Теневой двойник - Рина П

— Выходит, я больше похожа на человека?

Мы уже почти подъехали к дому, Кирилл паркуется и поднимает ручник.

— Либо просто меньше зациклена на значимых людях, наконец-то появилась модель, не склонная к созависимым отношениям.

«Знал бы ты, как я зациклена на вас с мамой…»

Выхожу из каршеринга и направляюсь к подъезду. Сумку мне мою не вернули, так ловко украденные очки и краска для волос канули в небытие, но зато выдали пакет с новым набором одежды. Думаю, свои вещи Клара предусмотрительно оставила себе, раз представилась такая возможность. Судя по проглядывающему сквозь тучи зенитному солнцу, сейчас около полудня. Я пробыла в том жутком месте не более двенадцати часов, а стресса столько, что хватит ещё на целый год.

— Знаешь, что? — спрашивает Кирилл, когда мы заходим в дорого обставленную квартиру, по которой я, как только что замечаю, уже успела соскучиться. — Сейчас я закажу тебе телефон. Дешёвый, но с хорошим аккумулятором. Ты всегда будешь носить его с собой, поняла?

Это очередной его эксперимент? Хочет проверить, сможет ли новая модель тринадцать дробь восемь справиться с сотовым телефоном?

— Но зачем? — Недоумённо выгибаю бровь.

— Затем, что я собираюсь вытащить из тебя жучок. Ты стала мне чересчур интересна, чтобы позволить им добраться до тебя раньше времени, — в голосе Кирилла улавливаются нотки той самой увлечённости, которые я заметила и в Николае Ивановиче. Они оба так или иначе причастны к науке и занимаются разработкой великих по своей сути вещей. И конечно, сейчас у обеих компаний спортивный интерес в изучении плодов своего труда, а от вклада каждой из них зависит общая прибыль.

— Я прибыль. — Усмехаюсь, снимая новенькие кеды, и направляюсь к своей комнате.

— Чего? — доносится сзади голос Кирилла.

— Говорю, вы изучаете меня, как обезьянку. Кто больше изучит, тому деньги и достанутся. — Поворачиваю голову с непринуждённой улыбкой. — А ведь ловко вы меня провели, а? Авария, разбилась на машине, подозрение на убийство! — Театрально вскидываю руки. — И зачем выдумывать? Что приходило на ум, то и говорили? И этот спектакль на кладбище! Ради денег и науки этот старый хрыч готов на всё, даже прикинуться полным идиотом!

— Ты новая модель машинного обучения, если, конечно, представляешь, что это такое. Мы знаем твою архитектуру, потому что сами на пару с DoppelSoft её разрабатывали, но суть моделей глубокого обучения в том, что ты не поймёшь, кого создал, пока не испытаешь. Вот так вот, милая тринадцать дробь восемь. — Он подходит вплотную и по-братски хлопает меня по плечу.

Этот маленький жест вызывает внутри такую бурю внезапных эмоций, что я сжимаю губы и снова отворачиваюсь. Ещё как зациклена… и притащите сюда мою фальшивую мать, я запрусь и начну рыдать, потому что я ей не нужна. Кажется, что я способна понять разумом всё, что угодно, но мозг отказывается думать, что в мире есть другие люди помимо этих двоих.

— Кстати насчёт тринадцать дробь восемь… я не сильна в цифрах, но это ведь что-то значит?

— Ну, это дробь. — Кирилл отходит и направляется в свою комнату. — Обыкновенная. Но ты всегда можешь сделать с ней что-то, чтобы всё понять. Какие-нибудь математические преобразования, например. Мой отец любил оставлять пасхалки в названиях, мы решили продолжить эту традицию. Вот так вот, Клара. — Он берётся за ручку двери и уже собирается оставить меня.

— Я Клэр.

Кирилл замирает.

— Зови меня Клэр.

— Как скажешь, Клэр.

Я не думала, что это будет так легко. Что с ним произошло всего за одну ночь? Неужели действительно думал, что вещь не сбежит, если с ней пренебрежительно обращаться? Они все забыли сказку про Федорино горе? Чем я отличаюсь от подушки, которая ускакала как лягушка? Фыркаю и закрываюсь в комнате. Подушка должна быть полезной и функциональной, как и я. А если относиться к нам неуважительно, мы отправимся искать другой дом.

Ложусь на застеленную постель и устало смотрю в потолок. По-прежнему ноль физиологических потребностей, сплошная симуляция. Мысли улетают к Кларе. Как странно она посмотрела на меня, когда Кирилл приказал отдать меня ему. Я ей не соперница, а она, как я поняла из их разговора, рассталась с Киром ещё летом. Я бы хотела пообщаться с самой собой. Раз я являюсь её неполной копией, можно ли называть нас близнецами? Внешне-то не отличить. Краску с волос, ясное дело, с меня тут же смыли. И снова я являюсь её полной копией — излюбленный серебристый цвет волос, нос картошкой, серые глаза.

Интересно, кем мой чип был до этой жизни? И можно ли считать это реинкарнацией робота, раз меня пересобрали под другого человека? Так много вопросов, и ни одного ответа. Я и без него знаю, что тринадцать поделить на восемь — это дробь, но бесполезнее этой мысли я ещё ничего не слышала.

Дверь осторожно приоткрывается.

— Хотел у тебя спросить. — И когда он стал таким неловким? — Будешь ли ты мороженое?

В недоумении приподнимаюсь на локтях.

— Мороженое? — Земля сошла с орбиты, или Кирилл Киреев в самом деле предлагает роботу человеческую пищу?

— Ну машинное масло у меня тоже в принципе есть, — улыбается он. — Я понимаю, удовольствие ты вряд ли почувствуешь, но тебе будет приятно, что мы обедаем как нормальные люди.

— Ты хочешь посмотреть, как я буду вести себя в социально значимых ситуациях, — внезапно доходит до меня. — Казуса на свадьбе было мало, но ладно.

— Да какие ситуации? Я просто вспомнил, что в морозилке есть мороженое, и решил предложить! — начинает сердиться Кирилл.

— Да ладно тебе, идём. — На самом деле в груди тепло: ему на меня явно не всё равно, а для нас, роботов, это очень важно.

Кирилл высыпает пачку начос в отдельное блюдо, достаёт два брикета мороженого, прихватывает подмышку пакет сока. Я беру стаканы, и мы идём к нему в комнату на кровать смотреть кино, прямо как настоящая пара.

Может, он встретился с живой Кларой и теперь осознаёт, что соскучился? Почему от этой мысли так напряжённо сдавливает где-то в груди?

Неловко мнусь в проходе, пока Кирилл ставит ноутбук на стул и ищет фильм.

— Стоишь так, будто не рылась в моих вещах две недели назад. Не стесняйся, садись.

Отбрасываю все сомнения в сторону и залезаю с ногами на кровать. Мягкость и упругость ортопедического матраса вызывают во мне облегчённый вздох.

— Придётся найти тебе в комнату другое спальное место. — Кирилл качает головой,