Мастер драгоценных артефактов 2 - Александр Майерс

— Сачков занят! — рявкнул Тернов. — У него сейчас поля горят! Ему не до того, чтобы слать магов в мой лагерь!

— Вы правы, господин, Что будем делать? — осторожно спросил Глуб.

Алексей посмотрел на него долгим взглядом, тяжело дыша от гнева.

— Пока не знаю. Мне нужно это обдумать! — рявкнул он и быстрым шагом направился в дом.

Ливень среди ясного неба. Всеобщий сон. Исчезнувшее оружие. Это не простые налётчики, не лазутчики, которые смогли пробраться и украсть пару мечей.

Вероятно, это и правда сильная магия.

У кого в округе есть такие возможности? Алексей перебирал варианты, но ни один не подходил.

— Дерьмо! — выругался он, закрывая за собой дверь кабинета.

Он подошёл к карте, висевшей на стене, и долго смотрел на неё, пытаясь найти ответ. Но карта молчала.

— Что я упускаю? — спросил он у пустоты.

Пустота не ответила.

Тернов сел в кресло и закрыл глаза. Мысли лихорадочно метались, пытаясь сложить картину.

Он вспомнил рассказы выживших после первой атаки на лагерь. Тогда они говорили про обвал, про огненные шары, про молнии. Там была грубая, разрушительная сила. А здесь — тонкая работа.

Разные почерки. Разные нападающие. Или один, но очень хитрый?

Тернов открыл глаза и посмотрел в окно. За стёклами темнел вечерний сад. Где-то там, за горизонтом, скрывался враг, который уже дважды ударил и остался незамеченным.

— Я найду тебя, — пообещал Тернов неизвестному. — И тогда ты пожалеешь, что родился на свет.

Он ещё долго сидел в кресле, глядя в темноту и пытаясь понять, что же он упускает. Но ответ не приходил.

А если бы и пришёл — вряд ли бы он ему понравился.

Глава 10

Катарина откинулась на край ванны и закрыла глаза. Пар поднимался к потолку, наполняя комнату ароматом трав. Слуги добавили в воду какие-то душистые лепестки, причём даже без просьбы со стороны ведьмы.

Рядом лежало настоящее мыло. Не зола с жиром — настоящее мыло, белое, пахнущее цветами. И полотенце — мягкое, пушистое, явно дорогое.

Катарина никогда в жизни так хорошо не мылась.

И никогда так не выматывалась.

Она пошевелила пальцами под водой. Руки дрожали — мелко, едва заметно. Всё тело гудело, как натянутая струна. Усталость была такой, что даже думать тяжело.

Но мысли всё равно лезли в голову.

Тот ливень…

Катарина сама от себя была в шоке. Она вызывала дожди и раньше — много раз. Мелкие, способные разве что смочить пересохшее поле.

А сегодня она обрушила на целый лагерь такой ливень, какой сама едва ли когда-то видела. Стена воды, непроглядная, оглушительная. Катарина чувствовала каждую каплю, каждый порыв ветра, каждое облако в небе.

Это было невероятно.

Тот камень всё изменил. Когда граф сунул ей в руки голубой кристалл, что-то щёлкнуло внутри. Как будто готовое заклинание, которое она просто пропустила через себя.

Камень направлял её дар. Усиливал. Придавал форму.

И это было захватывающе.

Катарина помнила, как внутри всё трепетало. Мурашки бежали по коже, сердце колотилось. Её дар словно радовался тому, что она впервые за много лет использовала его правильно. На полную мощность. Без страха, что кого-то убьёт.

Катарина открыла глаза и посмотрела на свои руки. Бледные, тонкие. Совсем не похожи на руки могущественной ведьмы.

Но сегодня эти руки держали камень, который усыпил полсотни человек.

Она усмехнулась. День был замечательный. И самое главное — она доказала свою полезность. Не просто какая-то девица, от которой можно заряжать артефакты. Настоящая ведьма, способная менять погоду и влиять на исход битвы.

Граф это оценит. Наверное.

Граф…

Катарина нахмурилась.

Леонид Шахтинский по-прежнему казался ей максимально странным.

Всю дорогу назад они почти не разговаривали. Он ехал впереди, отдавал приказы, изучал добытые в лагере офицерские документы. Пару раз оглянулся — убедиться, что она не отстала. И всё.

Никаких вопросов, никаких подозрительных взглядов, никакого страха.

А вот его люди — другое дело. Гвардейцы и следопыты косились на неё всю дорогу. Кто-то с опаской, кто-то с откровенным недоверием. Один молодой парень вообще каждый раз бормотал под нос деревенские заговоры, когда она проезжала мимо.

Обычное дело. Катарина привыкла.

Но графу было всё равно. Словно он ведьм каждый день видел по десятку. Никакой предвзятости, никакого напряжения. Всё просто — вот задание, вот камень, вот результат. Молодец, хорошо поработала.

Как будто она обычный человек.

Это сбивало с толку. Катарина не знала, как себя вести. Всю жизнь её либо боялись, либо ненавидели, либо хотели использовать. А этот граф просто работал с ней. Как с равной.

Ну, почти равной. Он всё-таки граф, а она — гостья.

Или служанка? Или партнёр? Непонятно.

Катарина вздохнула и погрузилась глубже в воду.

Ладно. Не её дело разбираться в мотивах Леонида. Главное — здесь тепло, безопасно, кормят три раза в день. И дают горячую ванну с травами после тяжёлой работы.

Можно жить.

Она полежала ещё немного, наслаждаясь теплом. Потом неохотно вылезла, завернулась в мягкое полотенце и подошла к зеркалу.

Из отражения на неё смотрела уставшая молодая женщина. Мокрые волосы, бледное лицо, тёмные круги под глазами. И яркие изумрудные глаза — проклятые, выдающие её природу.

Но сейчас эти глаза выглядели довольными.

Катарина слабо улыбнулась своему отражению.

Да. День был хорошим. И, может быть, завтра будет не хуже.

* * *

Утро началось с работы над ошибками.

Я сидел на полу, медитировал, гоняя энергию по каналам и одновременно мысленно прокручивал вчерашнюю операцию.

Что можно улучшить в следующий раз? Что сделали отлично? Где накосячили?

В целом — всё прошло гладко. Снотворный дождь сработал идеально, охрана уснула, мы вынесли добро и ушли незамеченными. Красота.

Но один момент меня беспокоил.

Мне казалось, что дорога была недостаточно размыта после дождя. Телеги-то были тяжёлые, гружёные под завязку. Могли оставить следы. Я, конечно, дал Катарине команду поддерживать ливень, пока мы не отъехали подальше. Пару раз мы прошли по ручьям, чтобы уж точно избавиться от следов.

Но хрен его знает. Если у Тернова есть толковый следопыт — может и выйти на нас.

Ладно, это мелочь. Вряд ли он станет искать. У него сейчас других проблем хватает.

В дверь постучали. Я встал, открыл дверь и увидел Макара.

— Ваша милость, слуги заканчивают разбирать добычу. Не желаете взглянуть? — поклонился старик.

— Желаю, конечно! Идём.

Я спустился во двор. Там уже разложили всё по кучкам: оружие отдельно, доспехи отдельно, провизия отдельно, утварь отдельно.

Добыча была знатная.

Мечей и копий — много, десятков пять. Щиты — в