/Внимание! Зафиксировано экстремальное перенаправление эссенции. Резерв организма истощён. Рекомендуется немедленный отдых./

Я поднял голову и обвел взглядом поле.

Грядки стояли целехонькие. Картофельная ботва местами погрызена, кое-где помята, но в целом урожай уцелел. Между рядами черным ковром лежала мертвая саранча, столько, что земли под ней почти не было видно.

* * *

Телега неторопливо катила по разъезженной дороге, поскрипывая колесами на ухабах. Беатрис правила сама, держа вожжи в руках затянутых в тонкие перчатки, а я сидел рядом, привалившись плечом к борту. Спина еще ныла, и каждая колдобина отдавалась в теле тупой болью. Но ехать верхом сил у меня пока не было, так что повозка пришлась кстати.

От недавнего пожара не осталось и следа, разве что на востоке, у самой кромки леса, темнела широкая полоса гари. Но дальше нее огонь не прошел.

— Так что там вышло с дамбой? — спросил я, когда мы выехали на ровный участок и тряска поутихла.

Беатрис скосила на меня взгляд из-под широкополой шляпы, что прятала ее лицо от солнца.

— Что ты ещё хочешь узнать? — Она усмехнулась краешком губ. — Иржи сотворил настоящее чудо. Я бы своими глазам не поверила, если бы не была там сама лично.

— Расскажи, — попросил я. — С самого начала и по порядку.

Я так и не смог пересечься с Иржи после этого. Сначала разбирался с саранчой, потом пытался прийти в себя из-за больших затрат маны. А на следующий день уже пришлось собираться в путь — в город.

Девушка перехватила вожжи поудобнее и заговорила. Голос у нее был ровный, чуть насмешливый, как всегда, когда она находила в происходящем повод для тайного удовольствия.

— Иржи с лесорубами добрался до старой дамбы выше по руслу Звонкой. Они подрубили опоры с одной стороны, ту, что подгнила, и вся запруда обвалилась. Вода хлынула вниз вдоль восточной кромки леса. — Она махнула рукой в сторону «проплешины» леса. — Огонь как раз туда и шел.

— Значит, заслон рубить не пришлось?

— В том-то и дело, что нет. — Беатрис покачала головой. — Любомир со своими только начали вырубать участок, а тут уже и вода подоспела. Твой участок чудом вышел из этой передряги.

Я самодовольно усмехнулся. Иржи и впрямь не подвел. Хромой инженер с моей идеей в голове сделал больше, чем сотня мужиков с лопатами.

— Только вот соседям твоим крупно не повезло, — продолжила Беатрис, и в голосе ее зазвучали ехидные нотки. — Низина-то тянется через угодья Вернера, а краем задевает и наделы Корна. Так вот, изрядную часть их полей залило. Особенно Вернеру досталось, у него вдоль той низины как раз озимые стояли.

Я присвистнул.

— Ничего хорошего в этом нет, — хмуро посмотрев на девушку, ответил я. — Если бы можно было остановить другим методом, то мы, скорее всего, так и поступили бы…

Я хотел кое-что рассказать Беатрис, но вовремя остановился. Хотел упомянуть, мол, было бы здорово, если у моих работников были бензопилы. Да и техника бы не помешала. На том же тракторе землю вспахать, чтобы пожар по сухой земле не добрался до полей и построек.

Но всё это осталось в прошлой жизни.

— Именно. — Она кивнула. — И вот тут начинается самое любопытное. Помнишь, ты послал Радована к соседям, узнать, откуда пошел пожар? Так он не только разведал, что произошло у Вернера, но еще и согласовал с обоими землевладельцами твою затею с дамбой.

— Согласовал? — переспросил я. — Погоди. Сначала расскажи причину пожара, а потом уже расскажи, что там Радован успел наговорить от моего имени.

— Ну, в Преславице говорят, мол, неизвестно откуда прилетела целая орда саранчи. А батраки Вернера не придумали ничего лучше, кроме как зажечь костры по всей округе.

— Мда, — почесав затылок, ответил я. — Интересный, конечно, метод борьбы. Правда результат его применения оказался печальный. Так, а что за предложение по поводу дамбы?

— Ой, ну и наговорил он там от твоего лица разных вещей. Не удивлена, что он тебя толком в курс дела не ввел, — Беатрис явно забавлялась. — Радован прибежал на встречу Корна и Вернера, запыхавшийся, и объявил: господин Мейер предлагает обрушить дамбу, чтобы водой остановить пожар. Ну и они дали согласие, оба. Сказали, что это — единственный выход из положения.

Я невольно усмехнулся. Радован сообразил оформить все честь по чести. Получил согласие от обоих, прежде чем дал указание разрушить дамбу. Молодец.

— А сейчас, выходит, они недовольны? — догадался я.

—