Человек второго пола - Айза-Лилуна Ай

вращающуюся модель маршрута, которая продолжала спокойно скользить по экрану, словно за пределами этой комнаты не происходило ничего тревожного. Потом она тихо произнесла:

– Матери-Основательницы…

Анна обернулась к ней.

– Да, дочь, – сказала она негромко.

Ева едва заметно вздрогнула. Это слово прозвучало так неожиданно, что на секунду выбило её из равновесия. Она давно не слышала его от Анны, и теперь оно прозвучало почти чужим, будто из другой жизни, из тех редких моментов детства, когда мир ещё казался простым и ясным.

Анна подошла ближе и остановилась рядом со столом.

– Система не идеальная, – продолжила она спокойно. – И я рада, что ты это понимаешь. Рано или поздно любой, кто оказывается у руля, начинает видеть трещины, которые не заметны из учебных классов.

Она на секунду задержала взгляд на лице Евы, словно проверяя, выдержит ли она услышанное.

– Тебе нужно следить за Марой. Очень внимательно.

Анна говорила тихо, но в голосе появилась жёсткость, которой Ева почти никогда у неё не слышала.

– Мы должны вырвать их, как опухоль, из нашей системы. Из нашего «Дома». Если этого не сделать, всё закончится так же, как закончилось у наших предков.

Она на мгновение замолчала, и тишина в комнате стала плотной, как перед грозой.

– А теперь иди на капитанский мостик и делай то, что должен делать капитан. Будь у руля и не давай никому занять твоё место.

Ева поднялась не сразу. Она почувствовала, как ноги на секунду стали тяжёлыми, словно тело не успевало за потоком мыслей. В голове всё смешалось: разговор с Марой, слова Анны, вооружённый Корабль, новая линия будущего, которая вдруг открылась перед ней.

Она не понимала, как всё могло зайти так далеко.

Ещё вчера мир казался ясным: Корабль летит к новой планете, люди готовятся к жизни на ней, и каждый просто играет свою роль. Но теперь эта картина треснула, и за ней открылась другая – более сложная и тревожная.

Что происходит?

Что нужно делать?

И если Анна действительно уйдёт на другой Корабль, то она останется здесь одна. Одна против Мары, против её сторонников, против тех перемен, которые уже начали происходить внутри системы.

Ева провела рукой по лицу, пытаясь собрать мысли, и медленно выпрямилась. Она понимала только одно: если она позволит себе растеряться сейчас, то проиграет ещё до того, как начнётся настоящая борьба.

Ева расправила плечи, сделала глубокий вдох и направилась к двери. Когда она вышла в коридор, привычный гул Корабля снова окружил её, и это ощущение движения вдруг помогло ей сосредоточиться. Корабль продолжал лететь вперёд, независимо от сомнений, споров и страхов людей внутри него.

Она шла к лифту уже более уверенно.

Через несколько минут двери капитанского мостика открылись перед ней, и знакомое пространство управления снова приняло её в свои границы. Ева заняла своё место у главного пульта, положила ладони на холодную поверхность панели и на секунду закрыла глаза.

Потом открыла их и посмотрела на экраны. Корабль двигался по курсу. И теперь она должна была удержать этот курс.

Глава 20. Стажировка или фарс?

Месяц прошёл почти незаметно. На Корабле редко происходило что-то резкое, и потому время текло ровно, как линия маршрута на навигационных экранах, без скачков и изломов. Дни сменяли друг друга одинаковыми сменами, отчётами, короткими совещаниями, проверками систем и вечерними обходами, и постепенно жизнь снова вернулась к спокойному ритму, который казался устойчивым и надёжным.

Но это спокойствие было обманчивым.

Ева чувствовала это всё чаще, хотя не могла объяснить, откуда берётся это ощущение. Иногда ей казалось, что сам Корабль стал немного другим, будто внутри него что-то медленно менялось, но происходило это так тихо, что заметить перемены можно было только боковым зрением, не пытаясь смотреть прямо.

Когда подошёл срок первой смены ролей, всё произошло торжественно. Утром на капитанском мостике собрались главы секторов, Анна наблюдала со стороны, не вмешиваясь, и коротким распоряжением утвердила новую расстановку. Ева заняла место Элисы – главы дипломатического сектора, Элиса перешла в навигационный, а Мара заняла капитанский мостик.

Ева впервые оказалась в дипломатическом центре Корабля и сразу почувствовала, насколько отличается эта работа от управления системой. Здесь всё было построено не на цифрах и показателях, а на людях, их голосах, интонациях, паузах между словами. Огромная комната связи напоминала полукруглый амфитеатр, где вдоль стен располагались панели коммуникации, а в центре находился круглый стол для переговоров. На экранах постоянно вспыхивали сигналы связи с другими Кораблями флота, и каждый разговор требовал точности, осторожности и умения слушать больше, чем говорить.

В первые дни Ева старалась вести себя так же спокойно, как Элиса. Она внимательно слушала доклады, принимала сигналы связи, участвовала в коллективных конференциях, где на огромных экранах появлялись капитаны других Кораблей – «Эфирона», «Арки-4», «Каллисто», «Форварда», «Ориона». Их лица возникали в разных секторах панели, будто в окнах большого дома, и каждый говорил по-своему: кто-то – сухо и быстро, кто-то – осторожно подбирая слова, а кто-то, наоборот, – медленно, словно взвешивая каждую фразу перед тем, как выпустить её в эфир.

Ева присматривалась к ним внимательно. Она слушала, как они обсуждают корректировку маршрутов, состояние систем жизнеобеспечения, распределение ресурсов, и старалась уловить то, о чём они не говорили напрямую. Иногда разговоры уходили в сторону, становились осторожнее, и тогда кто-нибудь из капитанов вскользь упоминал новые защитные системы, модернизацию модулей безопасности или усиление внешних щитов.

Ева ловила себя на том, что невольно пытается оправдать эти слова. Возможно, это просто меры предосторожности. Возможно, каждый Корабль усиливает защиту на случай неизвестных угроз. Возможно, это не означает подготовку к войне. И всё же иногда ей казалось, что в голосах капитанов звучит напряжение, которое трудно объяснить одной лишь осторожностью.

Однажды, когда очередная конференция только начиналась, на экране вспыхнул сигнал связи с Кораблём «Эфирон». Панель мигнула мягким голубым светом, и через секунду появилось лицо капитана Тарра. Он был крупным мужчиной с тяжёлой челюстью и густыми бровями, которые сейчас были сдвинуты так низко, что почти закрывали глаза.

Ева выпрямилась и спокойно произнесла:

– Капитан Тарр, приветствую вас. Дипломатический сектор Корабля «Дом». Я – Ева, временно исполняю обязанности главы сектора.

Тарр посмотрел на неё несколько секунд, будто пытаясь понять, кто перед ним. Потом его лицо резко потемнело.

– Что, чёрт возьми, у вас происходит? – проворчал он.

Ева не сразу поняла, к чему относится этот вопрос.

– Простите?

Тарр раздражённо махнул рукой, и камера на секунду дрогнула, словно он задел пульт.

– Где Эмма Рейн? – сказал он резко. –