Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

но оставалось, мало ли что. Скинул маршрут на искин буксира. Поболтал немного с Линдой и встал на прямую разгона. Решили, что до платформы на буксире летим мы с Эммой, а там уже разберёмся. Вот ведь жучила, здесь ведь никаких условий: рубка, две крохотные каюты и небольшая кают-компания с древним кухонным синтезатором. Хорошо хоть и вода, и различные картриджи были в наличии. Медкапсула тоже была, но пятого поколения: ни я, ни Эмма ею пользоваться не умели. Ладно, после первого прыжка поменяю Эмму на Нику, а то, не дай бог, что случится, мы и воспользоваться этой капсулой не сможем.

Семь дней провели, не вылезая из постели: делать-то нечего. Чаще просто лежали и болтали. Эмма уже поняла, что, как только она становится слишком любвеобильной и настырной, то сразу засыпает. И что это «жу-жу-жу» неспроста. Поэтому и не наглела. Но и так время провели неплохо – оказывается, просто валяться в постели тоже очень хорошее занятие. Кровати, правда, были не очень удобные, не рассчитанные на двоих, но поместились. Тем более мы оба совсем не толстые, скорее, худые.

С кораблём встретились в промежуточной системе, заметить их, конечно, не смогли. Да и как их заметишь – у буксира сканеры практически никакие. Линда сама вышла на связь. Поговорили. Обменял Эмму на Нику. Линду попросил подежурить сутки в системе, а потом уже идти по маршруту. Если кто за нами увязался, то в течение суток проявится. Позже уже смысла нет – остаточный след от работы двигателей рассеется, и просчитать прямую разгона уже будет невозможно. А так, зная прямую разгона и дальность прыжка, проследить за кораблём нетрудно. Наверняка кто-нибудь на станции заинтересовался покупкой буксира. Ведь отдавать кучу денег за него просто так не будут, значит, нашли что-то ценное, и неплохо бы посмотреть, что это мы нашли. Ну и, при случае, прихватизировать.

Вполне себе рабочая схема для местных наёмников. Флотские действуют грубее: задержали бы, провели ментосканирование и не заморачивались бы со слежкой. Нет, задержать бы нас хрен у кого получилось, но им-то это откуда знать?

Разогнались и ушли в гипер. Пять с лишним часов – я уже отвык от такого разгона. А с платформой вообще часов десять разгоняться будем, мрак! Десять часов в рубке – ни отойти, ни подремать. Да и десять часов не жрамши – тоже не подарок. Нет, если что, бутерброды принесут, но не люблю я этого: есть в боевой рубке корабля – последнее дело.

Ника сразу занялась медкапсулой. Пришла, доложила: капсула, хоть старенькая и потрёпанная, но вполне рабочая, так что помереть никому из нас не грозит. Если будет какое серьёзное повреждение, то в этой капсуле вполне можно дождаться нашего корабля, а там уж аграфская и с того света вытянет. А есть ещё и медкапсула Джоре, о которой она, правда, ничего сказать не может. И тут же потащила меня в постель – мол, заслужила. Даже ночи не дождалась.

Эту неделю в постели проваляться не получилось – надоело. Нику загнал в капсулу учиться, а сам сидел в кают-компании и пыжился, пытаясь разглядеть энергетические линии. У меня, конечно, не получалось, я со злости превращал в пыль нужное и ненужное и опять пыжился. Так семь дней и пролетели.

В промежуточной системе опознались с Линдой, она мне доложила, что за нами и в самом деле хвост. Через пять часов после того, как буксир ушёл в гипер, в систему вошли три крейсера. Два седьмого поколения, третьего и четвёртого класса, и один шестого поколения, первого класса. Похоже, наёмники. Но самое интересное произошло потом. Через час в систему вошёл ещё один корабль под очень плотной маскировкой. Но для наших сканеров недостаточной. Линда его очень хорошо рассмотрела. Сполот.

– Почему так решила?

– Силуэты всех кораблей, даже аграфских, есть в каталоге базы, а этого нет. Но по его виду понятно, что корабль из Содружества. Вот я и решила, что корабль сполотский. Больше некому.

– Да, похоже. Ну что ж, постараемся сбросить их с хвоста. Искин рассчитает несколько коротких прыжков в разные стороны, а потом уже пойдём к платформе. Топлива, конечно, будет перерасход, но у нас в баке есть – как раз пригодится.

Через пятнадцать минут расчёты были закончены. Три прыжка по четыре дня с отклонением от маршрута. Отследить нас не получится. Можно, конечно, но не тремя кораблями. Нет, не найдут. А вот со сполотами сложнее – чёрт знает, какие у них технологии. Но может, и они отстанут? Всё, работаем.

Встал на прямую и начал разгон. Линда опять затаилась: она прыгнет уже после всех. Сначала посмотрит на преследователей. Может, это никакие и не преследователи, а просто люди летят себе по своим делам. Очень в этом сомневаюсь, но всё может быть. Мы ведь ещё даже территорию фронтира не покинули, так что дела у них тут вполне могут быть. Это в диком космосе им делать нечего, а до него мы доберёмся только через два полновесных прыжка буксира. А с этими дурацкими метаниями и не знаю, когда мы теперь там будем.

Ушли в гипер. На два дня. Эти два дня только и занимались, что шалили с Никой. Как будто ей прошлой недели не хватило. Прятался от неё в двигательном или реакторном отсеке. Усыплять не стал – это моё тайное оружие, о котором, правда, всем известно. Но за двигателями и реакторами по любому надо следить. Вообще-то, это дело техника, а Ника как раз техник и есть, но сейчас, на буксире, она вроде как врач. Да и как она их проверит – глянет визуально и тут же назад прибежит. А я всё делаю основательно, с диагностом.

Вышли из гипера. Линда уже тут. Доложилась: всё та же четвёрка на хвосте. Правда, наёмники отдельно, сполоты отдельно. Все ушли по нашей прямой. Ну-ну. Сюрприз для вас будет, когда выйдете в системе и ни черта там не найдёте. А мы ещё покружим немного.

Следующий прыжок был на три дня. Нику, чтобы она поменьше безобразничала, опять загнал в медкапсулу: пусть учится, баз у них у всех теперь много. Не знаю, как Линда их распределила, но, думаю, что никого не обидела. Училась она, естественно, только днём – я же не изверг какой. Ночи проводили как нормальная семейная пара.

Когда вышли из гипера, Линда тут же доложила, что прождала после нашего ухода сутки – никого не было. Ну, вот и замечательно. А то пришлось