Мастер Рун. Книга 7 - Артем Сластин

Она подала мне руку, и я поднялся, чувствуя, как ноют рёбра в том месте, куда она ткнула рукоятью клинка, когда я попытался провести нижний удар копьём и оставил правый бок открытым.

— Ты всегда показываешь, куда собираешься бить, за миг до удара, — продолжила она, забирая оба клинка и кладя их на землю. — Плечо ведёт, бедро разворачивается. Ты как книга, которую я читаю, пока ты её пишешь. Настоящий бой — это не обмен ударами, это обман. Показал одно — сделал другое. Заставил противника защитить левую сторону — ударил в правую. Заставил ждать удар копьём — а сам бьёшь ногой или корпусом. На сегодня всё.

Спарринги стали регулярными: через день, по два часа на арендованной площадке Школы Железного Листа, где хозяин, сухонький старик, брал по два серебряных за вечер и не задавал вопросов. Это было идеально, потому что вопросы мне были не нужны, а секретность Аньсян ценила даже больше, чем я.

На одной из следующих тренировок, после особенно жёсткой, где я впервые сумел продержаться против неё больше минуты, не оказавшись на земле, я начал двигаться иначе — рваным ритмом, сбивая собственную предсказуемость. И получил первое серьёзное одобрение «тренера». Впрочем, для действительно равного партнёра в бою я подходил мало: слишком велик был разрыв.

Мы сидели на земле площадки, прислонившись спинами к стене, и пили воду из фляги, которую она приносила с собой. И я вдруг поймал себя на том, что смотрю на неё без привычного тумана в голове — ясно и трезво, как смотришь на человека, которого одновременно уважаешь и опасаешься. И это ощущение было приятнее прежней одурманенной влюблённости, потому что в нём была правда, а в прежнем чувстве правды было меньше половины.

Навык повышен: Сосредоточение Духа — 2

Я аж водой поперхнулся. Совершенно не ожидал увеличения этого навыка после боя.

Идущий в ритме тоже начал трансформироваться. Раньше этот навык был для меня формой и набором движений, которые я выполнял красиво и правильно, заплатив за это тысячами собственных смертей. Но в реальном бою я применял его откровенно слабо — просто не вытягивал, и получалось, что рабочая техника оставалась конём в вакууме, по большей части. Только сейчас, сражаясь с настоящим серьёзным практиком, я это понял, и от этого стало откровенно обидно.

Теперь, после того как Аньсян несколько десятков раз показала мне, что значит читать противника, после того как Сосредоточение Духа позволило анализировать происходящее в бою быстрее, чем раньше, я начал замечать, что в спаррингах мои движения становятся плавнее, экономичнее. Я перестал тратить энергию на размашистые замахи и начал работать компактно, перетекая из одного удара в другой, находя путь наименьшего сопротивления.

Это не нарушало технику, наоборот, позволяло ей быть более эффективной. Так и хотелось тому дядьке-убийце вслед кулак показать и сказать пару ласковых — что плохо меня учил. Правда, виноват тут скорее я сам: он-то делал всё, что мог.

Навык повышен: Идущий в ритме — 4

Это случилось на шестой тренировке, когда я впервые сумел не просто отбить атаку Аньсян, а отбить и контратаковать, встроив контрудар в защитное движение так, что она вынуждена была отступить на полшага. Она тут же восстановила дистанцию и через секунду её клинок снова оказался на моих рёбрах. Но этот один-единственный раз был моей первой победой. Маленькой и тут же отнятой, но победой.

— Лучше, — сказала она. И похвала от Аньсян стоила больше, чем аплодисменты толпы, потому что она не хвалила из вежливости. Если говорила «лучше», значит, действительно было лучше.

На моё предложение перейти к бою на мечах девушка ответила отказом.

— Слишком долго тебя учить. Тренируйся с копьём. Я вижу твой рост постоянно, и меня это немного нервирует. Ты слишком быстро прогрессируешь и из зажатого солдатика превращаешься в вполне хорошего бойца своего уровня.

Поэтому на учителя фехтования я копил деньги, попутно развивая лавку и создавая десятки партий необходимых людям вещей. Если учесть, что даже теневые заказы от Аньсян теперь были только мирного свойства, можно сказать, я погряз в мирской суете, зарабатывая деньги и откладывая их на личный счёт в банке. Там было всего десять монет, но это было начало.

Первый месяц работы моей лавки принёс мне чистыми чуть больше ста двадцати монет, что с лихвой покрывало аренду, наше питание и кое-какую, пусть и скромную, жизнь. И утром, проснувшись и выйдя на улицу, я понял, что идёт снег. Который за почти год моей жизни здесь я не видел ни разу. Да и погода стала куда холоднее привычной мне в городе. А значит, нужно покупать тёплые вещи и думать об обогреве мастерской. А ещё — что нужно срочно ехать за Крылом и Эгидой, ждать уже нечего. И я начал собираться. Тем более новости были не самые радужные.

Глава 9

Еще одной причиной почему откладывать решение ехать за Эгидой и Крылом не стоило — это новость что притащил неугомонный Сяо, после подавления восстания начавший спускаться на второй ярус.

Мальчишка ворвался в лавку за час до закрытия, мокрый от снега, с красными ушами и тем выражением лица, которое у него появлялось, когда он узнавал что-то важное и не мог дождаться момента, чтобы это важное вывалить, потому что для Сяо информация была валютой, а непотраченная валюта жгла карман.

— Господин Тун Мин, армия уходит за горы!

Я поднял голову от заготовки боевого перстня, которую шлифовал, и посмотрел на него, пытаясь понять, насколько это серьёзно. Сяо, при всех своих достоинствах, имел привычку раздувать события до масштабов, при которых опрокинутая телега на рынке превращалась в стихийное бедствие, а ссора двух торговцев из-за места на базаре становилась войной кланов.

— Сядь, высуши голову, налей себе чаю и расскажи нормально, — сказал я, откладывая напильник.

Он плюхнулся на пол рядом с нагревательным камнем, обхватив себя руками, и начал рассказывать, перебивая сам себя и перескакивая с одного на другое, но суть я уловил довольно быстро.

— Касим, торгаш сухой рыбой с второго, радовался тому, что большой заказ пришел и он все склады распродал и не только рыбы, но и мяса и земляного ореха. Большая секта скопом взяла всё, сделала большие запасы!

— И? — Я доделал паз для кусочка обсидиана на бронзовом перстне и теперь осталось только вставить туда вулканическое стекло.

— Ну и разговорился он с закупщиком,