Звёздный отряд. Точка входа в аномалию - Саша Прудиус

А я просто вспомнил технологии Хранителей. Вот где Игорь разгуляется.

— Почему же? — я прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. — Мне как раз интересно. Я тут… занимаюсь одним проектом: неофициальным, внеучебным.

Игорь тотчас оживился. Я увидел это по блеску в его глазах за толстыми линзами очков. Они загорелись тем самым фанатичным блеском, который с головой отличает настоящего ученого от простого студента.

— Серьёзно? О каком проекте речь? Не про вечный двигатель, часом? А то мне тут один все уши прожужжал про свободную энергию, так я его чуть паяльником не ткнул.

— Нет, не вечный двигатель, — усмехнулся я, отлипая от косяка, и подходя ближе к его импровизированному стенду. — Я говорю про реальные двигатели. Для настоящих будущих космических кораблей. Которые полетят к другим звёздам.

Игорь замер с паяльником в руке. На кончике жала застыла капля олова.

— Ты шутишь сейчас или говоришь серьезно? Или может быть это какая-то проверка на благонадежность? Неужели, комсомол решил устроить чистку своих рядов от слишком умных?

— Игорь, я говорю серьезнее некуда, — и понизив голос, хотя в коридоре никого не было, продолжил: — Нам нужен человек, который разбирается в физике плазмы и термоядерном синтезе не по учебникам, а по велению души. И тот, кто видит будущее в чертежах реальных установок.

Игорь положил паяльник на подставку, затем быстро вытер руки ветошью с таким видом, словно избавлялся от последней преграды на пути к мечте, потом поправил свои очки.

— Когда начинаем? Если что, можешь на меня рассчитывать, я в деле.

Я тотчас обменялся с ним рукопожатием, скрепляя наш уговор:

— Ну вот и отлично. Только прошу, никому ни слова.

Игорь еще раз поправил свои очки:

— Вот это секретность, — рассмеялся он. — А если спросят, где пропадаю?

— Скажи, что готовишь научный проект. Или в библиотеке сидишь, картошку, в конце-концов копаешь, если летом зайдет разговор. Это тебе не запад, тут лишние телодвижения не любят.

Он кивнул:

— Понял. Буду шифроваться и перед родными.

— И еще, — добавил я. — Если станет страшно или покажется, что это бред, уходи сразу. Если что, без обид.

— Заметано, — кивнул Игорь. — Умеешь ты зацепить. Думаю, что сработаемся.

Я посмотрел, как он снова склонился над своим осциллографом, ловко орудуя паяльником.

"А ведь он не просто согласился, — задумался я. — Он именно обрадовался. Сработаемся с тобой, Игорь, обязательно, сработаемся. С таким ответственным парнем как ты, горы свернем!"

Следующей в моем списке была Марина. Вот и повидаемся с ней, наконец.

С Маринкой нужно было действовать тоньше, чем с Игорем. Я не мог просто подойти к ее корпусу биофака, а потом заявить: "Привет, нужна помощь в борьбе с космическим злом" или "А пойдем картошку выращивать для борьбы с Темным Порядком". Наши отношения после встречи в планетарии были чем-то большим, чем просто студенческая дружба. Между нами явно пробежала, если так можно выразиться, искра понимания. У нас был даже общий взгляд на звёзды.

Вечером я ждал её у выхода из главного корпуса МГУ на Ленинских горах. Она вышла со стопкой книг по биохимии и микробиологии под мышкой, её волосы растрепались от ветра. Увидев меня, она просияла:

— Лёша, привет! Рада тебя видеть. Ты не поверишь, но я как раз вспоминала тебя, наши с тобой разговоры. Буквально только что, на кафедре мы обсуждали возможность создания замкнутых биосфер для лунных баз.

В ответ я улыбнулся. Рядом с ней можно было очень легко позабыть о гравитационных полях, а также о приближающейся угрозе Темного Порядка.

— Привет, Марина! Выглядишь уставшей.

— Ой, да, устала, — я проследил взглядом за тем, как ее рука поправила выбившуюся прядь волос тыльной стороной ладони, оставляя на щеке заметный темный след от чернил. — Готовлюсь к докладу по адаптации земных растений к марсианскому грунту (в теории). Представляешь?

В кармане куртки нашел чистый носовой платок и протянул ей

— Давай свои книги, помогу донести куда скажешь, а заодно прогуляемся.

Ее книги перекочевали в мои руки. Вытерев испачканное лицо моим платком, Маринка попыталась вернуть его мне.

— Можешь оставить себе.

Мы пошли по аллее к метро "Университет", увлеченно разговаривая по пути. Вечер был теплым. До нас доносился запах цветущей черемухи, и гул редких машин.

В какой-то момент после оживленной беседы я начал подбирать слова в попытке быть убедительным, но при этом не раскрывая всей правды

— Марин, у меня есть одна идея. Неофициального и внеучебного характера.

Она остановилась и посмотрела на меня с любопытством:

— Звучит интригующе, — хмыкнула она.

Я понял как это все по-дурацки прозвучало, а потому поспешил добавить:

— По учебе.

— А я-то думала! — рассмеялась она. — Неужели сам комсомол поручает нам какое-то секретное задание?

Она вгляделась в моё, по всей видимости, растерянное лицо и серьезно продолжила:

— Будем выращивать картошку на орбите?

Я усмехнулся:

— Ну, почти. Но, скорее, это будет научный кружок нового типа. Думаю, что можно попробовать объединить усилия физиков и биологов для решения интересных задач

Она сделала шаг ко мне:

— Каких именно задач?

Я сделал паузу, и глядя ей прямо в глаза проговорил:

— К примеру, это будет та же подготовка человека к жизни вне Земли. Создание замкнутых экосистем для длительных перелетов. По сути, у тебя будет готовая практическая работа на выходе.

Марина задумалась всего лишь на секунду, и затем с хитрецой выдала:

— Звучит в точности как научная фантастика.

Я улыбнулся. Намек понял. Имеет имеет в виду журнал Техника-молодежи. Многие студенты зачитывают его просто до дыр на страницах в общежитии, — особенно статьи всякие про космические города и шагающие экскаваторы на Луне. Но сейчас в моей голове было кое-что гораздо серьезнее фантастики.

— А