Биас - Madame Ndiaye

После школы потянуло прогуляться.

— Куда путь держишь? — Маринка, как обычно, всегда рядом.

— Может, в центр? Хочется пройтись по Невскому.

Подруга задумчиво уставилась на Джунки, словно сканируя его от макушки до пят. Стало не по себе.

— И что же, так вот одна и пойдёшь по городу шляться?

— А что такого? Я же не айдол, чтобы без охраны не могла из дома выйти! — съязвил Джунки.

Если откровенно, он и в Сеуле не раз сбегал от мемберов и стаффа, готового задушить своей опекой. Надевал бейсболку и маску на лицо, сверху капюшон худи. У него всегда была жгучая потребность видеть Союн! Хотя бы пять минуточек! Просто принести любимой стаканчик кофе в обеденный перерыв, подержать за руку.

Сейчас этого так не хватало!

— Не айдол, конечно! — слова подруги заставили Джунки шмякнуться в действительность, как носом в асфальт в детстве. — Но уж больно ты странная последнее время, Ирина Соколова!

— Странная? Чем же?

Маринка пожала плечами.

— Да изменилась сильно. Плечи расправила, краситься стала да так, что все девчонки обзавидовались! Юбочки коротенькие носишь. Даже Славке отпор дала! А Анна Владимировна говорит, ты спортом всерьёз занялась!

— Разве это плохо? — удивился Джунки.

— Это отлично! Я тебе с пятого класса твержу, что пора себя показать! Такая красотка же! Но появилось в тебе что-то совсем непривычное, не пойму… — Маринка замялась, подбирая слова, соответствующие мыслям. — Взгляд, Ириш! Такой взрослый! Как будто не девчонки-выпускницы, а умудрённой опытом женщины. И от этого кажется, что ты всё время решаешь какую-то сложную задачу!

— По алгебре? — Джунки хохотнул напоказ, но не мог скрыть нервозности.

— Нет, подруга! Алгебра тут явно ни при чём.

Джунки опустил взгляд. Ему не раз хотелось признаться Маринке во всём, поговорить по душам с рассудительной не по годам девочкой. Она хорошо знала Ирину, была ближайшей подругой и, кажется, уже очень давно. Но всякий раз он отказывался от своей нелепой идеи: даже если Маринка поверит, что уже само по себе маловероятно, то чем она сможет помочь? А если так, то зачем нагружать её лишней тайной?

— Мне кажется, ты влюбилась!

— Что? — от неожиданности Джунки вздрогнул.

— Что слышала, Ирина! Влюбилась! Только не пойму, в кого именно. На тех ненормальных, кто всерьёз собирается замуж за айдола, ты не похожа… Уж не Горохов ли? Или есть другой кандидат на девичье сердечко?

Девчонки рассмеялись. Джунки поспешил заверить Маринку, что сердце её подруги полностью принадлежит науке.

— И даже рисинки сейчас только на втором месте, Мариш! — подытожил Джунки. — Учёба прежде всего! — он процитировал фразу, которую многократно слышал от Ириного папы.

Они распрощались у школы. Одноклассница побежала домой — тот редкий день, когда у неё не было дополнительных занятий, и можно было просто отдохнуть вечерком. А Джунки поплёлся к метро.

За прошедшие дни его энтузиазм по поводу общественного транспорта заметно сдал позиции: он и не предполагал, что так привык к комфорту такси класса люкс и личному авто. Вот и сейчас мысль о том, что придётся проехать несколько остановок в тесноте вагона, навевала тоску. Но, как выражалась Иркина мама, охота пуще неволи.

Он ехал, погрузившись в собственные мысли.

С того дня, как Маринка показала ему статью про американские гастроли их группы, он неотрывно следил за сайтом и страничками мемберов в соцсетях. Страничка Джунки привычно обновлялась — менеджеры знали своё дело. Но живого человеческого участия не чувствовалось. Макнэ ORYZA в процессе не участвовал.

Прочитав про то, что рисинки в полном составе прибыли в Лос-Анджелес, Джунки испытал странное чувство — смесь радости (всё идёт своим чередом) и напряжения, граничащего с ужасом (вместо него там Ирка). Глядя на растерянные глаза парня на фото и видео, он уже не сомневался, что в его теле девчонка. Хорошо это или плохо? Минджун не даст кому-либо схалтурить и выступить вполсилы. И раз группа всё же отправилась в турне, значит, лидер счёл, что всё в норме.

Интересно, знает ли Минджун правду? Совсем молоденькая девушка, очутившаяся в теле мужчины, айдола… Ирка могла перепугаться и признаться на эмоциях.

Вопросы множились в голове, как вирусы, но ни один не находил ответа.

Джунки надеялся, что прогулка в одиночестве по городу поможет собраться.

Он вышел на площади Восстания и пошёл по Невскому в сторону Дворцовой площади — без какой-то конкретной цели. Это было странно и приятно: просто идти среди людей, рассматривать здания, не скрывать лицо от прохожих. Дома им с Союн всё время приходилось прятаться. Люди часто идеализируют жизнь артиста. Незнакомого с индустрией человека могут привлекать блеск и камеры, всё это внимание двадцать четыре на семь… Но только изнутри, уже находясь в этой странной системе, понимаешь, что цена известности огромна. Почти непосильна! Он, макнэ знаменитой на весь мир группы, последний раз вот так гулял по улице, когда ещё был простым воспитанником детского дома.

Ну, хоть какая-то радость от этого обмена телами.

Джунки просто шёл вперёд, разглядывая незнакомые здания, читая таблички с названиями улиц, вывески. Тоюн бы, наверное, умер от зависти, узнав, где он сейчас! Этот неутомимый путешественник прожужжал Джунки все уши во время совместных ночёвок, рассказывая о каникулах, проведённых с родителями в разных странах, пока ещё парень учился в школе. Кажется, в России друг побывать не успел.

Мысли о ребятах из группы смешивались со странным чувством, будто Джунки не раз бродил этим маршрутом. Ну, конечно же! Ирка наверняка любила гулять по городу и прекрасно его знает. Джунки перешёл по мосту на другую сторону, прошёл по набережной и свернул на одну из улочек. Хотелось бы ему знать, как справляется его невольная подруга по приключению. Её, правда, никуда без охраны в Америке не отпустят. Что, впрочем, к лучшему. Хотя в этом он ей совсем не завидует! Чего ему точно не хватало все эти годы и что есть у простой школьницы Ирки Соколовой — это свобода! Быть собой, не носить маску, располагать своим личным временем так, как хочется!

Подходил к метро Джунки уже в приподнятом настроении. Ну ведь правда: если всё равно ничего пока сделать нельзя, так почему хотябы не порадоваться тому, что есть сейчас?

Вечерний час-пик, когда большинство людей возвращается домой после работы или учёбы— явление известное и универсальное для всего мира. Но вот проживать его на своей шкуре Джунки в Корее не приходилось: сперва он был школьником-сиротой, который не так уж часто появлялся в метро, а потом стал трейни.