Город, которого нет 8 - Артемис Мантикор

— Гавайская, — послышался голос Малигоса. — Привет, Саша.

Я подтвердил заказ. Затем обратился к своей команде.

— Происшествия были?

— Два новых пейзажа, натюрморт для любителей турецкой кухни и одно предсказание, — доложила Маруслава.

— А что насчёт нашего главного проекта?

— Висит, что с ним сделается? — фыркнула Маруслава. — Если никто меня сменить не жаждет, то я дальше читать.

Я глянул на обложку. «Нейрогенез. Свойства мозга.»

— Сейчас я покажу тебе нашу новую Несбывшуюся, — сказал я Саше.

Осколок реальности продолжал медленно плыть под бьющим вокруг него ветром. Переход был всё так же безопасен. На той стороне было ветрено, но дышать можно без опасений.

Вокруг островка бушевал вечный шторм и бесшумно били молнии в отдалении.

Саша на несколько секунд застыла, с открытым ртом глядя на здешнюю погоду. Затем, будто вспомнила про меня и бросила:

— Эхо растёт. Прямо сейчас. Но гораздо медленней. Сколько сейчас?

— У меня что, измерительные приборы под рукой?

Саша сделала несколько шагов по платформе, в которую превратился срезанный с лица Города перекрёсток со статуей и алтарём Мару.

Девушка подняла голову, оглядывая памятник толстому коту в коробке.

— Вот как ты хочешь повторить опыт с Нисой… — произнесла она.

— Судя по твоей реакции, я думаю правильно, — довольно улыбнулся я, глядя на её лицо. — Мы повторим Несбывшуюся в миниатюре, без кризиса и лишнего риска. Есть ещё как минимум два алтаря, которые принадлежат Мару и находятся где-то в Городе. Один — скорее всего на другом осколке. Другой — внутри Города. Красноглазка нарисует портал к ним. Если нужно, можно будет добавить ещё пару алтарей на изнанке.

— Чел… ну ты конечно да… — покачала головой Саша. — Круто, чё. Уже интересно, что выйдет.

Я довольно улыбнулся и вспомнил о том, что вообще-то не собирался всего этого ей рассказывать. Откуда вдруг такая вспышка доверия к ней

— Твоё мнение? — спросил я.

— Может выгореть. По крайней мере, опасно вроде быть не должно. Какие есть подводные камни?

11. Ленивое решение

— Только то, что Красноглазке нужно постоянно рисовать, и делает она это очень быстро. Если вовремя не менять ей планшеты — галерея растёт бесконтрольно.

— Откат, — кивнула Саша. — Вне выброса он станет мягче.

— Ты много видела стирателей вообще? Что знаешь о них?

— Братан, каждый из них уникален. Спрашивай, чё знаю — поделюсь, мне не западло. Но я ж понятия не имею, чё тебе надо. Кстати, вопрос. Из серии странных вопросов, на которые тебе нужно отвечать для меня.

— Ну?

— Если бы ты мог получить ответ на один вопрос, любой, что бы это был за вопрос?

— Хм… сложно будет сформулировать. Хочу знать, как глобально устроено это всё. Вот, в чём плавает наш мир, где плавают относительно него эти иные миры, что такое на самом деле эффект эхо…

— Это три вопроса. Но сойдёт, суть я уловила.

— Это правильный ответ?

— В тестах по психологии нет правильных ответов, есть диагностика, — глубокомысленно сказала Саша.

Мы вернулись через картину обратно. Девушка сказала, что хочет немного побродить здесь, и я кивнул. Не то, чтобы я ей доверял настолько, но подлянки не ожидал. Если я хоть что-то понимаю в людях, то Саша бы не стала кому-то что-то докладывать, а просто бы взялась за топор.

Я же направился к Красноглазке, продолжать реализацию своих планов. Та увлечённо рисовала новую картину будущего. Светящееся существо, привязанное к дверям деревянного храма, множество других таких же, указывающих пальцем на привязанное существо.

Этот мир Красноглазка уже рисовала, только тогда это было одно из её предсказаний и там был изображён я, в виде такой же странной сущности.

— Что это? — спросил я у неё. Девушка как раз дорисовывала картину.

— Не знаю. Нарисовалось.

— Кто это?

— Суд, — ответила Красноглазка. — Не волнуйся, она выживет. Ты её спасёшь.

— Даже не представляю, где и когда… и кто это вообще.

— Как и я! — довольно улыбнулась художница.

— Ты, в общем-то, уже не обязана рисовать нам предсказания.

— Оно всё само, — покачала головой Красноглазка. — Прости. Чудо, что ты меня терпишь.

— Чудо — это ты, если не ошибаюсь. А для меня ты уже что-то вроде младшей сестры.

— А как же акцессия?

— А это бонус, — кивнул я. — Без неё я бы не зашёл так далеко в развитии и сейчас некому было бы отстаивать твои интересы. Разве это нельзя назвать семейными отношениями?

Красноглазка улыбнулась, продемонстрировав треугольные зубы.

— Спасибо. Хочешь, чтобы я что-то нарисовала? Мне нужно рисовать.

— На самом деле, да. Только я пока что не знаю как. Если бы ты могла залезть мне в голову и рисовать из моих воспоминаний…

— Так я не умею, — погрустнела Красноглазка. — Но может если ты хорошо опишешь?..

Я прикрыл глаза и попытался вспомнить, как выглядел тот тёмный алтарь, к которому меня швырял хаос.

— Болотистая местность, очень темно, но небо насыщенно-синее. В центре поляны, вокруг которой течёт кольцом грязная речка, крупное полуживое дерево, две трети ветвей голые. Под ним — тёмный алтарь. На нём вроде было нарисовано что-то жутковатое, на тему смерти, а после прихода Мару там были коты, ящики, диваны и столы, полные пищи. Но не берусь утверждать точно, как это выглядело. Ещё вокруг этого алтаря селились местные. У них были примитивные домики из брёвен и соломы.

Она с готовностью кивнула и принялась за работу.

С книгой в руке в халате и тапочках прошла Маруслава. Возле картины со светящимися существами она застыла, разглядывая композицию.

— Не двигается. Предсказание?

Я кивнул.

— Я отдыхать если что. Енотов на дежурстве, сейчас придёт.

Не сразу понял, о каких енотах идёт речь, но потом вспомнил, что это фамилия, за которую мой друг видимо и получил кличку Полоскун.

— А новое — это что? Выглядит мрачно.

Красноглазка уже начала свой танец. В одной руке был зажат карандаш, которым она отмечала очертания алтаря перед деревом посреди ночного болота. Другая же рисовала тяжёлое, насыщенное тёмно-синим небо.

Узнавания пока не происходило. Напротив, я вдруг отчётливо понял, что это не то место. Даже интересно, что выйдет в итоге.

Церхес