Сабатон. Системный приручитель 4 - Алексей Пислегин

А вот насколько урезан функционал у текущего — надо проверять. Пока что я только сдать задание успел.

— Дядя Никита, а мы что-то строить будем? — раздался вдруг детский голосок. О, надо же — Диму наша возня разбудила. И, судя по шебуршанию в ворохе шкур — скоро и остальная ребятня проснётся.

Взрослых вопрос возможного строительства тоже интересовал, так что все уставились на меня.

— Да фиг его знает, — отозвался я и прошагал к ближайшему штабелю досок. Точнее, к двум: у этой стенки они были друг на друга уложены. — Я думал про кровати двуспальные или шкафы под вещи, но сколачивать мебель гвоздями — колхоз. Если выждать немного, можем у нас в маральнике хотя бы саморезов набрать. По деревне поищем — глядишь, ручная дрель найдётся или ещё что полезное. У нас даже наждачки нету, блин.

А наждачка нам нужна: поверхность досок ровная, но цепануть занозу всё равно как нефиг делать. Не говоря о том, что боковушки с серой гладкой корой тоже надо спилить и обработать.

Спасибо Системе хоть за то, что доски она подогнала нам уже просохшими. Да и ровненькие все, как на подбор, и даже сучков не видно.

— Не скажи, дядь Никит, — возразила Юля. — Если правильно делать — можно и гвоздями нормально скрепить. И вообще без гвоздей. Мы с папой как-то собрали таким макаром скворечник. Но с теми инструментами, что есть, мы реально задолбаемся, это да. И электричества нет, вручную всё выпиливать — такое себе удовольствие. Нам бы циркулярку, электролобзик хороший, дрель…

— Угу, и системную Икею, — хмыкнул я. — Короче, пусть лежат пока. Жрать они не просят, по крайней мере. И вообще…

Я призвал из биополя нож, с силой вогнал его в доску — и острейший клинок, успешно пробивавший мутантские кости, вошёл в древесину всего сантиметра на полтора-два.

— Прочные, — хмыкнула Юля. — С ручной пилой мы точно охренеем пилить их. И тут пофиг даже, что она из системного металла. Да и гвозди вколачивать тоже замучаемся.

В ответ я просто молча кивнул, обдумывая открывшиеся перспективы. Пускать такую древесину на мебель — расточительство. Может, укрытия переносные сколотить?

Представляю: выскакиваем из портала, бросаем такие вот ручные баррикады рядышком — и с комфортом постреливаем из под их защиты. С них же обороняемся копьями в ближнем бою.

Красиво, фигли.

— Вообще, есть пара мыслей, — я выдернул нож из доски, втянул обратно в биополе. — Но об этом потом, ребят. Утро вечера мудренее.

— Жалко, — вздохнул Дима. — Я умею гвозди забивать, дядь Никит. Правда.

Из под шкуры рядом с ним показалась заспанная моська Анюты. Она проворчала:

— Дедушка его ругал. Он эти гвозди везде забивает. И в дровник, и в туалет, и в углярку…

Дима надулся и отвернулся от сестры. Она продолжала:

— … и в дом, и в курятник, и…

Я вздохнул — и вернулся к терминалу. Надо проверить прогресс с заданием на сбор десятка. Детей и Марину в него включили, интересно? А котов? Ещё — надо пройтись по доступным функциям и поднять ребятам уровень до второго.

Почему не до третьего?

А там Система уже выдаёт классовый навык. Значит — быть болезненным припадкам при принятии навыка и приступам жора. Той еды, которая у нас сейчас с собой, на прокачку просто не хватит.

Ну и, главное: надо проверить ещё один уникальный бонус. Последний на сегодня. Его я получил за то, что стал третьим человеком на Земле, нашедшим Сердце Осколка. Награда за это рандомная, и конкретно я получил статус составителя Бестиария. Есть ли другие такие — не знаю. Но постепенно точно появятся, так что надо ловить момент.

Короче. Очень скоро крюкачи, плевуны и все остальные станут не просто частью нашего местечкового жаргона, а официальными системными названиями. А я за каждую добавленную тварь и её описание буду получать опыт. Чем сильнее тварь — тем больше.

Честно сказать, руки уже чешутся попробовать.

— Ты будешь моим женихом, — безапелляционно заявила Анюта с набитым ртом, бросив на Илью по-королевски высокомерный взгляд. Даже по-хомячьи надутые щёки не испортили эффект.

Илья подавился и отчаянно раскашлялся. Ну и, чего там — у всех, кроме мийю, на лица наползли улыбки. Даже Олег, до этого изображавший мрачную грозовую тучу, чуть улыбнулся. Достижение, блин — наш берсерк новую потерю контроля пережил очень болезненно. И речь вовсе не о ранах на теле.

Надо прокачивать его дальше, чтобы прибавлялись классовые навыки. Дай бог, что-то изменится, на первом уровне он слишком нестабильный. Правда, у меня нет никакой уверенности, что дальше станет лучше. Надо будет Мурзику на уши подсесть — возможно, старый котяра шарит за берсерков. Да и за другие классы тоже, от производящих — вроде Юлиного и Лениного — до моего, призывательского.

В общем, если он знает, как мы будем развиваться — консультация не помешает.

— Опять, — буркнул тихонько Дима, оглянувшись на меня и смешно сморщившись. Он сидел у меня на коленях, так что вряд ли кто-то ещё его услышал. — Анютка везде женихов ищет. Надоела.

Я не ответил, просто с улыбкой потрепал его по голове.

Мы всей толпой сидели вокруг терминала, подложив под себя спальники и шкуры. У терминала, пока я занимался своими делами, ребята разложили покрывало, на покрывало — сложили еду.

Ну и, сейчас мы отъедались после дневных потрясений.

Тесный круг, разговоры ни о чём, восторженный писк волчат в стороне — с ними играл Буран, легко и незаметно ставший моим новым питомцам нянькой.

А вот Умка от них быстро сбежал и улёгся позади меня, прижавшись тёплым боком к спине. Судя по мерному посапыванию — уснул.

Картина была бы умиротворяющей — эдакий уютный пикничок группы усталых туристов. Если бы не зловещий синий свет границ домена, наш общий побитый вид, горы оружия и кошколюды, в привычную бардовскую эстетику вообще не вписывающиеся. Как и медвежонок-переросток, впрочем. И штабеля досок…

Хотя, чего я? Мы уже привыкли, новый мир именно таков. Кровь, холодняк, иномирцы, мутанты, всякий разнообразный сюр — и мы, под гнётом обстоятельств (и под моим непосредственным руководством) быстро ставшие семьёй. Очень странной, разношёрстной — но чертовски крепкой.

И сегодня семья резко увеличилась.

— А чего вдруг Илья?