Ярость небес. Часть 2 - Виктор Сергеевич Викторов

Это в Гарконской пустоши со мной все были учтивы и вежливы, причём искренность жителей была осязаема. Здесь же ощущались совершенно другие эмоции, порой не очень приятные.

Как найти Гариона в этом бардаке, я пока не представлял. Все встреченные гномы не могли дать никакого вразумительного ответа, а точнее — просто не собирались этого делать.

Даже обладая привилегиями дарованными Двалином, я для них оставался чужаком, врагом их расы.

Они ссылались на занятость, отворачивали бородатые рожи, делая вид, что не расслышали. В общем, это было предсказуемо. Даже знай местонахождение Гариона, уверен — бородатые недомерки сделают всё, чтобы максимально осложнить мне поиски.

«П — приветливость, — снова подумалось мне. — А ещё „П“ — „падлы“!».

Уверившись, после десятой или двенадцатой попытки вывести хоть одного гнома на разговор, что подобным образом можно блуждать по Цитадели месяцами, я, честно говоря, психанул. Найдя безлюдный переулок, открыл интерфейс, сразу забравшись в редактор внешности.

Тут забот полон рот, начиная от поиска Прарун, заканчивая слетевшим с катушек Эмиссаром, а эти недомерки мне ещё нервы, понимаешь ли, делают…

Не хотите разговаривать с «дроу»? Великолепно! Значит нужно мимикрировать в одного из вашего паршивого вредного племени.

Спустя несколько минут из проулка семенящей походкой выбрался классический гном. Не смог отказать себе в удовольствии, когда «система» предложила выбрать достойное для подгорного народа имя.

«Херион».

Понимаю, это баловство уровня детского сада, но мысль, что какой-то из коротышек имеет все шансы на фразу: «Уважаемый Гарион, вас там Херион ищет», меня весьма повеселила. Мелочь, а душу всё равно немного греет.

— Парни, скажите, никто не знает, куда подевался Гарион? — пустил я «первый пробный», обратившись к парочке гномов на перекуре. Причём «перекуре», в прямом смысле этого слова, поскольку своим вонючим гномьим табаком они задымили пространство на добрый пяток метров вокруг себя. Хоть топор вешай. — Уже с ног сбился искать.

— А тебе зачем? — лениво осведомился один из них, выпуская клуб дыма из носа.

Тщательно выбив трубку, он не торопясь достал из напоясной сумки щёточку, принявшись с умной рожей вычищать курительный девайс.

— Мы здесь, понимаешь, с приятелем корячимся вдвоём на кладке, а кто-то вон бегает без дела, Первожреца ищет. Думаешь, если напустил на себя важный вид, то помогать братьям уже не нужно? Может подменишь нас на полчасика? А мы по возвращению тоже уважим тебя, не с пустыми руками вернёмся. Ну что? Идёт?

Предложи мне подобное даже любой из моих соклановцев, я бы тысячу раз подумал, прежде чем соглашаться на столь сомнительные условия. А глядя на обветренные хитрые рожи гномов, сразу было понятно: «Эти не вернутся».

А если и вернутся, то с пустыми руками. А если и не с пустыми, то притащат самый дешёвый эль, который только можно найти.

Или вообще не притащат. С этих станется.

— С такими братьями и врагов не надо, — насмешливо фыркнул я. — Тебя спросили, где Гарион, а не дали добро рассуждать, что я и как должен делать. Не знаешь, так и скажи, я пойду у нормальных гномов поинтересуюсь, — повернувшись, я зашагал дальше, сунув руки в карманы.

— Э-э-э, — донеслось сзади. — Ты это на что намекаешь? Типа, мы ненормальные?

— Типа, вы придурки, — тихо пробурчал я.

Самым неприятным за всю прогулку было то, что ни одного знакомого лица я так и не встретил, хотя среди их братии их у меня было хоть отбавляй. Такое впечатление, что сюда согнали всех горняков из самых глухих и глубоких штреков.

На сложном пути поисков Гариона, меня даже занесло в храм Двалина, где, по идее, должно располагаться непосредственное рабочее место Первожреца.

Бесполезно.

Как сквозь землю провалился.

Устав бесцельно наворачивать по Цитадели круг за кругом, я решил спокойно сесть в таверне и немного дать отдых натруженным ногам.

Решение оказалось донельзя верным, поскольку не доходя несколько домов, вернее, развалин, когда-то бывших домами, мой взгляд выхватил очень знакомый грузный силуэт.

«Да быть этого не может, — удивлению не было предела. — Неужели вот так всё просто?».

— Мог бы и сам догадаться, — не скрывая радости в голосе воскликнул я, поравнявшись с Гарионом. — Как ваши дела, коллега? — панибратски хлопнув по его плечу, посмотрел честнейшим взглядом на моментально погрустневшего гнома. — Всё ли спокойно на фронте?

— Бо-о-о-оги, — страдальчески простонал он. — Снова ты? Где же я на пути служения свернул не туда? — он скривился, будто сожрал лимон, запив его стаканом уксуса. — Ну почему мне теперь постоянно приходится любоваться твоей горелой рожей, демоны тебя задери? Неужели нельзя оставить меня в покое?

— Тебе в детстве не говорили, что вежливость может открыть любые двери? А демонстрируя невежливость, можно этими дверями здорово отхватить по лбу! — наставительно произнёс я, возвращая себе прежний облик. — Как идёт стройка?

Придирчиво осмотрев себя, поправил полы куртки.

— Ты чего припёрся? — устало вздохнул Гарион, возобновив шаг по направлению к таверне. — Впрочем, неважно! Учти, Белый… У меня очень мало времени. А на тебя его вообще нет, так что цени моё великодушие. Всё из-за тебя!

— Вот как? — изумился я. — А я-то здесь каким боком, позвольте поинтересоваться? Сам себе задач нарезал, прорабом заделался, а я виноват?

— Ты каким боком? Он ещё спрашивает, — задохнулся от возмущения гном, сжав в кулаке свою бороду. — А кто здесь разносил цитадель вместе со своим ручным чудищем? А? Не ты, скажешь? Ну? Доволен теперь? — обвёл он рукой вокруг.

Настроенному на долгий спор и упорно не желающему понимать, что то самое «ручное чудище», который Боня, появился только благодаря гномьему вероломству и желанию подставить меня, я не стал ничего объяснять.

Все равно ничего я этим не добьюсь. Гном уже даже себя убедил, что во всех его бедах виноват только я, напрочь упустив из виду, что на материал для «постройки» драколича пошли кости именно его соплеменников. И только после совершения им неправильных действий по отношению ко мне.

Да и демоны с ним. Мне без разницы.

— Как поживает твой питомец? — миролюбиво улыбнулся я. — Хорошо кушает? А то мой, знаешь ли, не очень. То ему пшена отборного подавай, то печень врагов. Твой тоже такой странный? Причём, когда он просто гуляет…

— Ты мне тут зубы не заговаривай, — огрызнулся Гарион, бесцеремонно меня перебивая. — Я задал вопрос, кажется. Ты чего припёрся?

— Ладно, — отбросил я дурашливый тон. — К делу, значит к делу. А понадобился ты мне вот зачем…

Мне понадобилось пять минут, чтобы посвятить его в то, что происходило со мной несколько последних часов, старательно замалчивая ненужные детали, могущие его натолкнуть на