Дикарка у варваров. Песнь Теней - Ирина Тигиева

Я с нарочитой почтительностью поклонилась принцу и заторопилась вслед за учителем. Но через несколько шагов обернулась и, дурачась, сделала жест, которым одно время болела вся наша школа: монокль из пальцев. Соединила большой и указательный в кольцо, а остальные, сложенные вместе — под кольцом, и, перевернув руку, приложила это "сооружение" ко лбу так, что получилось, будто смотрю одним глазом сквозь "монокль" из пальцев. Мои приятели только хлопнули глазами, а я уже понеслась за Фа Хи.

Он привёл меня в Зал журавля и змеи и, не успела я закрыть за нами дверь, атаковал — я едва успела увернуться от удара.

— Шифу...

— Нападай!

И я повиновалась. Ещё ни одна наша тренировка не была такой напряжённой. И ещё ни разу я не продержалась так долго, как в этот раз, но под конец Фа Хи всё же сбил меня с ног.

— Хотел проверить, насколько я готова? — проворчала я, поднимаясь.

— Скорее насколько не готова. И оказался прав.

— Понимаю, ты против моего участия в этом походе, шифу, но ничего уже не изменишь.

— Почему? Я мог бы сломать тебе руку или ногу.

Я рассмеялась, но на строгом лице учителя не было и тени весёлости, и я на всякий случай уточнила:

— Ты ведь шутишь, да?

Но он только кивнул в угол, где на подставках стояли мечи и сабли.

— Продолжим.

— Сначала объясни мне, пожалуйста... — я запнулась. — Ты так сомневаешься в моей способности выжить? Или считаешь, весь поход обречён на провал, и не вернётся никто?

Фа Хи помолчал, будто решая, что мне сказать, а что нет, и наконец проговорил:

— Я не знаю. Знаю лишь, что несколько поколений назад между народами царила такая же вражда, как та, что начинается сейчас. Как и тогда, приближается заключительная фаза шестидесятилетнего цикла. Тогда Тёмные Боги пробудились и едва не погубили наш мир. Сейчас все знаки указывают на то, что всё это готово повториться.

— Имеешь в виду, пробуждение Тёмных Богов? Тех самых, кому служат уроды, приходившие по мою душу к с стенам монастыря?

— Да. С приближением их времени, народы забывают о мире и развязывают войны. Чем больше крови проливается, тем сильнее Боги.

— И что теперь делать?

— Пока ничего, — только что мрачное лицо моего учителя снова стало невозмутимым. — Отправляйся в поход — вижу, ты этого хочешь. Судьба может хранить тебя и там, если сохранила здесь от твоего худшего врага — тебя самой.

Но в этот раз я не повелась на отвлекающий манёвр.

— Какое отношение всё это имеет ко мне, шифу?

— Такое же, как и к любому живому существу этого мира. Всем грозит опасность уничтожения.

— Это как-то связано со славянами и их жертвой?

— Начнём тренировку с деревянной сабли, потом — настоящая, потом копьё.

В первый момент я растерялась от такой резкой смены темы, но тут же раздражённо дёрнула рукой.

— Сколько можно переводить разговор? Ведь рано или поздно всё равно придётся рассказать!

— Да, — согласился Фа Хи. — Но сейчас время ещё не пришло. В походе будь осторожна. Мне кажется, карлуки неслучайно напали именно сейчас, когда каганату грозит война с Шихонгом. А теперь возьми саблю.

Я повиновалась, мысленно пообещав себе: если вернусь из этого похода, не отстану от Фа Хи, пока он мне всё не расскажет. И пусть это будет залогом моего возвращения!

Глава 15

Дождь лил уже третьи сутки, почти не прекращаясь. Но я была не против. Погода оставалсь тёплой, и одежда в перерывах между ливнями успевала немного просохнуть, прежде чем с неё опять начинало капать. Зато дождь был своеобразным душем, сохранявшим тело в относительной чистоте. Мы выехали из Астая... какое-то время назад. Я уже потеряла счёт дней, хотя Тургэн уверял, что движемся мы очень быстро. Вероятно, так и было — мы чуть ли не спали в сёдлах, торопясь на помощь к Зочи-хану. Но постепенно мой энтузиазм и волнение из-за участия в походе развеялись на безбрежных просторах степей и равнин, по которым мы проносились...

— Эй, Марко! — скакавший рядом Тургэн чуть наклонился, заглядывая мне в лицо. — О чём думаешь?

— Ни о чём, — дёрнула я плечами. — Голова сейчас совершенно пустая — довольно непривычное ощущение...

...обычно приходящее вследствие крайней усталости.

— Надоел дождь?

— Нет, дождь мне нравится. Купание, ради которого даже не надо выбираться из седла!

— Для тебя — то, что нужно! — согласился Тургэн. — В реке ведь ты купаться отказался.

— Я купался, но позже. Когда все спали.

— Хотел пообщаться с духами?

— Нет, с русалками, — огрызнулась я. — Откуда в реке духи?

— Почему тогда не купался со всеми?

— В моём мире мужчины не купаются все вместе... в голом виде, это — аморально!

— Это что? — недоумённо наморщил лоб принц.

— Это — то, что так не делают, — отрезала я.

— Почему?

— Сам не догадываешься?

— Нет — иначе бы не спрашивал.

— Подрастёшь — поймёшь! — хмыкнула я.

Тургэн расхохотался.

— Я подрасту? Я гораздо взрослее тебя, сэму!

— Ты хотел сказать старше, — ехидно уточнила я. — Старше и взрослее — не одно и тоже.

— Может быть, но я и старше, и взрослее. Ты уже был с женщиной?

Я закашлялась, поперхнувшись дождевыми каплями, и растерянно посмотрела на принца.

— А ты?

— Ответь сначала ты.

— Твоя сестра считается? — вполголоса буркнула я.

— Что? — не расслышал Тургэн.

— Мой принц, к закату мы будем у крепости, — к нам подскакал Хуварак, опытный военачальник, в юности сражавшийся бок о бок с каганом Тендзином и пользовавшийся его доверием. — Но, думаю, не следует сразу приближаться к её стенам, а сначала разведать обстановку.

Принц одобрительно кивнул.

— Совет хорош, Хуварак, так и сделаем. Шона! — и, подождав, пока тот с нами поравняется, распорядился:

— Отправишься вперёд, возьмёшь с собой...

— Меня! — вызвалась я.

— Почему тебя? — нахмурился принц.

— А почему нет? Или ты мне не доверяешь?

— Доверяю, конечно, просто...

— Значит, решено! — подняв ладонь, я пошевелила пальчиками. — Cheerio[1]!

И, легко шлёпнув хлыстом коня, понеслась вперёд. Вмешательство Хуварака было очень кстати: вымотанная бесконечным переходом, я перестала следить за словами и сболтнула лишнего — хорошо, что Тургэн ничего не понял.

"Неловкость" произошла в последнюю ночь перед нашим отправлением из Астая. Передав Хоридаю недовольную Хедвиг — не хотела брать её в поход, я вернулась в моё жилище и... хорошо, что зажгла светильник. На моём ложе расположилась Сайна, при виде меня призывно улыбнувшаяся:

— Марко...

Подхватив на лету чуть не выпавший из руки светильник, я потребовала сказать, что она делает в моей