Небесный эфир 1-5 - Павел Николаевич Корнев

погасил танцевавшее у ног пламя, и волшебная палочка в его руке обернулась длиннющей огненной плетью. Сияющий жгут с гулом промелькнул перед лицом и не снес половину черепа лишь из-за выставленного школяром щита. Защитное плетение Уве оказалось прорвано и полыхнуло незримым пламенем, кожу опалил вполне реальный жар, но все же плеть бессильно соскользнула с эфирной основы, и колдун отдернул ее для нового удара.

Я ринулся на ритуалиста с занесенной шпагой, но того буквально смело в сторону безыскусным выбросом силы. Человека бросило на стену с такой свирепостью, что удар о доски размозжил череп, во все стороны расплескались кровь и мозги. Это граф Хирфельд перенаправил закачанную в магический щит силу в убийственный таран, которым и приложил потерявшего осторожность мага.

Один из обосновавшихся у взорванной двери стрелков сноровисто вбил в дуло пулю, откинул шомпол, но, прежде чем упер в плечо приклад, его горло рассек невидимый клинок; из широкой раны ударила тугая алая струя. Боец закашлялся и вскинул руки в тщетной попытке остановить кровотечение, ничуть в этом не преуспел и сначала упал на колени, а после и вовсе уткнулся лицом в пол.

Смазанной тенью Марта метнулась ко второму мушкетеру, а я атаковал последнего из стрелков. Перезарядить оружие тот не успел и попытался нанизать меня на штык, но выпад вышел слишком уж очевидным. В развороте я легко ушел от направленного в грудь острия и рубанул шпагой, метя в голову противника. Немного промахнулся и лишь срезал часть скальпа да начисто снес ухо, пришлось левой рукой перехватить ствол, отвести его в сторону и приложить налетчика гардой по лицу. Голова стрелка мотнулась, и следом мой клинок прошелся по запрокинутой шее; не слишком-то и острое лезвие шпаги рассекло кожу и с неприятным хрустом вонзилось в гортань. Готов!

А вот у Марты дела не заладились. Если поначалу хлестким ударом ножа по запястью ей удалось обезоружить последнего из троицы мушкетеров, то дальше он каким-то чудом сумел разглядеть укрытую мороком ведьму, сбил ее с ног ударом кулака и навалился сверху. Девчонка несколько раз ткнула бойца ножом в бок — и все без толку: того спасла кольчуга. А дальше ловкач и вовсе вывернул худое запястье, заставив ведьму выронить клинок.

Как назло, мой собственный противник никак не желал подыхать, бился в агонии, плескал кровью из рассеченной глотки и судорожно цеплялся за ночную сорочку. Пришлось потратить драгоценные мгновения, избавляясь от его мертвой хватки, а только я шагнул на помощь ведьме, как Марта вскинула левую руку, растопырила пальцы и выдохнула короткое проклятие. И без того взбудораженную незримую стихию сотрясла очередная судорога, и лицо убийцы словно прижали к боковине мельничного жернова: брызнула кровь, полетели ошметки кожи и плоти.

Бедолага взвыл и закрылся ладонями, соткавшаяся из воздуха эфирная петля захватила его шею и вздернула под потолок, да так, что хрустнул позвоночник. На этом силы вмешавшегося в схватку Уве иссякли, и Марта едва успела откатиться в сторону, прежде чем на пол рухнуло безжизненное тело.

Я обернулся и увидел, что защитники особняка при поддержке Микаэля уже расправились с нападавшими. Без потерь с нашей стороны при этом не обошлось: один из людей графа получил колотую рану в живот, другому разрубили грудину, и сейчас он отходил в лучший из миров, сипя и харкая кровью.

— Все за мной! — крикнул магистр-управляющий и первым выбежал за дверь; ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Разве что я задержался и сунул шпагу в ножны, а с пола подхватил трофейный мушкет, которым не успел воспользоваться зарезанный Мартой стрелок.

К слову, о Марте…

— Займись ранеными! — крикнул я девчонке. — Уве, прикрой ее!

Удивительное дело, но возражений не последовало, и я с легким сердцем ринулся вдогонку за остальными. От флигеля слуг так и доносились редкие хлопки выстрелов, а еще там все сильнее разгоралось пламя. Как оказалось, нападавшие подперли двери и запалили дом, встречая в штыки всех, кто пытался спастись, выпрыгивая в окна.

Сгустившуюся меж деревьев и кустов ночную темень едва-едва разрывали нервные всполохи пламени, и мы обрушились на убийц как снег на голову. Граф Хирфельд на бегу яростно крутанул жезлом и с ходу метнул шаровую молнию в группу мушкетеров. Сверкнула ослепительная вспышка, стрелков раскидало по сторонам, и защитники имения накинулись на них, не оставив ни малейших шансов на спасение.

После взрыва все кругом запорошила светящаяся пыль, стало светло как днем, и уцелевшие убийцы принялись спасаться бегством, даже не помышляя о сопротивлении. Граф умудрился напоследок разметать одного из налетчиков атакующим плетением и бессильно сгорбился; яростная схватка выпила из него все силы без остатка.

Я в драку не полез и велел не отходить от себя Микаэлю, лишь пальнул по мелькнувшей среди деревьев черной фигуре, но едва ли попал.

Преследовать беглецов не стали, хватало и более насущных забот. Граф распорядился выставить караулы, а остальных людей погнал тушить пожар и оказывать помощь раненым. Сам же вернулся в особняк и первым делом проверил супругу с детьми, затем облачился в принесенный дворецким халат и принялся срывать маски с лиц убитых врагов.

— Гиверсы! — с ненавистью прорычал он некоторое время спустя. — Порченое семя! Всех со свету сживу!

Как оказалось, за ночным нападением стояли давние соперники рода Хирфельд. Никто не ожидал от тех подобной смелости, если не сказать безрассудства, поскольку все последние столкновения заканчивались не в их пользу, что и подкосило могущество этого некогда почтенного семейства. И вот же — наняли наемных бретеров и пару ритуалистов не из последних, вскрыли магическую защиту имения и едва не перебили его обитателей.

— Приношу глубочайшие извинения за столь печальный инцидент, — сказал магистр-управляющий лишенным всяческих эмоций голосом некоторое время спустя. — Знайте: и я, и весь мой род перед вами в неоплатном долгу. Без вашей помощи мы бы не выстояли.

Я лишь рукой махнул.

— Увы, магистр, — продолжил граф Хирфельд, — теперь просто некого выделить вам в сопровождение. Столько людей погибло, столько верных и незаменимых людей…

— Мои соболезнования, — приложил я руку к сердцу. — Мы не будем путаться под ногами, отправимся в дорогу немедленно.

Хозяин имения рассеянно кивнул; все его мысли были заняты планами грядущей мести. А вот Микаэль уставился на меня с нескрываемым удивлением.

— Думаешь, дело нечисто? — спросил он, когда мы остались наедине.

— Не верю я в такие совпадения. Без людей графа мы станем легкой добычей для любого более-менее сильного отряда наемников. Надо убраться отсюда под прикрытием ночи, такого финта от нас точно никто не ждет.

Маэстро