Время «Ч» - Михаил Егорович Алексеев

Одновременно – странная фраза о событиях в девятом и двадцать первом веках – началось движение и в постапокалиптическом мире. Янцен-старший начал работать. Для чего он остался на спецобъекте в Вязьме, и, воспользовавшись местной радиостанцией, разослал всем известным ему адресатам радиограммы. Одновременно в Десногорск выдвинулась часть мотострелковой роты Руси для замены их гарнизона. В течение нескольких дней из Десногорска должны были прибыть все, кого можно было либо заменить более молодыми, либо снять с дежурства без ущерба для безопасности АЭС. Вечером первого же дня в Вязьму приехали делегации из Ельни и Сафоново. Принимал их Фомичев в замке. Чтобы, так сказать, сразу задавить недоверие и ускорить переход к конструктивному диалогу. Надо сказать, они, то есть теперь жители девятого века, к своему положению привыкли. И это резко контрастировало с реакцией на их жизнь обитателей остатков мира двадцать первого столетия. Обе делегации, а с каждой Фомичев с окружением встречался отдельно, на всем протяжении пути к замку, на переговорах в замке и, думается, на обратном пути из замка, находились в шоке от происходящего и увиденного. Поэтому торг был чисто символическим. Фомичев называл, что ОН хочет получить от них и что ОН готов дать им в качестве оплаты. Поэтому каждый генератор мощностью 1,25 МВт обошелся в десяток рабынь, танк – в 15, БМП – 10 и БТР – 5 женщин. Что особо подчеркивалось Фомичевым – детородного возраста. Это крупные покупки. Мелочь типа резины для БТР, электродвигателей и генераторов малой мощности менялись на топливо и золото. Для верхушки царства Фомичев выбил пяток «Тигров» по спекулятивной цене, как за БТР. А пока началась круглосуточная работа по демонтажу и вывозу в царство всего, что можно с загрязненных вторичной радиацией территорий. Работать приходилось в комплектах химзащиты, очках и респираторах, что не давало стопроцентной гарантии от поражения радиацией, но все же старались не допустить заражения. Еще была уверенность в том, что если портал справляется с онкологией, должен справиться и с этими последствиями. В основном вывозились грузовые автомобили, спецтехника, энергетическое и заводское оборудование с загрязненных территорий, на которые не рисковали соваться местные. Дезактивацию всего и всех проводили неподалеку, на берегу Вязьмы.

Время «Ч» плюс семь суток. Столица Царства Русь

Антон закончил стандартный обход постов и, не зная, куда пойти дальше, остановился неподалеку от ворот ангара. Регулировщик, покрикивая, крутил жезлом, подгоняя въезжающую через портал вереницу машин. Тут же маячили бойцы Афанасьева, отвечавшие за охрану и оборону портала с этой стороны. Подразделение десногорского анклава охраняло внешний периметр вяземской промышленной зоны. Груженые машины, выезжая из ворот и приняв вправо, вытягивались в колонну по обочине дороги в сторону выездных ворот с территории промзоны. С другой стороны стояла почти такая же колонна, ждущая очереди на проезд через портал. Через дорогу перебегали водители, меняясь машинами. Взмахом руки Антон ответил на приветствие одного из жителей анклава, стоявшего у кабины остановившегося автомобиля. Здесь, на территории царства работали водителями люди из Десногорского анклава, а там, на зараженных территориях – местные, попавшие в царский список на омоложение.

«Тоска!» – подумалось Антону. Третий день он здесь, а уже, мягко говоря, некомфортно. Не радует даже солнце и настоящая весна здесь. Но все равно нудно и тоскливо. Ажиотаж, связанный с последними событиями, и ожидание движухи, по которой он так соскучился, спал и свелся опять к рутине. Никаких неожиданностей не предвиделось. Объект – ангар с находящимся в нем порталом перехода, находится на территории тщательно охраняемой промышленной зоны. Которая, в свою очередь, расположена фактически на окраине столицы царства – сильнейшего государства в этом мире. И, что немаловажно, с другой стороны портала территория так же прикрыта и защищена по максимуму возможного на момент существования человеческой цивилизации в финальной стадии. В общем-то, ему просто нужно потерпеть и прожить здесь шесть месяцев, получив в качестве компенсации молодость и здоровье. Так утверждает местный царь и его приближенные. Они, кстати, сейчас живут с семьями с другой стороны перехода. Антон тоже здесь с женой. Как и все остальные, включая его отца и мать. Но, как думается Антону, им все же полегче – возраст способствует спокойному образу жизни. Что характерно, они тут три дня, а отец заявил, что уже чувствует, как у него прибавляются силы. Наверняка это эффект плацебо. Антон даже прислушиваясь к себе, пока что никаких изменений не заметил.

– Тоска! – уже в голос с досадой повторил Антон и сплюнул.

В этот момент вместо грузовика из ворот ангара выскочили два уазика. Первый проехал мимо стоявшего у обочины Антона, внезапно резко затормозил, а потом с пробуксовкой, подняв пыль, сдал назад. Второй уазик едва успел принять влево и сразу же, объехав препятствие, остановился. Из него вышли бойцы охраны царя. Первая машина остановилась прямо напротив Антона, и тот через стекло правой пассажирской двери разглядел сидящего за рулем Фомичева. Царь ожидающе смотрел на него. Антон с недоумением подошел к двери автомобиля и открыл ее.

– Здравствуйте, Сергей Владимирович! – Антон не знал, как следует обращаться к этому человеку. Познания из книг и кинофильмов типа «ваше величество» и так далее ему как-то претили. Он все же был человеком двадцать первого века и не имел опыта общения с властителями такого ранга. Да и не заметил за эти дни, чтобы окружение царя обращалось к нему иначе, как по имени-отчеству.

– Привет! – по-простому ответил самодержец. – Что тоскуешь, Антон Олегович? У тебя это на лице просто написано.

– Да… – Антон махнул рукой.

– Время есть? – поинтересовался Фомичев и, получив утвердительный кивок, предложил: – Тогда садись, прокатимся.

Антон пожал плечами и забрался на пассажирское сиденье. В принципе, до вечера он был свободен.

– Ну, так чего загрустил? – переспросил Фомичев, выруливая на дорогу перед очередным грузовиком. Машина сопровождения пропустила их и пристроилась сзади.

– Скучно, – односложно отозвался Антон.

– Ну… – протянул царь, бросив удивленный взгляд на него, – не самая большая беда.

– Понимаете, раньше мы как бы свыклись с тем, что умрем. Просто умрем и после нас уже ничего не останется. Когда вы показали нам выход из этой безнадеги, лично я почувствовал такой прилив сил, что мне захотелось как когда-то в молодости горы свернуть. И это желание осталось, а