Воин - Март

— Регулярно.

— Не надо их недооценивать, — нахмурился командир. — Мы сильнее, но «мы» это наша империя и армия. Отдельные отряды это совершенно другой разговор. Там есть сильные воины, умелые маги и талантливые полководцы. А еще надо помнить — это их земля, и пусть мы ее изучили, они местные, и у них преимущество.

— Я их вполне серьезно воспринимаю, — не стал спорить Райли. — Не первый день на этой войне.

— Мое дело простое: мне приказали вас немного обучить и рассказать основы нашей работы. Дальше куда вас направят я не знаю, и не хочу знать. Имена ваши мне приказали забыть как только мы вернемся из рейда.

— Интересно…

— Нет, не интересно. Я приказ выполню, а дальше ваше дело.

И он продолжил выполнять приказ. К своей чести Эдвин отметил, что Райли жаловался и ныл чаще. Вслух, во всяком случае. Сам же молодой маг старательно запоминал науку разведчиков, четко осознавая — их готовят не для прогулок в трактир. Командир не хвалил и не давал оценок, лишь поправлял, если они делали что-то не так. Со временем поправлять Эдвина он стал все меньше и меньше.

— Разведчиками вы так быстро не станете, и в лесу следы оставлять все еще будете. Но уже не так заметно, как раньше, — резюмировал он через несколько дней.

Сушеное мясо и крупы надоели Эдвину еще в первые дни, но они продолжали патрулировать. Это было очень скучное занятие, и даже возможное нападение держало их в бодрости только первые дни. Затем рутина съела этот страх, и бдительность, наоборот, притупилась.

— А мы сколько лет еще тут бродить будем? — уточнил Райли после очередной встречи с другим отрядом разведчиков. Пополнение отряда в виде двух стажеров уже вполне ориентировалось на местности, и поняло, что двигаются они не в сторону своих территорий. — Я без претензий, мне просто интересно.

— Сколько потребуется, — отрезал командир, но все же сжалился и решил рассказать. — Еще два-три дня вдоль границы поищем следы, и обратно пойдем.

Граница… была весьма условной, как и сказал Эден. Когда местность из просто неприятной превращалась в труднопроходимую, начиналась нейтральная территория. Прямых линий в природе не было предусмотрено, и патруль вдоль границы превращался в хаотичное движение.

— Эх, сейчас бы нормально поесть, — не выдержал парень. — Жаркое, овощей, рыбы…

— Неужели тебе не нравится сушеное мясо? — притворно удивился Райли. — Если постараться его размочить, то даже зубы не сломаешь.

— Хотите разнообразить свой рацион — наловите голубей, — хмыкнул ближайший к ним разведчик.

Молодой мага аж передернуло от воспоминаний.

— Никаких голубей, — быстро произнес он.

— За этим должна скрываться очень интересная история, — заметил Райли.

Рассказывать было нельзя. Но и просто молчать тоже был не выход. Делать в этом походе было нечего, а за неимением других развлечений (а играть с ним никто не хотел), Райли мог начать приставать и надоедать магу. Настроение и так было не очень, и ругаться со своим напарником Эдвин не хотел.

Пришлось ему на ходу сочинять историю о том, как он пробовал голубей, в каких столичных трактирах такие блюда подавались, и описывать вкус. История получилась увлекательной, полной различных подробностей, и ни капли не похожей на реальность. Райли верил, разведчики, которые не одного голубя в этом деле съели, лишь прятали улыбки, но продолжали слушать.

Их отряд проверил все метки, не нашел ни единого следа пребывания врагов на подотчетной территории, и двинулся от границы обратно в свое расположение. Настроение в отряде улучшилось, люди даже стали несколько разговорчивей. Чем тут же на очередном привале попытался воспользоваться Райли и сыграть с ними в кости. Несколько человек согласились.

«Ничему его жизнь не учит», — покачал головой Эдвин, замечая какие взгляды на него кидают проигравшие. — «Весь выигрыш придется ему на мага целителя потратить…».

Его напарник пользовался то ли своим везением, то ли навыками, которые так никто и не обнаружил, и продолжал выигрывать жалование разведчиков. Денег по понятным причинам они с собой не носили, и приходилось тщательно записывать кто, кому, и сколько должен. Если быть точным, все должны были одному человеку, и именно он один эти записи и вел.

— А ведь если этот листок потеряется, не получится долг стребовать, — задумчиво вслух сказал Эдвин. — Какую-то часть, которую все вспомнят ты получишь, но вряд ли у всех нас идеальная память…

Взгляды разведчиков стали заинтересованными.

— Ты… ты зачем им подсказываешь? — искренне возмутился Райли. — Я не виноват, что мне везет.

— Не хочу тебя расстраивать, но в удачу веришь только ты, — расстроил его Эдвин. — Остальные считают, что дело совсем не в ней.

Он отошел в сторону и с усмешкой наблюдал как Райли прячет лист во внутренний карман, а после, буквально через минуту, опять проверяет, на месте ли тот.

«Нет, список до нашего возвращения не доживет», — усмехнулся Эдвин. Он еще недавно предлагал везунчику проиграть часть выигрыша обратно, но Райли лишь оскорбился, заявил, что играет честно, и специально проигрывать просто не умеет.

Конечно же ему никто не поверил. Ему уже давно никто не верил, хватило первых двух или трех привалов. Не может же человек выигрывать постоянно? Или может? Самое странное, что никто, а пытались все, не смог понять секрета. Не смог словить.

— Райли, — честно сказал Эдвин. — Если это действительно везение, во что я ни секунды не верю, бросай ты эту войну и едь в столицу.

— Я бы может и с радостью поехал туда развлекаться, но долги папаши сами себя не выплатят. А на время службы проценты не идут, а погашение за счет жалования и премий. Ты же не думаешь, что я, как нормальный и адекватный человек, записался в этот отряд специальных, или как его там… не важно… это же верная смерть. Платят неплохо, и в случае верной смерти выплачивают еще и семье.

Признаться, Эдвин ни разу не говорил с ним о личном, и понятия не имел о его внутренних переживаниях. Ту часть, в которой «верная смерть», он тактично предпочел не заметить.

— А что у тебя в семье? — нейтрально спросил он.

— Да как и у всех: куча долгов передавшихся по наследству, малолетние братья и