Фаберже. Враг на пороге - Алекс Хай

Я посмотрел на список:

— Нужны материалы. Золото пятьдесят килограммов, серебро пятьсот, платина тридцать.

Базанов хмыкнул:

— Это для нас не проблема. Металлы есть на складах в Екатеринбурге. Основные хранилища там — центр горнодобывающей промышленности Урала.

Василий кивнул одобрительно.

— Можем организовать отправку, — продолжал Базанов, — но это займёт время. Подписание договора, оформление документов, транспорт, страховка. Недели две минимум.

Я нахмурился. Долго.

— Есть другой вариант, — предложил Базанов. — Приезжайте в Екатеринбург. Увидите металл лично, проверите качество на месте, посмотрите сертификаты. Подпишем договор сразу, оформим доставку в ваши регионы. Это быстрее, чем обмениваться письмами.

Хорошее предложение. От меня слетать на Урал на пару дней не убудет, а процесс ускорим существенно. Я переглянулся с отцом. Василий кивнул — ему тоже понравилась эта идея.

— Когда можете приехать? — спросил Базанов.

— Послезавтра утром. Подойдёт?

— Отлично!

Базанов перешёл к техническим деталям:

— Какие характеристики нужны? Чистота, примеси?

— Для ювелирного производства, — ответил я. — Золото семьсот пятидесятой пробы и пятикаратное, серебро девятьсот двадцать пятой, платина девятьсот пятидесятой. Под артефакты и простые изделия.

— У нас есть. Покажу образцы, сертификаты анализа. Цены рыночные, без накруток. Эдик просил помочь — помогу без вопросов. Да и честь поработать с самими Фаберже…

Я улыбнулся, хотя Базанов этого не видел:

— Благодарю, Пётр Олегович.

— Как доберётесь? — спросил он.

— Самолётом.

— Хорошо. Вас встретят в аэропорту. С вами кто-то будет?

— Да. Павел Акимович Овчинников — владелец заводов, для которых металлы. Он должен лично проверить качество и подписать договор. И охрана.

— Понял. Будем ждать.

— До встречи послезавтра, Пётр Олегович.

— До встречи, Александр Васильевич.

Я отключил телефон. Василий откинулся на спинку кресла:

— Вот это поворот. Майдель действительно помог.

— Базанов деловой, — согласился я. — Без церемоний, без лишних слов.

— Промышленники все такие, — усмехнулся отец. — Время — деньги. Не любят пустой болтовни.

Я задумался:

— Ехать мне одному или нам обоим?

Василий покачал головой:

— Ты сам поезжай. Я останусь готовиться к проверке Департамента. Кто-то должен здесь быть. Лена не справится одна со всем.

Логично.

— Хорошо. Нужно связаться с Овчинниковым, — сказал я. — Сообщить новость.

Отец кивнул:

— Позвони. И закажи билеты на самолёт.

Я встал, взял телефон. Проблема с металлами близилась к решению.

Майдель оказался полезным союзником. Неожиданно. Мир действительно полон сюрпризов.

— Вариант отличный, — рассуждал отец. — Базановы — известные люди. Старый род промышленников, репутация безупречная.

— Металлы есть, качество гарантировано, сроки короткие, — добавил я. — Лучше не придумаешь.

Отец нахмурился:

— Но есть риск. Хлебников может узнать. Если выяснит, то наверняка попытается сорвать сделку.

— Как он узнает? Поедем тихо, быстро. Никому не скажем.

— У него везде люди, — возразил Василий. — Но если успеете подписать договор — всё. Дальше Хлебников бессилен. Главное — обеспечить охрану «Астрея» на всякий случай.

— Главное — скорость, — заключил я. — Прилететь, проверить, подписать, улететь. День максимум. И к тому моменту, как Хлебников узнает, что мы обошли его, будет поздно. С такими, как Базановы, воевать себе дороже.

* * *

Вечером, ровно без четверти восемь, мой телефон вибрировал. На экране всплыло сообщение в зашифрованном мессенджере.

«Сегодня 20:00 выйдет вторая часть. Будет громко».

Обнорский управился даже раньше, чем предполагал. Очень удачно. Пока Хлебников будет разбираться с новой частью расследования и отбиваться от прессы, я успею решить вопрос в Екатеринбурге.

Я поднялся из-за стола.

— Семейный совет, — сказал я отцу. — В гостиной через десять минут.

Василий Фридрихович понял без лишних слов. Я прошёл по дому, собрал всех. Лену из офиса, мать из мастерской.

В гостиной я включил большой экран на стене, подключил к сети и зашёл на видеохостинг.

— Что случилось? — спросила Лена, усаживаясь за стол.

— Обнорский выпускает вторую часть расследования. Судя по всему, будет о нас.

Лидия Павловна села рядом с Василием. Марья Ивановна принесла здоровенный пузатый чайник и налила всем по чашке чаю. Заинтригованная домоправительница осталась смотреть в дверях.

Ровно в восемь я открыл канал «Петербургское агентство журналистских расследований».

Прямой эфир уже шёл. Тысячи зрителей уже писали комментарии в чате трансляции.

На экране появилась заставка. Зазвучала драматичная музыка, из темноты медленно проступил заголовок:

«ЗОЛОТЫЕ ЦЕПИ ВЛАСТИ. ЧАСТЬ 2: ОХОТА НА МАСТЕРОВ».

В кадре появился Обнорский. Серьёзный, сосредоточенный, в очках и простой рубашке. Он сидел в студии, за столом с документами.

— Добрый вечер, уважаемые зрители, — начал он. — В первой части нашего расследования мы рассказали о коррупции клана Хлебниковых. О том, как деньги покупали власть. Сегодня речь пойдёт о рейдерских захватах. О том, как крупнейший ювелирный дом империи один за другим уничтожает конкурентов.

Пауза. Обнорский посмотрел прямо в камеру:

— Три истории. Три семьи. Одна схема.

Экран сменился — появились фотографии старых мастерских, документы, лица людей.

«История первая. Дом Сазиковых».

Обнорский начал рассказывать:

— Ювелирный дом Сазиковых основан в 1793 году. За их плечами более двухсот лет работы на благо империи. Изначальная специализация — церковная утварь. Иконы в окладах, кресты, потиры. Затем — создание артефактов и уникальных ювелирных изделий. Сазиковы долгое время удерживали статус поставщиков императорского двора и Синода. Репутация безупречная.

На экране менялись фотографии изделий Сазиковых. Красивые, изящные.

— 2017 год, — продолжал Обнорский. — Павел Иванович Хлебников предлагает главе дома Сазиковых совместный проект. Крупный заказ от Синода — пятьсот серебряных крестов для новых церквей по всей империи.

На экране появился скриншот документа — письмо Хлебникова.

— Цитирую: «Давайте сделаем вместе. Вы — серебро и церковная утварь, мы — золочение и драгоценные камни. Совместными усилиями создадим шедевры.»

Обнорский горько усмехнулся:

— Сазиков согласился. Создаётся временное товарищество. Пятьдесят один процент принадлежит Сазикову, сорок девять — Хлебникову.

Я смотрел внимательно. Василий рядом напрягся.

— Проект потребовал больших вложений, — Обнорский перелистывал документы. — Закупка серебра, расширение мастерских, наём новых мастеров. Сазиков берёт кредиты под залог своей доли в товариществе.

На экране появились банковские договоры.

— Хлебников предлагает помощь. «Я дам деньги в долг под десять процентов годовых. Между партнёрами.» Сазиков берёт восемьдесят тысяч рублей. Договор займа вы видите на экране. Срок — шесть месяцев. Залог — доля в товариществе.

Лена тихо ахнула:

— Это была ловушка…

— Именно, — кивнул Обнорский на экране, будто слышал её. — Клетка захлопывается. Заказ выполняется с задержками. Поставки серебра от подрядчиков Хлебникова срываются. «Непредвиденные обстоятельства», «форс-мажор».

Документы мелькали на экране — письма, извинения, отговорки.

— Сазиков вынужден закупать серебро на рынке дороже на тридцать процентов. Убытки растут. Вот интервью с бывшим мастером.

На видео появился пожилой мужчина, его лицо было скрыто.

— Нам говорили делать медленнее. Не торопиться. Находить дефекты. Платили за задержки.