Торговец вольного города - Дмитрий Яковлевич Парсиев

— В чём-то ты прав, но не забывай: ты единственный мой шанс сохранить родовую ветвь потомков, поэтому обязан беречь себя. Подойди ближе.

Он коснулся лапой моей головы и продолжил:

— Я наложил защиту, для тварей Изнанки ты не будешь виден в течение десяти часов. Но твоего спутника это не касается.

Вспомнив о Лопухове, я напрягся:

— Я что, упал в обморок? С моим телом что-то произошло?

— Нет. Ты сейчас находишься в Межмирье, на моей территории. Но также в этом измерении обитают и другие боги. Людям здесь долго находиться нельзя.

— А как я попал сюда? Где Виктор?

— Межмирье находится между измерениями, время здесь течёт совсем не так, как снаружи. Твой спутник не заметит пропажи, ведь ты вернёшься в реальность в тот же миг, когда и выпал из неё. А теперь иди.

Меня потянуло назад потоком — знакомое ощущение. Моргнул несколько раз, и в один из этих моментов серый мир сменился на более светлый. Тумана нет, пасмурная погода, равнина с пожухлой травой и зарослями кустарника. В половине километра справа — опушка леса. Единственное, что могло насторожить, это необычно низкие облака, а так всё выглядело, как и обычно, ничего примечательного.

Но любовался пейзажем я буквально секунду, в этот момент сзади меня толкнул Лопухов, после чего подхватил под локоть и потащил в сторону. За ближайшими зарослями кустарника, прямо на сухой земле сидела группа мужчин с измождёнными лицами. Мимо них из портала один за другим шли более бодрые азиаты, которые собирались кучками вокруг одного из своих с ружьём в руках, после чего уходили.

— Чего они тут? — кивнул в сторону сидящих.

— Ждут обратного потока. Каждые полчаса меняется направление, чтобы входящие и выходящие друг другу не мешали. Куда мы дальше?

— К опушке.

Парень кивнул, и мы направились вдаль от протоптанных тропинок. Я не подумал о спешности Первопредка, не успел спросить его о специфической магии.

— Смотрю, в сторону леса никто не ходит? — подметил очевидность.

— Там сложнее обороняться от хищников. А портал не для охотников, как я и говорил. Даже любители и немаги ходят через другие проколы пространства, — Виктор был, как всегда, собран и спокоен, будто мы по улице Кустового идём.

— Немаги? — удивился я. — Думал, таким здесь быть опасно.

— А кому безопасно? — хмыкнул он. — Амулеты защиты могут справиться с влиянием Изнанки, но не с местными обитателями.

Я ещё раз обвёл взглядом пейзаж: вроде ничего особенного, будто просто вышли за город. Единственное, было как-то зябко, хотя я одет достаточно тепло.

— Куда нам дальше? — поинтересовался Виктор.

— В лес.

Он вздохнул, посмотрел на опушку, а потом перевёл взгляд на меня.

— Подготовьте ружьё.

Изнанка оказалась совсем не такой, как я представлял. Возможно, потому и расслабился, будто просто по грибы пошёл.

Внезапно путь преградила рука Лопухова. Замерев, он вглядывался вперёд. Я решил не умничать и стоял смирно, хотя не замечал ничего необычного в обстановке.

Виктор жестами показал, что нам надо обойти что-то впереди. Через какое-то время мы вышли на поляну, и парень повернулся ко мне с выражением вопроса на лице.

— Дерево приметное, — я ткнул пальцем в сторону. — Мы на месте, нужно только подождать.

Два тонких деревца соприкасались так, что создавали форму, напоминающую человечка, который расставил ноги и руки, либо иначе букву «х». До назначенного времени оставалось минут двадцать.

— Он просил быть одному.

— Если что, я рядом, — Лопухов кивнул и ушёл, скрывшись в подлеске.

Оставшееся время прошло довольно быстро. О приближении Крапивина я узнал раньше, чем увидел его. Мужчина громко дышал, я бы даже сказал, сопел, да и будто выискивал ветки, чтобы наступить на них.

Добравшись до поляны, он словно только увидел меня — уставился удивлённо. Я даже растерялся, настолько искренне Захар выглядел.

— Барон! — воскликнул мужчина. — А вы пунктуальны. Не ожидал, очень приятно.

Он подошёл ближе и протянул руку, которую я пожал.

— И вам день добрый!

— Ну как, удалось раздобыть? — он нетерпеливо потёр ладони.

— Разумеется. Лишь бы вы свои обязательства исполнили.

Это действительно оказалось несложно. Когда мы вернулись домой, девушки были достаточно пьяны, чтобы не обращать внимания ни на что вокруг, а всё необходимое лежало на виду, по сути.

— Пф, — Захар театрально закатил глаза и развёл руки в стороны, — не сомневайтесь. Характер ваших сводных сестёр так же ужасен, как прекрасны их тела. Но не мне вам говорить.

— Что ж, не буду спорить. Слышал, вы дела с ними ведёте, макры поставляете.

Крапивин внимательно посмотрел на меня и вкрадчиво поинтересовался:

— А вам что, тоже хочется?

— Макры лишними не бывают, а для торговца — тем более, — пожал я плечами.

Захар захихикал, потрясая указательным пальцем:

— Это вы хорошо сказали. В таком случае, — он задумался, — кристаллы самого низкого качества — тридцать копеек штука, но партия — минимум пятьдесят штук. Устраивает?

— Вполне, — улыбнулся, сам лихорадочно размышляя, почему настолько дёшево. Неужели подстава? Но разве могут быть ещё хуже, чем те, что продавал по рубль десять? — А можно полюбоваться? Они ведь у вас с собой, верно? Он взял оочти двести штук — вполне приличное количество. Обычные люди столько сразу не носят.

— А вы смекалистый парень, Скарабейников! — сказал Захар и полез в карман своего пальто, выудив жменю макров.

Я взял их в ладонь и внимательно осмотрел: самые обычные — растительные однозвёздочные, первоуровневые.

— Беру пятьдесят на пробу.

— Вот это дело, вот это я понимаю! — Крапивин был рад моему предложению.

— Вы мне только скажите, они легальные или нет?

— Пф, обижаете, — он максимально широко улыбнулся. — Целая половина.

Документооборот в Кустовом был фактически никаким. Продавцы учитывали, от кого и сколько получили, но от поставщиков, если они физлица, могли никаких расписок не брать. А вот Крапивин по статусу занимаемой должности вряд ли будет таковым. Выходит, принимая партию в пятьдесят, я мог указать лишь двадцать пять макров, большего мне никто не подтвердит. Возможно, потому в отчётах мачехи видел лишь половину — брали-то у завхоза.

— Вы ведь не как частное лицо будете