Возвращение России - Влад Тарханов

двух минут, как выживших из состава охраны у дома Момулу просто не было. К сожалению для Котовского, не выжил и полковник Антонеску, к которому у последнего было множество вопросов. Он упал виском на камень, которых во дворе было достаточное количество, как оказалось, да и небольшой слой снега сыграл злую шутку: перед приездом столичных гостей двор очистили от снега, насколько могли, вот и не было той самой «подушки безопасности», которую давал снежный покров. Впрочем, если бы Григорий Иванович мог заглянуть в будущее и узнать, кого он пришиб, то испытывал бы чувство искреннего удовлетворения!

(примерно так он выглядел до революции)

Котовский, убедившись с товарищами, что никто из охраны не шевелится, проверил пульс и у полковника, тот тоже уже не шевелился, раздосадовано сплюнул. Надо же — так тренировал этот трюк, отработал его до автоматизма. А тут какой-то камень свел все его труды к нулю! Только после этого направился во флигель, в котором содержался король. Тот был закрыт на наружный амбарный замок, который слетел после одного удара приклада карабина. Богатырской силой Григорий был не обделен, можно сказать, вылитый Фэт Фрумос[5], если использовать специфику местного фольклора. Пинком ноги открыл дверь. Дерево жалобно скрипнуло, на нём Котовский срывал досаду от неудавшейся попытки пленения румынского полковника. Жалеть Антонеску? Вот уж это как раз мимо кассы! Досада возникла только из-за того, что захват языка был бы крайне желателен. Но тут не все пошло так, как хотелось бы! Влетел в комнатку короля. И удивился! Комната пустая, окно в сад открыто. Это что, Фердинанд при звуках выстрелов рванул от греха подальше? Выглянул — на снегу никаких следов не оказалось. Ну не мог же король передвигаться по воздуху? Он же не китайская ведьма из сказок, которая по воздуху аки по суху движется?

— Votre Majesté, sortez, vous n’êtes pas en danger! // Ваше величество, выходите, вам ничто не грозит!

— Êtes-vous sûr? Qui êtes-vous? // Вы уверены? «Кто вы такой?» —произнёс король, смущенно вылезая из камина, пытаясь при этом отряхнуть окутавшую его тело и мундир сажу.

— Lieutenant Kotovsky, l’empereur russe m’a envoyé pour vous sauver. // Поручик Котовский, меня прислал российский император, спасти вас.

Надо сказать, что Григорий Иванович, будучи во фронтовой разведке, офицерского звания не имел. По личному приказу генерал-майора Вандама получил чин подпоручика (младшего лейтенанта, если на европейский манер) на время проведения операции. Намекнули, что этот звание может стать его постоянным, ежели операция закончится успехом. Обращаясь к королю, Котовский не преувеличивал свою значимость: в обществе было принято некоторые приставки перед званиями убирать, например, штабс-капитан именовался просто капитаном, а подпоручик — поручиком, подполковник, соответственно, могли назвать просто полковником. В любом случае, нескромностью тут и не пахло. Обычное соблюдение этикета. Кстати, французским Григорий Иванович владел почти что в совершенстве: тут и воспитание сказывалось, да и природный ум, позволявший быстро схватывать и усваивать новые знания.

— Préparez-vous, Votre Majesté, nous n’avons pas beaucoup de temps! // Собирайтесь, Ваше величество, у нас не так много времени! — ответил спасатель королю Фердинанду.

— Je me demande ce que Mikhaïl voudra pour m’avoir sauvé? // Интересно, что захочет Михаил за моё спасение? — задумчиво произнёс король.

— Votre Majesté, je peux vous laisser ici pour que vous puissiez réfléchir, mais je partirai dans exactement quatre minutes. Vous n’avez plus de temps. Je n’ai reçu aucun ordre de vous sortir de ce pétrin à tout prix. Si vous ne voulez pas partir, c’est votre droit. // Ваше величество я могу оставить вас здесь, чтобы вы могли всё хорошенько обдумать, но сам отбуду ровно через четыре минуты. Больше времени у вас нет. У меня нет приказа вытаскивать вас из этих проблем любой ценой. Не хотите уходить — это будет исключительно ваше дело.

— Donnez-moi six minutes, j’ai besoin de me rafraîchir et de changer d’uniforme. // Дайте мне шесть минут, мне надо привести себя в порядок и сменить мундир.

Сборы короля заняли четверть часа, хотя и собирать ему было особо так нечего, но пока его величество отмыло с себя сажу и грязь. Потом нашло мундир и привело его в порядок уже на теле — времечко быстро так скапало. Вот к чему приводят привычка одеваться при помощи слуг, которых тут его тюремщики сознательно лишили. За это время Котовский вспомнил всю его эпопею по поискам короля. Свою небольшую группу — семь человек он отобрал из фронтовых разведчиков, все они родом были из Бессарабии и румынским владели в совершенстве (хотя бессарабский говор постоянно присутствовал). Первого рано утром они уже прибыли в штаб Дроздовского, который благоразумно располагался в Градинарах — селе неподалеку от столицы. Там он оставил товарищей, а сам направился Бухарест.

Полковник Антонеску, который напрочь уверовал в секретности их схрона с пленным королем не учитывал тот уровень коррупции, которым румынское общество было пронизано сверху и донизу. Котовский получил от Вандама адрес его агента, в Бухаресте, он и помог Григорию весьма оперативно купить нужные сведения. Тем более, что для материального обеспечения операции щедро отсыпали золотые монеты с ликом бывшего императора Николая II. План операции родился на ходу. Автомобиль арендован за более чем приличные деньги (такая модель во всей столице была не более чем в двух-трех экземплярах). Шифр заговорщиков тоже обошелся в немалую сумму, но телеграмма к Антонеску с нужным текстом ушла в тот же день. Потом прибытие в Джурджу, разведка местности и стремительный налет — в лучших традициях пластунов.

— Où allons-nous? // Куда мы направляемся? — поинтересовался Фердинанд, выйдя из флигеля.

— Au quartier général du général Drozdovsky. Un représentant de l’Empereur vous y accueillera. // В штаб генерала Дроздовского. Там вас встретит представитель императора.

— Гут! Едьем! — сначала на немецком, а потом на ломанном русском произнёс пока еще король.

Вскоре небольшой отряд покинул такую негостеприимную для короля резиденцию.

[1] Конечно, Антонеску использовал выражение face de petrecere — устроить ему проводы или помножить на ноль, это более современная интерпретация

[2] Ракия — вид румынского самогона из фруктов и винограда, но только не из сливы, сливовый самогон — это палинка!

[3] Своеобразные традиционные румынские котлетки из говядины. Очень вкусно!

[4] Тут имеется в виду