Первые шаги - Наталья Овчар

Когда они спустились со ступеней парадной лестницы, Света представила Эрика и Листика друг другу. Пока принц показывал дворцовый парк, продвигаясь в сторону грота, Света, пользуясь тем, что мальчики увлеклись беседой о достоинствах своих любимых коней, мысленно кратко поведала дракону о своей встрече с королевой Трэсой.

— Королева была доброжелательна и любезна. Она уверяла меня, что её оговаривают враги, что на самом деле она — вся такая белая и пушистая.

— Она пушистая? — изумился Листик.

— Ой, не обращай внимания на мои словечки! У нас так говорят, когда хотят сказать, что кто-то добрый и хороший, — объяснила девочка.

— Понятно. Я пытался почувствовать её злые намерения, — признался дракон, — но у меня ничего не получилось. Вокруг королевы стоит непроницаемая защита. Наверное, у неё есть какой-то сильный талисман, или она обладает личной магией и поставила защиту против проникновения в свой разум. Продавливать защиту я не рискнул, чтобы не возбудить подозрения.

— Ничего страшного. Мы с Всеславом и Марлоном поживём во дворце. На кота никто особо не обратит внимания. Листик, скажи ему, чтобы он изображал обычного котейку и не разговаривал при посторонних. Пусть откликается на имя, например, Барсик. Всеслава предупреди тоже, — попросила Света дракона.

По тому, как Марлон сердито зыркнул в её сторону, а царевич запнулся на произносимой фразе, девочка поняла, что Листик передал её просьбу.

— Скажи Марлону, чтобы не обижался на меня. Я не сомневаюсь в его сообразительности — он же молчал во время моего разговора с королевой. Просто хотела подстраховаться, — снова мысленно обратилась к дракону девочка, почувствовав себя виноватой.

Наконец Эрик привёл их к гроту — пещере в скале, увитой густым плющом. Из трещины в камне струился природный родник, вода из которого собиралась в чашу, что выдолбили в толще камня уже человеческие руки. Из чаши вода стекала по рукотворному каменному жёлобу и попадала в расположенный неподалёку искусственный пруд. Это место, в меру уединённое, вполне подходило для временного проживания дракона. Рядом со входом в грот, с противоположной стороны от чаши, стояла вытесанная из камня скамья, куда и присели ребята, пока Листик обследовал своё будущее жилище.

— Не сочтите за бестактность, миледи Хранящая, но почему вы столь странно одеты? — вдруг поинтересовался принц.

— Нормально одета, — пожала плечами Света. — В нашем Мире многие так одеваются. Главное — чтобы было удобно. Нет, конечно же, некоторые дамочки любят увешиваться брюликами и чувствуют себя плохо, пока не купят новую шмотку от какого-нибудь крутого кутюрье, но ребята, вроде меня, одеваются именно так. Да, чтобы было понятно: брюлики — это украшения с бриллиантами, шмотки — это одежда, а крутые кутюрье — это знаменитые на весь мир портные, которые придумывают и шьют очень дорогую и красивую одежду, — пояснила она, прежде чем Эрик спросил о значении непонятных слов; он кивнул, осмысливая услышанное.

— Светлана, а как долго продлится ваш визит? Надеюсь, что вы не покинете нас ранее, чем я отмечу свое тринадцатилетие? — продолжил светскую беседу принц.

— Эрик, я понимаю, что у вас тут этикет и всё такое. Но, если не трудно, давай перейдём на «ты», хотя бы, пока мы не на приёме во дворце? Это выканье так утомительно, если честно, — попросила Света. — У нас дети только взрослым «вы» говорят, а между собой на «ты» общаются. И, разумеется, на дне рождения я буду обязательно!

— Конечно же, я согласен перейти на «ты», Светлана, Всеслав, — кивнул принц и улыбнулся. — Мы только что познакомились, но с вами так легко… А во дворце меня всегда что-то угнетает; стены давят, хотя я всю жизнь здесь живу, кроме нескольких дней, когда мне пришлось побывать в другом месте. Вот почему я люблю прогулки в парке, а ещё — у озера. Мы обязательно все вместе съездим туда в ближайшее время.

— Договорились. Эрик, скажи честно, а кто из твоего окружения кажется тебе наиболее неприятным? — рискнула задать вопрос Света.

Поколебавшись несколько мгновений, Эрик ответил:

— Я почему-то не люблю королевского придворного астролога — мессира Си́маса Ду́ана. Мне кажется, матушка слишком приблизила его к себе; она буквально шага ступить не может без его совета! А мне он кажется неискренним, особенно, когда любезно улыбаясь, обращается ко мне. От его улыбки внутри всё леденеет, потому что его глаза остаются при этом холодные и злые, как у змеи. Все придворные его как огня боятся.

— А он давно у вас астрологом работает? — спросила девочка.

— Он появился, когда я ещё в колыбели лежал. Мессир Симас оказал матушке очень важную услугу, и она оставила его при дворе.

— А мы увидим его на обеде?

— Нет. Мессир Симас почти всё время проводит в Северной башне, где его никто не смеет беспокоить, кроме матушки. Он ведёт научные изыскания, пытается раскрыть какой-то секрет Мироздания. Его личный слуга приносит еду прямо в лабораторию, — ответил принц.

— Эрик, твоя матушка обещала дать мне провожатых, чтобы я смог купить себе кое-какую одежду. Я бы хотел сейчас выбраться за пределы дворцовой территории, чтобы успеть до обеда, — обратился к принцу Всеслав.

— Могу тебя проводить, если хочешь, — предложил Эрик.

— И я с вами! — обрадовалась Света возможности увидеть что-то новое. — Покажешь нам местные достопримечательности. У вас очень красивый город.

— Тогда поспешим! — воскликнул принц. — У нас осталось не очень много времени. Если опоздаем к обеду, матушка рассердится.

— Листик, ты с нами? — спросила девочка.

— Если выпустят, — мысленно ответил ей дракон.

— А Листика выпустят в город? — обратилась Света к принцу.

— Выпустят! Он гость, а не пленник.

Света огляделась вокруг, чтобы спросить у Марлона, пойдёт ли он с ними, но кота рядом не оказалось. Девочка решила, что Марлон всё-таки обиделся на неё и ушёл в укромное место, чтобы успокоиться.

Вернувшись к парадной лестнице дворца, Эрик распорядился, чтобы слуги привели Бесстрашного и Гнедка, а Света села верхом на дракона. Когда они подъехали к воротам, стража беспрепятственно выпустила их за пределы дворцовой территории.

Сначала ребята продвигались по пустынной центральной улице. На некотором расстоянии от них, спереди и сзади, следовала охрана. Чем больше они отдалялись от дворца, тем оживлённее становился город. Встречные горожане низко склонялись перед принцем, а затем ещё долго переговаривались между собой, провожая взглядами всадников и, собравшись небольшими группками, обсуждали его необычных спутников. Принц рассказывал своим гостям о зданиях, мимо которых они проезжали. Вблизи дворца располагались дома придворных и богатых горожан: купцов, адвокатов, судей и других чиновников, которые существенно упрощали жизнь королевской династии, ибо только особые случаи лично рассматривались королём или королевой.

Примерно в двадцати минутах неспешной езды