Время «Ч» - Михаил Егорович Алексеев

– Он индеец. Точнее его мать индеанка из племени майя. А отец кривич Чтибор Беломирович – воевода и друг отца. Он привез мать Валеры из первого похода в Америку. А имя такое ему дано в честь Валерия Николаевича Никодимова – ближника отца. Как говорит отец – он крестный Валеры и вообще их семьи. Его отец, Чтибор Беломирович, был первым из местных племен, поступивший на службу к моему отцу. На сегодняшний день остается одним из лучших бойцов на холодном оружии, а на тот момент был лучшим. Он обучал отца и всех его ближников бою честным железом. А Валера – лучший в нашем поколении.

Владимир с ощутимой завистью вздохнул и продолжил:

– Я, как и велел отец, научу вас основам владения саблей. Но если вы захотите продолжить обучение, то это вам к Валере. Он лучше меня.

Антон улыбнулся.

– Я не претендую на звание мастера боя на холодном оружии. В моем мире некого этим удивлять. Это для общего развития. Чтобы знать, с какой стороны за саблю браться, и чтобы не стыдно было ее носить на поясе. Ты лучше скажи, а вот этот длинный, прости не запомнил имя, викинг? Или как там – свей? Дан? – Антон глазами указал на высокого блондина.

– Викинг – это профессия. В вики ходили и ходят все народы, живущие на берегах Балтики. А Горыня конкретно лютич. Это западные славяне. Его отец – Драговит Одноглазый – конунг морского города Рига. И Горыня, и его отец мастера биться на секирах.

– А в строю же все с одинаковым оружием должны быть? Я, по крайней мере, так думаю.

Владимир отрицательно качнул головой.

– Это правило соблюдается для линейной пехоты – легкой и тяжелой. А варяжские и нурманские хирды относятся к штурмовой. И в ней в бой идут с тем оружием, которым лучше владеют. Конкретно наша команда – сборная, поэтому тоже у каждого свое оружие. Вон степняки все с саблями, правда сабли тоже разные бывают. Кавалерийские – длинные, а ваша – как раз для боя на судне предназначена.

– Понятно! И когда? – проявил интерес Антон.

– А вот завтра с утра и начнем. Сегодня день отдыха.

– Вообще, куда мы идем?

– Сейчас выйдем в Оку, далее по ее правому притоку спустимся на юг, потом через канал попадем в приток Дона, по нему дойдем до Ростова-на-Дону. Там нас должен ждать барк, и уже на нем мы идем в Гадес. Знаешь такой?

– Нет. Не слыхал. А где это?

– Ну, у вас он мог и по-другому называться. Сейчас это Кордовский эмират. Это арабы.

– Ты там бывал?

– Нет. Я ж не моряк. Да и не торгуем мы с этим городом. У них нет ничего для нас интересного. Их купцы у нас появляются. Но редко – далеко очень. Нам только туда дней двадцать идти.

– Слушай, Владимир, расскажи мне об этом мире. Мне интересно.

– Понимаю, мне тоже интересно послушать о твоем мире. Нет, я что-то знаю. И отец рассказывал, и старшая мать. Опять же карты видел, глобус у нас есть. Но отец сказал, что ваш мир сильно изменился.

– Да! Сильно изменился, – печально повторил фразу, устремив взгляд куда-то вдаль, Антон.

Встряхнувшись от набежавших воспоминаний, предложил:

– Давай сначала ты.

– Я так я, – согласился царевич.

– Русь состоит почти из двух десятков княжеств. Это территориально-административное деление. Все князья и, главное, вооруженные силы, присягают моему отцу. Территориально Русь располагается от Урала до Карпат и Варяжского моря, и от Белого до Черного моря. На карте и на глобусе это выглядит внушительно. Но не так грандиозно, как твоя страна. По Уралу мы граничим с сибирскими ханствами. Они мелкие и слабые – проблем не создают. Наоборот, торгуют с нашими княжествами. С юга у нас за Хвалынским морем находится Арабский халифат. По земле между ним и нами – Хазарский каганат. Мы его поддерживаем, чтобы не иметь сухопутной границы с арабами. На море нам соперников нет. Хазары сами по себе, после разгрома их Русью давно были бы разбиты и в лучшем случае стали бы данниками арабов, если вовсе не исчезли бы. Но нам это не выгодно. Поэтому, когда пару раз арабы вторгались в Хазарию, отец «разрешал» желающим из состава вооруженных сил Руси повоевать на стороне хазар. И туда уходили, как правило, обе орды – Донская и Волжская, плюс охотники из варягов и нурманов. Обычно несколько хирдов. Отец почему-то называл это «Северным ветром» и говорил, что воины должны воевать, иначе разучатся это делать. Плюс мы при этом в рассрочку продавали хазарам оружие и доспехи. В общем, ничего у арабов не получилось. В Крыму у нас есть несколько городов. Чисто наши и Киевского княжества. Там же располагаются хазарские и византийские города. В общем, вперемежку. С Византией торгуем активно и имеем разрешение на проход наших кораблей через проливы. Ромеям тоже помогаем при необходимости. Но только после их обращения за помощью. Они, как и полагается империям, этого не любят, но пару раз были вынуждены воспользоваться нашей помощью. У них война с мусульманами фактически бесконечная. Империя крупнейший покупатель нашего оружия и доспехов. Отец говорит, что в его мире в конце концов империя пала, но надеется, что у нас она выстоит. Русь изрядно продвинула развитие Европы. Так утверждают наши профессора истории. К примеру, ты же крепость Вяземскую видел. Вот такие по форме, но не по размерам есть во всех городах Руси. Смоленская крепость весь город окружает. Как опять профессор истории сказал – наши крепости – последний этап фортификации доогнестрельной эпохи. В Европе таких крепостей еще не строят. На юго-западе и западе граничим с множеством славянских княжеств. Беспрерывно воюют с западными готами и франками. Однако и между собой режутся не на жизнь, а на смерть. Твердой руки там нет. Поэтому князей, как блох на бродячей собаке. Мы туда не лезем. А вот готы уже объединяются и жмут славян. К тому же готы уже под римской церковью. В общем, оттуда к нам идет поток людей. Русь принимает всех. Князья, от кого уходят люди, злобятся, но ничего сделать не могут. Все, кто осмеливался нас проверять на прочность, уже сгнили в могилах. Да! Мы единственные,