Фантастика 2026-158 - Максим Арх

он будет у вас в аду, Повелитель? – почтительно поинтересовался Пушкин, стараясь не смотреть в сторону Госпожи Смерть, которая слушала их разговор, стоя у окна и печально глядя на мартовскую вьюгу.

- Оставьте этот тон Александр Сергеевич, - поморщившись попросил Повелитель Царства Мертвых, - Вам он совершенно не к лицу, Вы практически здоровы и для Вас я просто добрый знакомый Тургенев Александр Иванович,

Добрый знакомый Александр Иванович Тургенев видел, как ледяным февралем вез гроб с телом Пушкина, как при мерцающем свете костров чуть оттаивает кладбищенская земля и как матерятся усталые мужики с трудом роющие могилу в промёрзшей земле. Тургенев внутренне поморщился, отгоняя эти жуткие воспоминания.

- Так вот Вы здоровы, а из этого, как вы изволили выразится ада, Вас вывела Наталья Николаевна,

- Мне иногда кажется, что Наташа не верит, что я тот самый Пушкин, от этого она бывает раздражена и придирчива, - поделился поэт,

- Поменьше эгоизма, дорогой, - посоветовал врач, - мир не вертится исключительно вокруг вашей особы. Наталья Николаевна устает на работе, ей приходится считаться с вами и вашей адаптацией к этому времени, хлопотать по дому, не удивительно, что ее нервы не всегда выдерживают, будьте снисходительны и терпеливы,

- Забавно, - откушал ложечку ароматного меда Пушкин и запил его душистым чаем, - почти тоже самое мне в девятнадцатом веке говорила замечательная женщина тетя Наташи, госпожа Загряжская[7],

- Всё это чудесно, - сказал Повелитель Царства Мертвых, - но вернемся к вашей проблеме, если вы будете изводить себя, то с нервным приступом вернетесь ко мне. Я вам показал, что бывает в этом случае. Александр и Николай не смогли справиться с собой, и вот они, как сами полагают в аду своих ужасов,

- Они что настоящие? – испуганно воскликнул Пушкин,

- У нас это просто больные, а в Вселенной своего бреда они безусловно реальны, - кивнул Владыка Царства Мертвых, - также, как и вы в своей Вселенной тот самый Александр Сергеевич Пушкин, поэт Божьей Милостью.

Тургенев сделал глоток чаю, смакуя скушал чайную ложечку алтайского меда, продолжил проводить терапию:

- Что до ваших опасений в ненормальности, то поверьте психиатру, абсолютно нормальных людей в медицинском понимании этого слова вообще нет, общие рамки нормальности определяются социальным развитием общества. То, что было нормально в девятнадцатом веке, ненормально сейчас и наоборот. А все творцы, а поэты и писатели, в числе прочих, это творцы, еще более ненормальны чем менее одаренные люди. И чем сильнее данный свыше талант, тем более ненормален человек. Это не хорошо и не плохо. Это часть одаренного человека, ему надо это принять, а его близким это понять.

- Иногда я слышу, как плачет и зовет меня моя дочь Маша, - признался и задрожал Пушкин, - я вижу ее, но не маленькой девочкой, которой я так любил читать сказки и чьи поцелуи были для меня, роднее и слаще чем объятия всех любовниц, я вижу ее больной, беспомощной, одинокой старушкой, умирающей от голода в маленькой неубранной комнатке. Вижу ее страдания и не ничем могу помочь,

- Я помогу ей Саша, - от окна ласково и тихо сказала Госпожа Смерть, - в свой срок вы встретитесь, обещаю.

Пушкин посмотрел на Госпожу Смерть, она не сменила униформу медсестры и в ее руках не было шприца.

- Благодарю, - прошептал, Пушкин,

- Но у меня есть условие, - непреклонным тоном сказала Госпожа Смерть, властно продолжила:

- Своей дочери Марии Александровне вы напишите новую сказку, она ее так ждет, форма, содержание и название на Ваше усмотрение. Можете назвать ее романом, суть от этого не измениться,

- Обещаю, - вскочил со стула Пушкин, - как отсюда выйду, так и …

- Не торопитесь, - прервала его Госпожа Смерть, - время еще есть.

Успокоила его она поэта.

Подошла, положила ладони ему на лицо, от них шёл холод, но не холод могилы, а холод льда, который кладут на лоб больному с высокой температурой. Пушкин почувствовал как ушли напряжение и страх.

- До свидания Александр Сергеевич, - сделав шаг назад, церемонно сказал Госпожа Смерть, - моя сестра Госпожа Жизнь, просила Вам передать: Берегите Наташу!

-Поздравляю, - улыбаясь сказал Повелитель Царства Мертвых, - теперь вам, встреча со мной как со специалистом не грозит, а как с человеком, то буду рад прочитать ваш новый роман. Я и сам ваш коллега писатель, не Чехов конечно, но зато тоже врач.

- А вы человек? – быстро и неожиданно спросил Пушкин,

- Разумеется, - рассмеялся Повелитель Царства Мертвых, - это такая терапия, ваше нервное состояние я лечил встречным стрессом, как говориться клин клином,

Тургенев опять вспомнил как умер от потери крови, после аварии. Госпожа Смерть перевела его за грань, а там … потом его вернула из Царства Мертвых Госпожа Жизнь, ей отдал свою кровь и часть своей жизни человек Владимир Иванович Даль и у Госпожи Жизнь достало сил его спасти. Но Александр Иванович никогда не забывал, кем он был за гранью. Как врач психиатр он понимал физиологическую природу навязчивой идеи, а как Повелитель Царства Мертвых на земле в этой реальности, он … но лучше об этом не знать и не думать, а то есть риск попасть к нему в диспансер.

- А Госпожа Смерть? – продолжил расспросы Пушкин,

- Это медицинская сестра в нашем учреждении, - усмехнулся Тургенев, - смена у нее закончилась, сейчас она переоденется и поедет на свидание к своему возлюбленному,

- Как его зовут? – быстро спросил Пушкин,

- Не Дельвиг, - так же быстро ответил врач и добавил, - Дельвиг[21] уже умер, а этого вы не знаете,

- А медсестру вашу как зовут, - настаивал Пушкин,

- Что за допрос? – рассердился врач, - я кажется не ваш пациент и отчитываться перед вами не обязан,

- Мне кажется вы лукавите, - нахмурился Пушкин.

Тургенев рассмеялся, встал, вышел из-за стола, Пушкин тоже встал.

- Ну хорошо, - глядя собеседнику прямо в глаза и фиксируя все его реакции, по-доброму улыбнулся врач психиатр, - я Повелитель Царства Мертвых, медсестра- это Госпожа Смерть, мы все в Лукоморье и являемся порождением вашего бреда, что это для вас меняет?

- Да ничего, - прислушавшись к своим ощущениям, с легким удивлением отметил Пушкин,

- Вот и отлично, спокойно живите с этим дальше, - обрадовался Повелитель Царства Мертвых, - я