Идеальный мир для Химеролога 8 - Олег Сапфир

— Мои поставщики не смогут найти такие зубы. Данный вид химер обладает смертельной опасностью для добытчиков.

— Род Новиковых заинтересован в исцелении ряда хронических заболеваний у населения с помощью специализированных глазных капель? Мои формулы работают безупречно. Если корпорации не нужны инновационные продукты, я заберу листок…

Агнесса крепко сжала бумагу.

— Пригодится. Завод будет куплен на твоё имя. Считай финансовые обязательства полностью урегулированными. Только прошу, хотя бы опиши концепцию своего нового предприятия. Зачем тебе такие площади?

Я сел в свободное кресло и подробно изложил свой план. Покупка завода обеспечивала меня необходимой территорией для создания грандиозного проекта. Я собирался возвести огромный Акванариум — масштабное сооружение с гигантскими резервуарами, заполненными водой. Здание включит в себя различные климатические зоны, изолированные помещения для специфических видов, несколько смотровых этажей и сложную систему стеклянных тоннелей для посетителей. Я описывал конструктивные особенности фильтрационных систем и зонирование пространства для хищных и травоядных водных химер, а Агнесса смотрела на меня широко раскрытыми глазами, периодически моргая.

— Ты что, абсолютно серьёзно планируешь реализовать эту утопию?

— Ну разумеется. Объёмы воды позволят разместить крупных особей. Прозрачные галереи обеспечат эффект полного погружения. Различные комнаты позволят разделить конфликтующие виды.

— Виктор, ты понимаешь экономическую модель подобных развлекательных комплексов? Этот проект потребует колоссальных затрат на содержание и практически не принесёт финансовой прибыли.

— Зато я точно знаю, что проект принесёт людям положительные эмоции и новые знания. А обитатели резервуаров смогут самостоятельно зарабатывать средства себе на пропитание.

Агнесса скептически скрестила руки на груди.

— Ты рассчитывал стоимость систем очистки воды для таких объёмов?

— Шестнадцать морских звёзд на сто тысяч литров жидкости.

Она нахмурилась, пытаясь перевести мои слова в привычные ей финансовые термины.

— Какие ещё звёзды? Назови сумму в имперских рублях.

— Шестнадцать живых морских звёзд.

— Ты совершенно не понимаешь принципов работы очистных сооружений…

— Нет, это ты совершенно не понимаешь принципов работы биологических фильтров.

Моя память услужливо подкинула воспоминание о масштабном проекте из прошлого. Тогда я использовал одну гигантскую химерную морскую звезду для полной очистки целого внутреннего моря от токсичных водорослей. Использование правильных организмов решало любые технические проблемы эффективнее насосов.

Графиня покачала головой, отказываясь принимать мою логику.

— Ты игнорируешь факт массового исхода населения из этого района. Люди бросают свои дома, а ты планируешь затеять масштабное строительство… Уровень опасности растёт с каждым днём!

Я взял со стола кусочек шоколадного торта и откусил половину.

— Понимаю.

— Инфраструктура разрушается…

— Ну да.

— Нападения химер становятся регулярными…

— Да-да.

— Муниципальные власти готовили документы на закрытие сектора…

— Да-да-да.

Агнесса посмотрела на Валерию в поисках поддержки.

— Лера, он всегда ведёт себя так неадекватно в вопросах инвестиций?

Валерия кивнула, отпивая чай.

— Исключительно странно.

Я проглотил остаток торта и улыбнулся.

— Да степень моей странности не имеет никакого значения. В конечном итоге я получу свой идеальный Акванариум.

Я рассмеялся, поднялся с кресла и пошёл в свой кабинет. Предстояла серьёзная работа по планированию экосистем. Нужно было рассчитать плотность населения резервуаров, распределить хищников и определить оптимальные маршруты для посетителей.

Конечно, перед заселением первых жильцов требовалось провести масштабные строительные работы, но это были всего лишь технические детали на пути к созданию моего нового шедевра.

Глава 8

Петербург, Российская Империя

Центральный офис корпорации «НовХолдингГрупп»

Стерильный испытательный бокс в глубине центрального офиса корпорации «НовХолдингГрупп» заливал холодный свет бестеневых ламп. За прозрачной перегородкой из бронированного полимера сидели двадцать человек. Это были добровольцы, отобранные из самых разных слоёв общества, объединённые различными хроническими болячками и неудачными попытками их вылечить. Кто-то из них нервно теребил края одежды, а кто-то просто смотрел в одну точку, уже смирившись с ролью подопытной крысы.

Агнесса Новикова вошла в зал, цокот её каблуков по металлическому полу заставил людей встрепенуться.

— Доброе утро, дамы и господа, — произнесла графиня, накидывая белоснежный халат поверх строгого костюма. — Я понимаю ваши чувства. Все вы прошли уже через несколько клиник, сменили десятки лекарей и потратили целые состояния на бесполезные эликсиры. Вы не верите в чудо…

— Да какое там чудо, госпожа, — подал голос мужчина, сидевший на краю первой скамьи и судорожно сжимавший в руках ингалятор. — У меня запущенная астма. Магический ожог лёгких после прорыва в десятом секторе. Если я отойду от этой соски на двадцать метров, мои лёгкие просто закроются на засов. Вы предлагаете мне подышать вашим новым «воздухом»?

— А мне? — встряла полная женщина в ярком платке. — У меня аллергия на фруктозу такая, что от дольки яблока я раздуваюсь как шар. Вы меня хрен откачаете, если ваше лекарство очередная пустышка из мела.

Агнесса только чуть заметно улыбнулась и коснулась сенсорной панели. Стена за её спиной, казавшаяся глухой, внезапно стала прозрачной. За ней открылся вид на огромный реанимационный зал. Десятки лекарей высшей категории в защитных костюмах стояли у диагностических саркофагов с аппаратами жизнеобеспечения.

— Мы верим в успех, но готовы к любым вариантам, — произнесла она, поворачиваясь к людям. — Ваша безопасность для нас в приоритете. Все рецепты были получены из уникального источника. В них используются ингредиенты, добыча которых стоила крови моих лучших гвардейцев. Мы не предлагаем вам плацебо. Мы предлагаем новую жизнь.

Она вспомнила Виктора и его небрежные каракули на листке бумаги. Даже её собственные учёные, лучшие умы Империи, до сих пор бились над расшифровкой механизмов действия этих составов.

«Это невозможно с точки зрения классической химерологии», — твердили они, пока опытные образцы показывали стопроцентный результат.

Ассистенты в стерильных масках начали обход. Кому-то капали под язык прозрачную жидкость, кому-то давали проглотить маленькую капсулу, кому-то втирали в запястья густую зелёную мазь.

Началось долгое томительное ожидание. Прошёл час… Второй…

В боксе работали датчики, транслируя показатели на мониторы Агнессы. Она видела, как стабилизируется пульс, как выравнивается ритм дыхания у тех, кто секунду назад хрипел.

— Как ваше самочувствие? — Агнесса подошла к мужчине с ингалятором.

Тот сидел, ошарашенно глядя на свои руки. Его ингалятор лежал на полу, забытый и ненужный.

— Два часа… — тихонько прошептал он, словно боясь спугнуть это ощущение. — Я два часа не делал ни одного вдоха через эту дрянь. И мне… мне не давит грудь. Воздух заходит легко и глубоко.

— Хорошо. Внимание, переходим ко второй фазе, — скомандовала Агнесса. — Пищевые тесты.

Сотрудники внесли подносы. Перед женщиной с аллергией положили тарелку с нарезанным яблоком сорта «Медовый хруст». Она посмотрела на фрукт как на заряженную бомбу, дрожащей рукой взяла дольку, поднесла к губам, зажмурилась и откусила.

Прошел ещё час…

Лекари в реанимации напряжённо следили за показателями, но кривая состояния