Время неблагих. Книга 2 - Максим Андреевич Далин

декоративная фигура… а в нашем случае — ваш отец куда менее… декоративен, чем покойник Гетвуд был. Благодать — тот ещё рычаг влияния. Нет, она очень полезна во многих смыслах, но… слишком дорогое удовольствие. И — что уж теперь скрывать от вас! — благодать короны Святой Земли противники вашего отца очевидно планировали просто сжечь. Вас — вместе с государем. А государь, как и полагается потомку Эральда, и режим пытается сохранить изо всех сил, даже в таком виде, и простецов поберечь… и вас спасти… обречённые дети.

— Мы обречённые, а вы-то чего суётесь? — спросил Лэрик, щурясь.

— А куда ж мне деваться? — удивился Гектор. — Меня уже разок убили, мне не понравилось. Я ведь такой же обречённый, как и вы, принц. А мне не только жить хочется, мне хочется жить прилично, в идеале — так, как я привык. Я вот, по дурости своей, ещё планировал жениться, когда получу отставку… Получил! — усмехнулся он невесело. — И что с моим домом будет, если в Святой Земле победит эта банда? Они убьют вашего отца, Лэрик, а заодно — запросто могут прикончить моих брата и сестру… Быть может, я делаю большую глупость, но мне мерещится некая надежда в том, что вы можете выжить. Шансы призрачны, правда…

— Рэнгу девушки нужны? — спросил Лэрик.

Гектор покачал головой.

— Главным образом — вы.

И тут влетела Ильсора, с грохотом, как всегда. Притащила целую горсть серебряных побрякушек: свисали цепочки, ожерелье из маргариток с блестящими камешками в серединках, одна цепочка плоская и широкая, как ленточка…

— Подойдут? — спросила она то ли весело, то ли просто взвинченно, вытряхнув безделушки в ладони Гектора.

— Не эта, — Гектор вернул цепочку. — Это серебро с золотыми подвесками, леди Ильсора. И цветочки вызывают у меня сомнения… эти самоцветики… кто знает. Но вот эта удачная, — и стал распутывать ту самую, широкую.

— Там замок сломан, — сказала Ильсора. — Еле держится. Хорошо, что не отдала ювелиру, да?

Гектор кивнул. Накинул цепочку себе на шею, под воротник. Остальные побрякушки высыпал в пригоршню Ильсоре.

— Серебро не только останавливает Дар, — сказал он мне, — но и делает его почти не заметным для чутья некроманта. Удивительно, что ваш Дар, Валиен, так легко проходит не просто серебро, а даже освящённое серебро…

Ага, подумал я. А вот Лео и Ричарда не удивило… и вот почему занесло Рэнга! Упыри меня, значит, не чуют… Но Дингру, кажется, не помешало…

— Мессир Гектор, — сказал я, — Дингр учуял мой Дар даже сквозь серебро.

— Сомнительно, — возразил Гектор. — Вы, возможно, как-то его проявили… незаметно даже для себя самого…

Ну да, подумал я. Психанул на вокзале, глаза засветились. То-то ж Дингр лыбился, как крокодил…

— Гектор, — окликнул Лэрик, — вы не договорили. Вы сказали, Рэнгу я нужен больше, чем девушки. На что я ему сдался?

— Девушки тоже пригодятся, — сказал Гектор. — Но вы, принц — идеальная жертва. Я даже представить себе не могу лучшую жертву. Вы же впрямь наследный принц, белый, с благодатью, кузен Рэнга… Сказка. Специально не выдумаешь. Принцессы в таком случае пошли бы, простите, вторым блюдом.

— Рэнг два года назад навязывался мне в мужья, — сказала Глейза. — Их семейка даже клянчила разрешение у Иерарха… Отец тогда пошутил, что столько благодати Заозерью точно ни к чему, а Иерарх, как понимаю, отказал, потому что Рэнг мой кузен… Рэнг передумал жениться и решил убивать?

Гектор вздохнул.

— Леди Глейза, простите меня… вы всерьёз думаете, что обручальное кольцо на вашем пальце помешало бы Рэнгу вас убить? Я думаю, напротив: оно увеличило бы вашу ценность как жертвы. Теперь, конечно, в таких мерах отпала нужда.

— Я вот не пойму, — сказал Лэрик. — Вы так говорите, будто все знали…

— Если бы кто-то из сторонников вашего отца хоть догадывался, вас бы не отправили сюда, — сказал Гектор, и его щёку дёрнула судорога. Он потёр её пальцами. — Надо же… я думал, что избавлюсь… неважно. Я ведь сказал, что укрылся от посланцев ада в часовне, принц. Очень удачное место: гончие не рискнули лезть во владения Отца Вод, да ещё его тёмной ипостаси, против меня море ничего не имеет… Зато я прослушал пару служб. И сложил два и два.

— Чья часовня⁈ — поразился я.

— Валиен, вы осьминога на их флагах и везде видели? — Гектор снял с галстука зажим с эмблемой и поднёс к моим глазам. — Это, как я понимаю, вторая ипостась Отца Вод, первая — тот морской дракон, которого так любят прибережцы. Дракон этот — высветленные воды, я бы сказал. Ведь у них там, в Прибережье — церковь Звезды и Вод… Звезда — Око Божье, Валиен. Прибережцы верят в милосердие Океана, потому что это Божий Океан. Работает, судя по всему… Но у заозерцев с некоторых пор в почёте церковь Вод, без всяких Звёзд, они служат стихии как таковой. Как говорят старые пираты, море — проклятое преддверье ада. Раньше они ещё стеснялись… но вот уже год как снимают знак Ока со всех храмов. И, судя по службам, намерены взять Океан в союзники в войне с Прибережьем.

— А это возможно? — спросила бледная Глейза.

— Стихийные божества — не Вседержитель, — сказал Гектор, снова закалывая галстук. — Служение им сродни торговле… Даёшь ты — дают тебе. Чем больше жертва — тем больше дают. Рэнг, я думаю, ещё тогда, умоляя Иерарха о разрешении на брак, планировал очень серьёзную жертву… но сейчас… Я думаю, он надеется просто стереть Прибережье волнами. Попросить смертельную волну на южную столицу минимум… а может, и не только. Принц, его родственник, отмеченный Господом… Ваша смерть, Лэрик — гибель Прибережья. Почти без вариантов. Тем более — если Рэнг добавит девушек. Думаю, они ждут только полнолуния.

— Всё понятно, — сказал Рошер. — Да, Валиен?

— Да, — сказал я. — Надо драпать. Сегодня же ночью. Вы готовы драться, если что, Гектор?

Лэрик молча показал мне два пальца. Глейза чуть улыбнулась, кивнула. Ильсора, по-моему, была не в состоянии: она пыталась это всё переварить.

— Куда же драпать, мессиры? — спросил Гектор. — Драться я, несомненно, буду. Меня ведь пустят в расход вместе с вами… в самом лучшем случае, мне придётся изображать тут идиота-гвардейца, небось ещё и познакомиться с его начальством, дружками и семейством — а это, предположу, гораздо хуже смерти. И я, несомненно, готов сопровождать вас куда угодно. Но, честно говоря, сейчас, здраво