Код волхва. Книга 4 - Алексей Даньшин

у него, конечно, хорошая, и вся с амулетами древлянскими. Но больно сильная волна пошла по Новгороду и из-за иконы той, и из-за камней. Как бы кто не попробовал купца обнести. Мало ли лихих людишек в городе, которые ещё не знают, что к имуществу древлянского князя и к его людям даже близко подходить с дурными намерениями очень опасно.

Караван от князя прибывает только через три дня. Там прибудут два десятка гридней и Панкрат Глыба. У Ивора тоже работает парень по прозвищу Глыба, только никакого отношения к десятнику Илии его Глыба не имеет. Мало ли Глыб на свете, и не сосчитать!

С Никитой Ивор уже всё успел обсудить и организовать место для постоя гридней в купленном недавно доме купца Багряты. Места там много, да и припасов купили на первое время в достатке.

Туда Ивор и собирался сундук отвезти. Чтобы потом под охраной серебро в Киев отправить. Главное, чтобы за эти три дня ничего не случилось!

Ночью, услыхав во дворе шум, Ивор открыл глаза и сел на сундук, на котором и спал.

Во сне ему опять снилась Аграфена. И на этот раз он её уже почти догнал.

«Суки!» — подумал он и потянулся за перевязью с мечом, который стоял рядом с сундуком. — «Поспать не дадут!»

…

…

Глава 11

Попасть к стратигу на приём у них не получилось ни завтра, ни послезавтра. Занятой человек очень оказался. Михаил даже сильно удивился этому. Обычно стратиг Давид был рад встрече с купцом, который никогда без подарка и новостей у него не появлялся. Но потом им сообщили, что верховный правитель города принимает сейчас какую-то важную персону из Константинополя и все остальные встречи отодвинул на потом.

Но на месте дело не стояло. Михаил, едва успев разгрузить лодьи, сразу же начал закупать всё необходимое для дальнего перехода. Благо были тут ещё купцы, которым волшебные древлянские камни должны были быть, наверняка, очень интересны.

На торге его многие встречали громкими приветствиями и лезли обниматься. Шастун следовал за ним следом и тоже удостаивался своей части внимания, поскольку Михаил всем представлял его как своего подельника из Киева. Толмач на шее у волхва старательно переводил всё услышанное, но он делал вид, что иноземные речи для него непонятны. Для торговли оно так часто полезнее выходит.

Они сидели опять в той же таверне и попивали охлаждённое разбавленное вино, закусывая его медовым пирогом, когда к их дастархану подошла целая делегация из пяти мужиков в чалмах и шёлковых халатах.

…

…

— А что, Михаил, говорят, ты привёз из Киева какие-то камни волшебные? — хитро прищурился богато одетый мужик с козлиной бородкой и румянами на щеках. — Ты же знаешь, слухи в Трапезунде быстрее ветра летят. Так почему же ты не выставляешь их на торг? Или врут всё люди?

— Рустам-бей! — Михаил с улыбкой расставил руки. — От твоего проницательного взора ничего нельзя скрыть!

Слухи эти сам Михаил и распустил аккуратно через своих рабов и воинов из каравана. Теперь вот наживка сработала, и предстоял целый спектакль по доведению покупателей до нужной кондиции.

— Но дело в том, — продолжил он, — что товар мой слишком дорогой и редкий, чтобы просто его на торг выставлять. Ему место во дворцах правителей или у очень богатых людей. Боюсь, что тут не найдётся ни одного такого, кому было бы по карману владеть такими волшебными предметами.

— Ты собрался удивлять покупателей какими-то дешёвыми волховскими амулетами, выдавая их за великую волшбу? — Рустам опять прищурился, посмотрел на Шастуна и улыбнулся. — Я сам могу тебе продать хоть сотню таких! Мои подельники много безделушек привозят от славян.

— Увы, досточтимый Рустам-бей, это не обычные амулеты. — Михаил опять улыбнулся. — И любой умный человек, едва увидев их и услышав о том, как работают эти волшебные камни, в этом сразу убедится.

— Так, может, ты нам покажешь хотя бы один такой? — купец переглянулся со своими подельниками.

Четверо купцов за его спиной тихо перешёптывались и с улыбками поглядывали на известного во всей империи купца Михаила Трапезундского и его странного гостя, увешанного языческими амулетами. Нет, волхвов они видели не раз. Но этот был какой-то уж слишком чистый.

— С огромной радостью бы показал, — Михаил развёл руками, — но я сперва хотел предоставить возможность выбора камней самому стратигу Давиду. Ибо кому, как не ему, первым в городе владеть таким сокровищем?

— Так их даже несколько разных видов? — Рустам приподнял одну бровь. — Но нам ведь не обязательно сразу их покупать, поэтому у стратига будет возможность купить их первым. А мы только посмотрим, стоит ли нам копить серебро на такую диковинку.

Все пятеро опять заулыбались. Конкуренция между купцами тут была довольно жёсткая, а уж на эксклюзивный товар всегда находилось много желающих. Но тут кто первым успеет.

— Если позволит уважаемый Шастун, посол князя Древлянского Илии Володимировича, я с удовольствием покажу вам наш с ним товар. — Михаил прижал руку к сердцу и, слегка наклонив голову, перевёл Шастуну то, что тот и так уже сам прекрасно понял через амулет-толмач.

— Рустам-бей — один из самых богатых купцов из Самарканда, — шепнул ему Михаил. — Большая рыбка клюнула!

— Тогда работаем по плану, — шепнул ему волхв и тоже чинно поклонился.

— Я сказал уважаемому Шастуну, — обратился Михаил к самаркандцам, — что Рустам-бей — очень уважаемый и богатый купец, который не будет просто так тратить его время. Мы покажем вам камни. Прошу вас пройти ко мне в лавку.

Они поднялись с дастархана, расплатились с подбежавшим служкой за пирог и вино, и вышли всем табором из таверны. Путь до большой лавки купца Михаила Трапезундского занял у них около десяти минут. Таверну эту они ведь выбирали для своих посиделок из десятка других на торге тоже не просто так, а чтобы потом недалеко было потенциальных покупателей вести.

Пройдя насквозь зал с тканями и украшениями для одежд, они поднялись по лестнице на второй этаж и зашли в небольшую комнату с окном, выходящим на шумный торг.

День был сегодня жаркий, и открытые ставни вовсе не избавляли от духоты в комнате, а бьющее в окно солнце усиливало жару.

Михаил предложил гостям прилечь на ковре, облокотившись на большие валики, набитые шерстью горных козлов. А сам хлопнул в ладоши, вызывая слуг.

Две рабыни внесли в комнату кувшины с вином и вазы с фруктами. Одна из них