Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

появится, а для пилотирования тяжёлого буксира Содружества опять надо учиться и потом получать сертификат. И база такая у Эммы есть, и она её учит, только неясно, осилит ли? Наши базы знаний, получается, намного сложнее древних? Вон она какую сложную базу выучила. Хотя тут, наверное, играет роль, где учить и кто тебе в учёбе помогает. В продвинутой медкапсуле и под присмотром опытного специалиста учиться всяко проще. Так что, если уж припрёт, то обращусь за помощью к спецам на одной из баз, думаю, не откажут.

После того как семейство воссоединилось, решили отправляться домой, на свою планету. А то что-то мы тут загостились. Да и опасно это: архи, хоть и редко, но в эту систему залетают. Мы-то по любому удерём, а вот базу подставим. Ни к чему это. Так что распрощался с искином, напоследок гаркнув пару раз: «Есть» и «Так точно», – покинули базу, отправились на поиски буксира.

Ага, разбежался! Хотя что-то в этом есть: если притащить мою артплатформу к нашей планете, то тогда нам вообще нечего опасаться будет. Туда ведь если и залетит кто, то только разведчик. Наш, архов или ящеров. Не думаю, что в нашем секторе Галактики ещё кто-то есть – был бы, проявился бы давно. А с любым разведчиком моя артплатформа на раз справится. Даже с крейсером архов: за минуту его на мелкие камушки разберёт. А то ведь нет-нет да и поглядываю с опаской на небо, когда мы на острове: мало ли что на нас оттуда свалится? Разведзонды предупредить смогут, а вот как-то помочь – нет. Хорошо, если успеем на корабль сбежать, а если не успеем? Вот то-то и оно! А с артплатформой нам сам чёрт не брат. Так что этот вопрос надо будет как следует обдумать.

Полетели сразу на нашу планету: всем хотелось солнца, моря, свежих фруктов, совсем мы избаловались. И планету считаем уже своей, хотя у неё есть хозяева, которые рано или поздно попросят нас оттуда. Ну, если не нас, то наших детей. А скорее всего, именно нас: жизнь-то у нас длинная, а лет через двести они дойдут до технологии пара, и неизведанных мест на планете не останется. На нас точно наткнутся. И что тогда делать?

Людей я знаю, не отвяжутся. Устраивать геноцид? Не хочется. Объявлять свой архипелаг независимым государством? Так всё равно не отвяжутся. Но ведь как-то живут совместно на той же Паоле наши с местными? Хотя это тоже временно: пока местные не почувствуют свою силу, а потом так и будут постоянно прощупывать пришельцев на «слабо». Да уже иногда нападают какие-то ненормальные на их остров. Так и будут нападать, и никак их не остановишь.

И здесь будет то же самое. А то как же: у них там на острове есть что-то интересное и ценное, а у нас нет – несправедливо! Вот за справедливостью и полезут. Ладно, когда это ещё будет: может, к тому времени мы найдём себе планету вообще без людей или с какими-нибудь дикарями, бегающими друг за другом с каменными топорами. А может, и в цивилизацию вернёмся. Да, наверняка вернёмся, но вот без такой планеты, где можно пару месяцев пожить в своё удовольствие, мы всё равно не обойдёмся. Но об этом пока рано задумываться – Цивилизованный мир нам совсем не рад, а вот наш остров, наоборот, ждёт нас не дождётся.

Пока летели, погонял всех как следует: объявил режим «непрерывная учёба». Единственно, что в первый день Линда настроила нашу новую капсулу при помощи Ники. Та мало что понимала, но слушала Линду очень внимательно. Зато после того, как капсулу настроили, я завалился в неё аж на четыре дня. И вообще, пора начинать бороться за мужские права и свободы. Хотя прав и свобод у меня, вроде, достаточно, а когда я злой, девки вообще от меня шарахаются и прячутся по щелям. Но, как я заметил, всё равно в конце концов выходит так, как они и хотели. И как так получается? И кто тут волшебник? Да, тяжело быть мужиком. Но ничего не сделаешь: хотел бы Господь, чтобы я был бабой, был бы бабой, а раз родился мужиком, то надо им и оставаться.

Наконец добрались до нашей планеты. Первым делом, как всегда, проверили нашу захоронку: на месте. Потом закрепили свой корабль на спутнике и рванули на двух ботах на остров. Корабль консервировать не стал, оставил, как всегда, в ждущем режиме. Это наша последняя линия обороны и палочка-выручалочка в одном флаконе. Да, придётся сюда тащить артплатформу, по любому придётся. Теперь, после того как эта мысль пришла в голову, она ведь не отстанет, так и будет сверлить мозг, пока не сделаю. Ладно, отдохнём месяц-другой и слетаем.

На острове всё было в порядке, никто на нашу собственность не покусился. Первым делом все разделись и побежали к озеру, даже разгружаться не стали. Первая, естественно, Анна. Поплескались в озере, повалялись на травке, пожарились на летнем солнышке. Хорошо! И в самом деле, как домой вернулся. Полежал немного, полюбовался на девчонок. Эти бесстыдницы все, естественно, голышом. И зачем каждый раз набирают купальных костюмов, если всё равно ими не пользуются?

Пару дней занимались хозяйством. Слетали за фруктами и овощами. Удобно: если на одном материке ещё урожай не созрел, то с другой стороны планеты всего полно. Так что стол в гостиной-столовой у нас теперь всё время завален фруктами. Первое время все этими фруктами объедались, а потом понемногу привыкли, и теперь только иногда кто-нибудь похрумкает яблоком или пощиплет виноград.

Мини-разведдронов девчонки развезли по местам. Они и сами могут передвигаться, но на небольшие расстояния. Сигнал от них поступал на искин комплекса, а оттуда на визор в гостиной. Так что все поначалу торчали в гостиной и внимательно наблюдали за чужой жизнью. Иногда оттуда доносились визги, смех, крики. Я на этих просмотрах, естественно, не присутствовал, забирал малышку и уходил с ней – или на озеро, или в лес, или вообще на морской пляж улетали. А потом они стали оставлять в гостиной только дежурную – ведь не может целыми днями происходить что-то интересное, а сами расходились по своим делам. Но если вдруг что-то там случалось, то бросали всё и мчались в свой кинотеатр по вызову дежурной. На меня скидывали Анну, потому как ей всякие безобразия видеть ещё рано.

Меня тоже пытались приобщить к этой «Санта-Барбаре». Обычно за обедом или ужином, перебивая друг друга, рассказывали о местной жизни. Оказывается,