Песнь Ариадны - Guiltythree

В нынешние дни каждую из их Способностей и все их Атрибуты можно было выразить десятками способов, что часто приводило к вторичным силам, проистекающим из комбинации нескольких основных Способностей, ставших возможными благодаря гениальному применению опыта и мастерства.

Итак, Санни не мог сразу предсказать, насколько расширился охват Теневой Связи.

Сможет ли Нефис исцелять и усиливать его фантомов на расстоянии, подобно тому, как она могла исцелять и усиливать членов своего собственного Домена? Будут ли тени Кошмарных Существ, убитых солдатами Домена Тоски, попадать в его Море Души вместо того, чтобы отправиться в Царство Теней? Добавится ли сила его Домена к силе Неф, поскольку он был её тенью? Защитит ли его теперь её Способность [Тоска]?

А что насчёт их Воли? Сольётся ли она также, став больше, чем сумма того, чем каждый из них владел по отдельности? Обретёт ли Воля Неф врождённую близость к смерти, подобно его собственной?

Вопросов было слишком много, а ответов недостаточно. Было очевидно, что им предстоит многое открыть, шаг за шагом…

Однако Санни знал, что Теневая Связь делает их значительно сильнее. Если бы они вдвоём противостояли Мерзкой Птице-Воровке, объединённые Теневой Связью, битва закончилась бы совсем иначе. То же самое относилось к Азараксу, Плоти Канахта, Странствующему Архонту… что было хорошо, учитывая, с какими врагами им придётся столкнуться в будущем.

Санни глубоко вдохнул, а затем выдохнул.

«Пора идти».

Глава 2982

Санни закончил отдыхать. Он ещё не оправился от ран, но это не имело значения… значение имело то, как найти путь обратно к Нефис и Ананке, которые сейчас были где-то там, потерянные и одинокие.

Как он мог отдыхать, не зная, где они и что с ними происходит? И ещё был мир за пределами Гробницы Ариэля. Кэсси, Рейн, Эффи, Джет, Кай, Айко и все остальные — ему нужно было вернуться и к ним.

Поэтому, хотя избитое тело Санни протестовало, он боролся с истощением, тянувшим его вниз, и медленно сел, поморщившись от ужасной боли.

Он всё ещё был в плохой форме, но достаточно оправился, чтобы свободно двигаться… по крайней мере, относительно свободно.

Однако приятно не будет. На самом деле, это будет пыткой…

Но как только он подумал об этом, под его кожей вспыхнуло мягкое сияние, и его раны начали заживать гораздо быстрее. Успокаивающее тепло окутало его разорванную душу.

Санни сделал дрожащий вдох.

Мерзкий тем временем был встревожен внезапным потоком света и отскочил, указывая на Санни пальцем.

«Чёрт!»

Санни не смог сдержать усмешку.

Похоже, Нефис тоже обнаружила Теневую Связь. И она действительно могла исцелять его на расстоянии, как если бы он был членом её Домена.

«…Как приятно».

Верховные по своей природе неспособны быть подвластны другому Верховному. Однако Санни был исключением из этого правила из-за Теневой Связи, которая позволяла ему пожинать плоды двух Доменов.

Пока его тело и душа медленно восстанавливались чудесным пламенем, Санни смотрел на далёкую трещину, гадая, как он собирается найти его источник… как он собирается найти Нефис.

Он мог призвать Маску Ткача и снова активировать [Где мой глаз?], отслеживая Нить Судьбы, которая связывала их вместе. Однако это зачарование потребляло ужасающее количество эссенции, и в его нынешнем состоянии Санни смог бы поддерживать его лишь недолгое мгновение. Одного мгновения было недостаточно, чтобы сориентироваться в вечности, так что…

Это был очередной тупик.

«Что, чёрт возьми, мне делать?»

Он некоторое время оставался неподвижным, пытаясь придумать решение. Но как бы он ни старался, ничто не приходило на ум — по крайней мере, ничто, что давало бы надёжный результат.

И Санни очень хотел быть уверенным, прежде чем погружаться в трещину. Цена поражения была слишком высока на этот раз. Это была даже не угроза смерти… скорее, угроза чего-то гораздо худшего, чем смерть. Провести эпохи, затерявшись во времени, медленно сходя с ума и превращаясь в нечто, что даже Санни не узнал бы, не говоря уже о Нефис.

«Будь оно всё проклято».

Он поморщился.

Как раз когда Санни раздумывал, не нырнуть ли ему всё равно в трещину и не провести ли вечность, пытаясь найти путь обратно к своей возлюбленной — совсем как тот проклятый Одиссей, чьи истории преследовали его, словно сталкер, на протяжении многих лет — он вдруг что-то почувствовал.

«Хм?»

Ощущение было слабым, но настойчивым.

Словно что-то мягко тянуло его за запястье.

Опустив взгляд, Санни поднял руку и изучил её, пытаясь определить источник этого тонкого ощущения.

И там, в мягком сиянии исцеляющего пламени Неф…

Он увидел нить серебристого шёлка, обёрнутую вокруг его запястья и мерцающую в свете. Нить была настолько тонкой, что не отбрасывала тени и была почти невидима невооружённым глазом. В ней также чувствовалась некая эфемерность, словно она была не совсем реальной.

Но она была реальной.

Она тянулась от его запястья во тьму, поднимаясь в чёрную бездну над головой и простираясь в направлении, где вдалеке виднелась трещина.

Санни с недоумением уставился на нить.

Затем его глаза немного расширились.

«Ананке?»

Санни глубоко вздохнул, а затем тихо рассмеялся.

«Дерьмо… не могу поверить».

Похоже, Ананке привязала нить из своей мистической шёлковой эссенции к нему ещё на поверхности Озера Устья. И теперь эта нить была здесь, чтобы провести его через лабиринт вечности, назад к началу всего этого.

Прямо как нить Ариадны вывела Тесея из Лабиринта.

Внезапно Санни больше не чувствовал усталости. Напротив, он чувствовал прилив сил.

Взглянув на Мерзкого, он улыбнулся.

«Собирай свои вещи, беспризорник. Мы идём домой».

Порождение Мерзкой Птицы-Воровки несколько секунд недоумённо смотрело на него, а затем ухмыльнулось.

«Дерьмо!»

Уголок глаза Санни дёрнулся.

Он тяжело вздохнул и потёр лицо.

«Почему он повторяет только плохие слова? Просто что за… ах, неважно. Наверное, мне стоит следить за своим языком рядом с этим сопляком…»

Такой юный и впечатлительный Дьявол мог легко приобрести вредные привычки, в конце концов.

«К счастью, с таким образцом для подражания, как я, эта тварь обязательно вырастет хорошей».

Кивнув себе, он одарил Мерзкого благожелательной улыбкой.

Сопляк почему-то вздрогнул и сделал шаг назад.

…Вскоре они были готовы покинуть сердце Каменного Титана и погрузиться в лабиринт вечности… чтобы вернуться к сердцу Каменного Титана, далеко в прошлом. И пока Санни был поглощён мыслями о возвращении к Нефис и о том, что Нефис вспомнит его…

Неизвестно ему, кто-то ещё тоже вспоминал его.

В конце концов, судьба была куда более великой силой, чем время. Поэтому, когда её гобелен изменился, изменение ощущалось во всей