В сердцах холодный лед - Ольга Токарева

— Первая доставка фруктов из южных государств. Пей, тебе обязательно понравится.

Жеманиться не стала. Сделав глоток, мгновенно ощутила во рту насыщенный сладко-кислый аромат с едва уловимыми нотками горечи. Из воспоминаний Ливин: она лишь раз пробовала апельсиновый сок. Это было в дни ее детства на одном из праздников. Для меня этот напиток был обыденным и не особо любимым. Не люблю кислинку и горечь во фруктах. Но чтобы не обижать Аргаира (так старался накормить и напоить и с такой заботой смотрит на меня), пришлось допивать весь сок.

После последнего глотка напитка меня повело. Ухватившись рукой за диван, хмурясь, попыталась сфокусировать взгляд. По телу прошлась волна холода, за ней накатил жар. Схватившись рукой за шею, потерла ее, пытаясь унять обжигающее пламя и заодно пытаясь рассмотреть расплывчатый образ герцога.

— Что-то мне нехорошо.

Допив остатки сока, Аргаир поставил стакан на поднос. Встав, подхватил Киару на руки, понес к кровати. Уложив спящую девушку, прикрыв одеялом, с лаской прошелся по волосам. Наклонившись, коснулся пылающих алым цветом губ любимой.

— Киара. Я люблю тебя и сделаю все для того, чтобы мы были вместе. Спи, малышка. Ты будешь только моей. Никому тебя не отдам.

Пройдя к столику, канцлер взял поднос с остатками еды. Повернувшись, бросил напряженный взгляд на побелевшее лицо любимой и решительным шагом покинул покои.

Из сна меня выдернула сильнейшая боль внизу живота. Стараясь унять нестерпимый острый спазм, прижала руки к животу. Поджав ноги, скрутилась калачиком и тут же выгнулась от острой боли, выкручивающей все внутренности. Заметавшись по постели, я закричала, но из горла вырывались лишь сиплые звуки.

Я не помнила того момента, когда Уфа взяла мое тело под контроль. Извиваясь, змея поднялась, устремив взгляд красных глаз на дверь, за которой скрылся Аргаир. Медленно опускаясь, Уфа уложила кольца тела и, положив голову на черную с проблесками серебра чешую, закрыла глаз. Проверив раздвоенным языком пространство вокруг, погрузилась в сон.

Аргаир остановился в дверном проеме коридора. Сдавленный крик боли Киары обжег сердце, прошелся иглами вдоль позвоночника. Развернувшись, герцог бросился к покоям девушки. Схватившись за дверную ручку, замер, настороженно прислушался к тому, что творилось в комнате. Затаив дыхание, выжидал несколько минут и был готов в любой момент ворваться в покои, подхватить на руки графиню и, прижав к груди, шептать слова утешения и любви.

Мысль, что он причастен к страданиям Киары, выворачивала душу отвращением к самому себе. Не привык Аргаир быть причастным к страданиям женщин. А малышка Корхарт слишком глубоко пробралась в его мысли и заняла там прочное место. Настолько прочное, что он решил после завершения свадебного сезона купить им для встреч особняк.

Был момент, когда хотел видеть ее в качестве супруги. Но, вспомнив о том, что об изнасилование Киары знает не только он, но еще граф Маджонский и бабушка, перекипев, отверг эту мысль. Да и дядя быстро остудил его пыл. Он и слушать ничего не хотел о графине Корхарт, объявив:

«Ты хоть понимаешь, чего ты просишь? У графини Корхарт подмочена родословная, да и бедна она, как сапожник. Магический потенциал высок, но зачем в нашем роду маг земли? Для этой работы другие маги найдутся.

Хочешь жениться? Пожалуйста. Одна из графинь, пришедшая на брачный сезон для Вильгара, прекрасно подойдет тебе в супруги. Так уж и быть, разрешу вам с братом выбрать фавориток. Вильгар вроде тоже увлекся графиней Одиевской.

Родовые земли и вложения нужно пополнять, а вы оба не думаете об этом. Юравский обещал отдать за дочь южную ветвь горы Рагвар. Разработки ведутся недавно, но уже обнаружены две золотые жилы.

Аргаир. Ты взрослый мужчина, мне ли тебя учить, как обогащать род? Женщины для души и постели всегда найдутся. А вот в роге изобилия не каждому дано купаться. Не нравится Камисаль, приглянись к последней невесте, явившейся на свадебный сезон. Собственные верфи и выход в море дадут большую прибыль. Поговори с братом и решите, кто на ком будет жениться.

Да, и никаких детей на стороне. Помни! В твоей крови течет королевская кровь, и первенец с ментальным даром должен родиться в законной семье!».

«Разговор с дядей опустошил. Но пойти против его воли было бы глупо. Тарминский — жесткий правитель. Обе кандидатки в супруги мне не нравились. Одна неприятна на лицо, вторая легкомысленна, как ветер. Брату бы подошла больше Камисаль. У той хоть хватка есть. Но Вильгар и слышать ничего не хотел о графине Юравской. Пришлось уступить ему Сианли Куварскую. Супружеская пара из них получится никакая. Один будет гулять и жизнью наслаждаться, вторая — об одних нарядах думать. Придется подключить Авигель. После свадьбы пусть займется воспитанием девицы, а я урежу расходы брата. Может, призадумается о своей дальнейшей жизни.

Как несправедливо. Из Киары вышла бы превосходная супруга: грациозна и воспитана, порой дерзка, но только с теми, кто сам заходит за рамки приличия. К тому же моя милая малышка совершенна во всем. Она безумно красива и бесподобна в постели. Каждый раз, уходя от нее, вижу, как ей хочется продолжения. Я и сам едва удерживаю себя от того, чтобы не остаться у нее на всю ночь и до изнеможения любить мою страстную девочку.

Но те капли, что я ей давал пить, рассчитаны на одно соитие. Раз супругой она быть мне не может, то фаворитка из нее выйдет превосходная. Как же это бесподобно — не читать мысли женщины, с которой спишь.

Есть, конечно, способ отгородиться от чужих дум и воспоминаний. Но заниматься любовью в постели голым и в перчатках для меня как-то смешно. И чтобы уже ничего не омрачало наших встреч, пришлось прибегнуть к методу очищения женского лона.

Камаир сказал, что боль будет, но терпимая. Вскоре графиня уснет, а когда проснется, не будет испытывать никакого дискомфорта.

Естественно, когда придет время, я расскажу Киаре о том, что она уже никогда не сможет иметь детей. Представляю ее гнев. Но, подумав, моя умная малышка успокоится и поймет, что стать фавориткой герцога Арвайского намного престижней, чем быть его любовницей. И последний аргумент: Киара меня любит. А влюбленная женщина на многое закрывает глаза».

Всеми этими размышлениями Аргаир больше успокаивал себя, но где-то в глубине души ощущал мерзкий осадок от всей этой ситуации и понимания, что не должен был так поступать с Киарой. Но страх потерять ее был выше. Впервые в жизни канцлер любил и понимал, если он не предпримет жестких мер, то графиня Корхарт махнет подолом