Фантастика 2026-80 - Мария Фир

– Понимаю. – Лиза высвободила из-под одеяла руку и нашла ладонь подруги. – Тебе всё это тоже неприятно, а я думаю только о себе. Расклеилась совсем.

– Лучше бы ты поплакала и выпустила обиду наружу, чем держать её внутри.

– Я не стану плакать, – заупрямилась некромантка. – Ведь я ни в чём не виновата перед Велиором.

– Разве плачет только тот, кто виноват? – улыбнулась жрица.

– Не знаю, но я точно не буду, – задохнувшись от подступивших слёз, прошептала Лиза. – Я не хочу…

– Ну хорошо, хорошо, тогда просто засыпай.

Донния сплела заклинание сна и мягко укрыла им Лизу прежде, чем та успела что-то возразить.

***

В стеклянные витражные двери тихо постучали, и задремавший в кресле Велиор вздрогнул и открыл глаза. За окнами брезжил ранний рассвет – первые лучи весеннего солнца несмело карабкались по склонам Вечных гор. Белоснежные шапки снега вспыхивали так, что на них было больно смотреть. Эльф не переодевался ко сну. Всю ночь он провёл над магическими фолиантами и свитками. Столик, за которым они когда-то любили сидеть и ужинать с Лизой, был завален ворохами исчёрканных схемами бумаг.

– Графиня Агата? – удивился эльф. – Думал, встреча назначена на вечер…

– Всё верно, – кивнула женщина, откидывая вуаль, прикрывавшую лицо. – Я пришла не по государственному делу, а по личному.

Велиор нахмурился, но графиня Флеминг выудила из небольшой сумочки пачку перевязанных суровой нитью писем и протянула эльфу.

– Это письма, которые приходили на имя Лизабет Сандберг из Фоллинге. Какое-то время после захвата города её родные продолжали писать в надежде получить ответ, но почтовые повозки не пропускали люди Ордена. Теперь мои помощники разбирают почту и разыскивают адресатов.

– И оставшиеся в городе инквизиторы больше не препятствуют им? – спросил алхимик.

– Они покидают город по приказу генерала, – строгая вампирша не сумела сдержать улыбки. – Отряд Мередит Крайсен не вернулся из Фрестеда. Говорят, все искатели во главе с командиром сгинули в сумраке и даже инвертеры не спасли их. Я отправила Тессу на разведку, чтобы получить более подробную информацию.

– Отличные новости. – Велиор принял у гостьи чуть пожелтевшие от сырости конверты.

– Думаю, ты увидишь своих друзей немного раньше, чем я, поэтому передай письма Лизе.

– Конечно, – кивнул он. – Я передам.

– Как только в Академии появится кто-нибудь из некромантов, дай мне знать. Нам выпал хороший шанс дополнительно защитить город, и мы должны использовать его, пока генерал Гвинта будет рассчитывать свой следующий шаг.

– Вы думаете, он вновь заявится в Трир?

– Мы не можем знать, какими будут его дальнейшие решения. Но пока Лукасу с моей помощью удаётся водить за нос Высший Совет, мы можем рассчитывать на короткую передышку. В этом я уверена. Я буду просить Гаэласа собрать силы Гильдии призывателей в Академии.

Графиня вернула на место вуаль и ушла, оставив после себя едва уловимый аромат горьковато-свежих духов. Велиор прикрыл дверь и вновь остался в одиночестве. Сначала он пристроил пачку писем на комоде, затем переложил на подоконник, за штору. Спустя четверть часа хотел сжечь их в камине, но не посмел: всё же они были предназначены Лизе, а ему следовало только передать их. Не обязательно из рук в руки, можно оставить, например, на её столе или кровати. Наверняка она захочет забрать что-то из своей бывшей комнаты, поднимется к себе и увидит письма.

Эльф повернул в замке скрипучий ключ и вошёл в спальню Лизы. Он ничего не трогал здесь с того самого дня, лишь иногда приходил сюда, чтобы предаться воспоминаниям.

Стопочки книг и тетрадей покрылись тонкой пылью, на спинке стула висело домашнее платье, из-под кровати выглядывали мягкие тапочки. Всё это принадлежало той хрупкой и нежной Лизе, которую он когда-то знал и которой больше нет. Сердце Велиора разрывалось, когда он представлял любимую в объятиях Келларда.

– Тебе нескоро понадобятся учебники, – прошептал эльф, касаясь затянутых в потёртую кожу обложек. – Наверняка всё время уходит на заботу о малышке…

В голове не укладывалось, что пока он был заточён в Академии Трира под магическим куполом искателей, Лиза не просто успела спастись и разыскать эльфов, но и забыла его, полюбила другого и даже родила ребёнка. Велиор в сотый раз за прошедшие сутки бросил взгляд на висящий на стене календарь – круг, расчерченный на сегменты-месяцы.

Выходило так, что его Лиза забеременела вскоре после захвата Трира. Потеряла память от пережитого шока, а отец воспользовался этим? Решила, что Велиор мёртв, и утешилась с другим? Или же… или Келлард вновь связал её чёрными приворотными чарами, как было с Доннией? И где теперь Донния, что сталось с ней?

– Ты дважды забрал у меня самое дорогое, – глядя в пустоту, прошептал эльф, обращаясь к родителю. – Третьего раза не случится. Теперь я отберу у тебя тех, кто тебе небезразличен. Они предадут тебя и… разорвут на куски. А я посмотрю на это! Полюбуюсь на то, как тебя будут жрать твои бывшие слуги!

Верные тени Келларда, Никс и Данэль, должны были стать этими предателями. Отвернуться от хозяина и подчиниться молодому Велиору. Более того, он хотел, чтобы сумрачные твари возненавидели того, кто использовал их в своих целях долгие годы. Накинулись на него без всяких сомнений!

Ненависть переполняла мага, и он не стал надолго задерживаться в покоях Лизабет, вернулся к себе и вновь занялся заклинаниями. Тёмный дар горел внутри Велиора яростным огнём, когда он вычерчивал на паркете магические символы и разрывал теневую завесу, чтобы призвать слуг отца. Он заполнил кровью два ритуальных сосуда, без всякого сожаления порезав обе руки. Знаки призыва вспыхивали под его заклинаниями, воздух колебался от концентрированной магии, но проклятущие тени никак не хотели являться на зов.

– Их ты тоже приворожил, да, отец? – набирая новую порцию крови, спросил Велиор у теневого облака. – Ты ведь учил меня, что демонам неведомы любовь и верность. Они будут служить тому, у кого достанет сил удержать их. Думаешь, я слаб? Думаешь, не сумею отомстить тебе за Лизу?!

В бесплодных попытках призыва прошло ещё двое суток. Другие тени послушно являлись на зов Велиора, но он сразу же отпускал их и возвращался к плану мести. Лихорадочное возбуждение и пожирающая сердце злость не давали ему остановиться. Он не спал и ничего не ел, лишь изредка прикладываясь к кувшину с водой и глотая зелья, восстанавливающие силы.

Пару раз ему приходилось прерваться, чтобы помочь друзьям Агаты сориентироваться в Академии: теперь в нескольких спальнях преподавателей